Главная О компании Контакты Обзоры Рейтинги Публикации Охрана труда

Первый заместитель министра агрополитики Максим Мартынюк: Украина может оказаться на обочине высокотехнологичного аграрного процесса, а мы будем продолжать спорить – продавать землю или нет


30.05.2017 – Первый заместитель министра аграрной политики и продовольствия Максим Мартынюк в интервью УНИАН прокомментировал желание главы ведомства Тараса Кутового уйти с должности министра АПК. Рассказал о том, насколько Украина готова к открытию рынка земли, какие шаги необходимо сделать государству для отмены моратория на продажу участков, заработает ли рынок со следующего года, и как его запуск повлияет на развитие аграрного сектора страны.

 23 мая министр агрополитики Тарас Кутовой написал заявление на увольнение. В каком режиме сейчас работает министерство?

 Минагрополитики работает в штатном режиме, все заместители на своих местах. За год своей каденции Тарас Кутовой заложил основы для институциональных изменений в этом ведомстве, поэтому большинство процессов налажены и идут безотносительно к персоналиям. Хотя, конечно, с личной точки зрения это решение очень многих расстроило.

 Также хочу уточнить, что, по процедуре, за увольнение министра еще должна проголосовать Верховная Рада.

 Основной причиной этого решения называют несогласие с правительственной концепцией земельной реформы. Вы можете это прокомментировать?

 Поиск компромисса и существование разных позиций – это абсолютно естественный рабочий процесс, особенно в контексте реализации такой сложной реформы как земельная, которая затрагивает большой круг заинтересованных лиц и групп. Если бы это было причиