Главная О компании Контакты Обзоры Рейтинги Публикации Охрана труда

Интервью с владельцем инвестиционного хайтек-холдинга KM Core Евгением Уткиным


01.08.2016 – Уважаемые читатели и посетители сайта! Представляем вашему вниманию интервью с успешными бизнесменами. Новым гостем проекта стал инвестор, владелец инвестиционного хайтек-холдинга KM Core Евгений Уткин.

Читайте также: Интервью с основателем компании «Нибулон» Алексеем Вадатурским

Справка об инвестиционных проектах Евгения Уткина от Михаила Гранчака, директора инвестиционно-банковского департамента Dragon Capital:

Евгений Уткин является владельцем инвестиционного хайтек-холдинга KM Core с таким инвестиционным портфелем:

De Novo – один из крупнейших украинских центров обработки данных и поставщик облачных услуг в Украине.

КМ Labs – промышленная научно-исследовательская лаборатория, которая разработала технологию для промышленного производства нанолекарств.

Дизайн-центр KM211 – разработчик микросхем и прикладных решений на их основе.

Polyteda – разработчик программных продуктов для физической верификации микросхем.

Институт новейших технологий в образовании – ИНТО – разработчик средств для автоматизации учебного процесса.

КМ Disti – IT-дистрибьютор с клиентами в 12 странах Восточной Европы, СНГ, Балтии и Центральной Азии.

KM Ware – разработчик программного обеспечения.

Евгений Уткин является инициатором создания фонда «Борщ Foundation» для финансирования научно-исследовательских и конструкторских инициатив двойного назначения. Среди проектов фонда – UARPA, компания-разработчик военного оборудования.

– Кто такой Евгений Уткин?

– Прежде всего – киевлянин, я живу здесь с 1982 года.

Я очень люблю Киев, для меня он является одним из самых красивых и больших городов планеты. Я абсолютно уверен, что в ближайшее время Киев станет одной из столиц мира.

– Кто ваши родители? Что они такого сделали, что вы стали успешным?

– Я россиянин. Моя семья с Кубани, а родился я в Донецке Ростовской области. Дом, где я провел детство, стоит на расстоянии 500 метров от границы с Украиной. Сегодня для меня это драматическое место, я не знаю, когда приеду туда.

Там похоронен мой отец, он работал директором шахты, а мама заведовала аптекой в Изварино. Я тоже год работал в шахте «Западная» электрослесарем. У нас в семье считалось, что человек должен быть ближе к земле, быть проще и тогда к нему потянутся другие. Нужно попробовать все, поэтому я знаю, что такое шахта и солнце.

– У вас еще есть сестра. Она успешнее вас?

– Да, есть младшая сестра, но я не знаю, будет ли она успешнее меня. Человек сам должен это определить. Если находишься в гармонии с собой, тогда ты успешный.

– Как именно вы определились с будущей профессией?

– Я мечтал путешествовать и быть геофизиком, но поступил в Московский институт электронной техники, чтобы в будущем разрабатывать микросхемы и процессоры.

Зеленоград, пригород Москвы, был уникальным городом, советской Силиконовой долиной, я в него влюбился. В Зеленограде 24 исследовательских института. Среди прочего там занимались кибернетикой, к которой было разное отношение.

– Что именно в этой профессии было такого, что вы в нее влюбились?

– Мы видим, как технологии влияют на людей. В 21 веке они определяют жизнь мира и государств. Мне было интересно находиться внутри этого процесса.

– После окончания института вас распределили в Киев?

– Тогда была партия, она определяла, куда ехать. Я приехал в Киев поднимать украинскую электронику. Конечно, был выбор – Минск, Рига. Тогда я жалел, что не остался в Москве, но сейчас счастлив, что все сложилось именно так.

– В 1990 году вы основали компанию "Квазар-микро". Как это произошло?

– Моя история похожа на истории в Кремниевой долине – мне просто до боли захотелось сделать нечто подобное. Надо быть открытым и ловить сигналы, которые посылают окружение и эпоха. Тогда я разглядел возможность сделать что-то свое. Перестройка – это катаклизм, который коснулся всего региона, всех бывших республик. У людей появилась возможность не надеяться на царя-батюшку или еще на кого, и до 1998-1999 годов мы имели уникальный шанс просто делать бизнес. Мы что-то придумывали, делали, создавали, была предпринимательская жилка, а не только потому, что кто-то смог приватизировать предприятия за копейки.

– А вы не приватизировали предприятия? Что вами двигало, когда вы решили создать частную компанию?

– Не приватизировал, я начинал с нуля. У человека обычно есть две мощные мотивации: самореализация и служение. Тогда основной моей мотивацией была самореализация. Мне надо было доказать себе, что я могу сделать что-то полезное для общества, а инструментом стали информационные технологии и компьютеры.

Вы же понимали, что идете туда, где деньги, то есть в бизнес. Это не пугало?

– Не сильно пугало. Я и по сей день в деньгах не очень хорошо разбираюсь. Для меня они не стимул, а просто энергия, с помощью которой можно что-то создать. Если хочешь просто заработать большие деньги, то это у тебя никогда не получится, потому что нужно делать дело. Если создаешь продукт или сервис для потребителей и общества, тогда и деньги будут. Предпринимательство – это риск и ответственность. Если один раз что-то сделаешь не так, твоей карьере в большом бизнесе наступает конец. Конечно, я брал кредиты и под 750% годовых, когда еще гривен не было, а повсюду были купоны, но за 26 лет я никогда не задерживал выплаты по кредитам.

– Но ведь это были 1990-е годы, когда были еще и бандиты.

– У меня казацкая кровь, да и вообще – предприниматели просто берут и делают. Случались «наезды». Были времена, когда я вынужден был вывозить детей из Киева и ездить с оружием. Самое главное – не сдаваться.

– На вашем предприятии даже есть памятник рейдерам.

– Не на нашем, а у наших соседей. Там изображен робот, который убивает саранчу.

– «Квазар-микро» была первой компанией в бывшем СССР, которая начала выпускать компьютеры. Вы первыми начали сотрудничать с такими гигантами, как Intel. Как вам пришло в голову, что можно выпускать компьютеры?

– Мне больше нравится там, где меньше конкуренция, это дает возможность быть впереди. У нас даже слоган был: «Всегда на шаг впереди». Я тяготею к тому, чтобы не просто заниматься коммерцией, а что-то придумывать. Если говорить об интеллектуальном капитале, Украина однозначно в мировой двадцатке.

Я не считаю сборку компьютеров или то, что делали мы, чем-то большим. Просто мы делали это первыми. Сначала было программное обеспечение, а потом большие проекты. В мировой экономике каждая страна борется за свой кусок пирога. Евросоюз, который сейчас немного штормит, был организован, чтобы соперничать с Америкой и Китаем. Россия со своими ракетами сидит, наблюдает и пытается показать, что тоже что-то значит в мире.

А мы должны думать о своем месте. Есть сырье и конечный продукт, который стоит дороже сырья. Например, кефир в маленьких красивых бутылках он стоит дороже, чем в пакетах. К сожалению, сегодня мы на 90% продаем интеллектуальное сырье, а не продукт или сервис.

Почему Америка имеет интеллектуальный капитал? Она сделала среду, в которую едут предприниматели со всего мира – китайцы, индусы, эмигранты из СНГ. Есть Израиль, куда после развала СССР переехало много людей с еврейской кровью. Если говорить об интеллектуальным капитале, Израиль является страной №1 во многих отраслях в мире.

Далее, как не странно, идет Венгрия – по количеству лауреатов Нобелевской премии на душу населения она первая в мире. Затем идут Польша, Китай или Индия, а дальше Россия и Украина.

3% населения в Пало-Альто, где находится Стэнфордский университет, разговаривают на русском. Они не убирают улицы, не работают водителями, они ученые, разработчики и многие из них приехали из Украины. Чтобы воспитать разработчика, даже в Украине, где по сравнению с Европой и Америкой все в несколько раз дешевле, нужно потратить не менее миллиона долларов. Эти деньги идут на институты и школы. Когда сейчас десятки тысяч, миллион людей уезжает из страны, это означает, что от нас уходят триллионы долларов.

– Есть шанс, что компьютеры будут выпускаться здесь?

– Для компьютеров уже поздно, но сейчас лучшее время начинать бизнес. Тогда катаклизмы коснулись только бывшего СССР, а сейчас весь мир турбулентный. Здесь все, как в футболе: есть премьер-лига с профессионалами, и есть уличная команда. Но когда идет дождь и за окном жуткая непогода, дворовые играют действительно сильно, как исландцы. Мы очень хотим попасть в эту премьер-лигу и можем это сделать, потому что сегодня нет границ. Как-то один из инвесторов крупнейшей компании в сфере биткоинов, Bitfury, мой знакомый, приехал и говорит: «Евгений, ищу команду. Хочу разработать специальный микропроцессор для своих серверов».

Он нашел команду ребят из Украины, и все они уехали работать в Таиланд. Там хорошо, вкусно, тепло, не надо платить за аренду помещений – есть соломенная крыша, прекрасный интернет, все, что нужно. Именно там они разработали самый быстрый микропроцессор из тех, что используются в этом бизнесе. Мир сейчас глобальный, и каждый из нас может сам себя сделать, откуда бы он не был. А в Украине рождаются талантливые люди.

– В 2004 году вы вывели компанию на продажу за 300 млн. долл. Почему у вас получилось, а у других нет? Не было конкурентов?

– Когда мы в 2007 году вывели компанию на IPO на лондонской бирже, ее стоимость была 2,3 млрд. долл. В 2004 году нам стало тесно на украинском рынке, и мы двинулись покорять Россию. Все получилось хорошо, тогда была нормальная конкуренция, и государство не вмешивалось в бизнес. В боевых искусствах, чтобы разбить кирпич, надо сконцентрироваться и направить удар не по поверхности кирпича, а глубже – иначе не разобьешь. Мы должны ставить планку выше физической возможности, в этом и состоит искусство бизнеса. А еще надо помнить, что сбываются лишь искренние мечты и желания.

– Вы закончили четыре или более бизнес-школ, ездили в Бразилию и Америку. Зачем вам это?

– Это нормально, люди учатся всю жизнь. Обычно идеи приходят не от коллег по цеху, интересно заглянуть и в другие сферы. Я многому учусь у тех, кто занимается музыкой, театром и кино. Обязательно нужно мыслить out of the box, нестандартно. Помните барона Мюнхаузена? Он себя вытаскивал. Нужно постоянно решаться на эксперименты, вытаскивать себя из рутины.

– Вы знаете русский, украинский, английский и французский. Откуда это?

– Мои дети разговаривают на разных языках. Изучал французский в школе, английским владею, потому что должен. Он стал языком бизнеса, его нужно знать. Без английского ставить высокую планку сложно, да и вообще – чем больше языков знаешь, тем лучше.

– Вы вышли из успешной компании, которая стоила 3 млрд. долл. на мировых рынках, из Москвы вернулись в Киев. Что побудило оставить этот успех?

– Для меня есть большая разница между Россией и Москвой, Кремлем. Русский человек – это состояние души, и это категорически никак не касается тех людей, которые сейчас при власти в Кремле. Я не считаю их россиянами. В современной России мало кислорода, там дышать нечем. При этом руководстве творческому, креативному человеку сложно создать что-то великое.

– Вы это почувствовали еще в 2007 году?

– В эпоху Майдана, в 2004-2005 годах, я каждое утро летал на работу в Москву, и уже тогда начала чувствоваться разница в ценностях. В 2005 году на канале «Культура», который тогда был очень хорошим, провели опрос «Кто является вашим врагом» и назвали Украину. Для меня это было дико.

– Возвращение из России в Украину было цивилизованным выбором?

– Я не разделяю на «вот здесь бизнес, а вот здесь не бизнес». Человек – целостное существо. У меня нет отдельно рабочего и нерабочего времени. Нельзя просто зарабатывать деньги. У нас была международная компания, просто штаб-квартира находилась в Москве. Конечно, там возможностей было больше, но хотелось дышать, потому что в хайтек-бизнесе важны свобода творчества и принятия решений. Если слушаешь одного только начальника, а не себя, и оставляешь решение другим, это безответственно и противоречит моим да и вообще человеческим ценностям. То, что у нас происходит сейчас, – это цивилизационный выбор, когда ты отвечаешь за свои поступки, не критикуешь и не переносишь свои обязанности на других, делаешь что-то и за это отвечаешь. У нас всегда было намного больше свободы.

– Не президент виноват?

– Мы должны помнить, что сами выбрали президента, который должен на нас работать и перед нами отчитываться. Сейчас переходный период. Мы поставили задачи, которые он должен решить, но у него колоссально сложная цель – сломать хребет системе. С чем-то он справляется успешно, а что-то в его работе не удовлетворяет. Народу хочется, чтобы было быстрее. Я считаю, что за два года у нас очень много сделано. А вообще сидеть и критиковать – это очень слабая позиция.

– Собирать чемоданы, уезжать за границу и искать счастья там или оставаться в Украине и развивать бизнес здесь?

– Время от времени нужно собирать чемоданы и ехать за знаниями. Есть более развитые рынки – Америка, Европа, более закрытая Япония. Нужно туда отправляться учиться и возвращаться с новыми идеями. Я называю это эффектом машины времени.

Как для меня, эмиграция – это не драматическое событие. Как развились Китай или Индия? Если один индус попадает в отдел ИТ в американском банке, то впоследствии весь отдел состоит из индусов. Мы движемся в правильном направлении, но постоянно теряем моменты, когда можно сделать рывок. Сейчас, как и в 2005 году, существует возможность квантового скачка, быстрого перехода на совершенно другой уровень. Появилась энергия и критическая масса людей, которые хотят этих изменений. С совковой системой нужно расставаться решительнее и быстрее, а у нас все отрезается кусочками. Однако я абсолютно уверен, что скоро по Крещатику будут гулять будущие Марки Цукерберги и Стивы Джобсы.

– Вы недавно встречались с президентом и предложили, чтобы он дал свой телефон Илону Маску. Это правда?

– На встрече с Петром Порошенко прозвучало такое предложение, но нас была целая делегация, куда входили и ребята, которые уже сделали успешные стартапы в Украине. Было также несколько людей от украинских ассоциаций, занимающихся технологиями.

Моя просьба к президенту и ожидания от него простые и конкретные: в стране должен быть человек, который отвечает за развитие индустрии 4.0, где интеллектуальный капитал в приоритете. В стране должен кто-то – человек, структура, агентство, министерство – отвечать за создание такой экономики, как в Израиле. Там в 1994 году приняли решение, что нужен вот такой главный ученый, у которого в каждом министерстве есть кабинет. Он присутствует повсюду как проект-менеджер, его задача – обеспечение инновационности всех министерств.

В Израиле есть много технологий так называемого двойного значения. Например, дрон, который используется для военных целей, также помогает в сельском хозяйстве – смотрит за почвой и растениями.

– Эти добрые шаги посылают хороший сигнал бизнесу?

– Они показывают, как нужно менять страну. Внутри системы и винтика не изменить – надо параллельно строить новое, а потом сметать старое. Нужен инструмент, который помогает прогрессу. Даже в сельском хозяйстве есть новые технологии – сенсоры, планшеты, системы навигации для тракторов. У нас урожайность в среднем в 2,5 раза ниже аналогичных показателей в Германии, потому что мы применяем меньше технологий.

А сельскохозяйственный рынок у нас третий в мире. Поэтому когда такие технологии прочно войдут в обиход, у нас появятся сотни многомиллионных компаний, которые начнут развивать это направление.

В Америке интеллектуальный продукт уже больше валового национального продукта, и у нас должно так быть. Не кубометры газа, не работа сборщика или экономиста, а интеллектуальный труд, и в Украине есть для этого большой потенциал. Очень важно, чтобы Tesla, Google и Apple не просто продавали у нас свои продукты, а чтобы они в нас инвестировали. Вот в России даже во время санкций только за последний год более десяти компаний открыли свои центры разработки.

– Почему там открылись, а здесь нет?

– Потому что там есть несколько человек высокого уровня, которые этим целенаправленно занимаются. Среди них – Герман Греф и Анатолий Чубайс. Греф после посещения Силиконовой долины сказал, что данные это нефть 21 века, этих данных огромное количество вокруг, как и нефти в прошлом веке. Сюда нужно привлекать компании не только в сборочное производство, а и в разработку, ведь у нас хорошие специалисты. Здесь роль президента тоже важна. Он ездит в Брюссель и Вашингтон и должен сделать так, чтобы у нас развивалась индустрия высоких технологий, должен привести сюда десятки крупных компаний. Если он не услышит, а он может не услышать, потому что у него много задач, мы напомним.

– Какие направления в Украине актуальны, кроме сельского хозяйства?

– Молодежь и чиновники должны помнить, что конкуренция нынче глобальная, мы соревнуемся не с соседями, а со всем миром. Если у нас не будет ощущения конкуренции, обрабатывать землю будут китайцы, а мы будем покупать американское программное обеспечение. Для Украины есть несколько принципиально важных индустрий.

Прежде всего – оборона и безопасность, потому что «этот дождь надолго». Конфликт, в эпицентре которого находится Украина, происходит не только между нами и Россией, это цивилизационный конфликт. Однако никто не будет заниматься нашей безопасностью и защищать нас, кроме нас самих, поэтому эта индустрия в приоритете.

Второе – это сельское хозяйство, которое при наличии технологий может вытянуть всю страну, потому что Украина способна кормить четверть населения мира.

Третье – энергетика. По показателям энергосбережения Украина не входит даже в первую сотню стран, потому что у нас безответственное отношение к этому направлению.

Угольные и газовые планы все 26 лет мешали развитию альтернативной энергетики, поэтому нужно фокусироваться на энергосбережении и технологиях – биотопливе, пеллетах, тепловых насосах, ветряных и солнечных станциях, малых ГЭС. В Украине инициатива идет от людей, а роль государства должна заключаться в том, чтобы помогать этому процессу и давать немного денег.

Четвертая индустрия – все, что связано с охраной здоровья, прежде всего, фармацевтика.

– Видите ли вы своих детей продолжателями собственного бизнеса? Нужно, чтобы дети делали все сначала, надо давать им старт?

– Прежде всего, детей нужно любить и помогать им. Моя мечта, как и любого отца, – построить какое-то дело, как фундамент дома, и чтобы дальше кто-то конструировал этажи и создавал красоту. Показать-то можно только собственным примером. Нужно дать им хорошее образование, помочь увидеть мир. Какая-то минимальная финансовая помощь тоже должна быть, но приоритет – образованию и навыкам. Нужно давать удочку, а не рыбу.

– Дайте три совета украинским бизнесменам.

– Первое – рассчитывать только на себя, своих близких и команду, которую сам создал. Второе – верить в человечество и добро, на негативе ничего не получится. Третье – пробовать. Если не знаешь, как делать, пробуй. Все просто.

Автор: Ярослав Заблоцкий

Источник: Экономическая правда

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

 
Читайте по теме:
 Ирина Кухтина: «В течение двух лет появится до десяти заводов по переработке ягод»
 Хронология экономических событий в Беларуси (21 июня – 20 сентября 1997 г.). Часть 2
 Беларусь в январе-ноябре 2013 г. сократила экспорт полимеров этилена на 14,6% до 143,120 млн. долл.
 Портал игровых автоматов Multigaminatori.com предлагает популярные азартные игры
 Макроэкономический и монетарный обзор Украины. Август 2017 г.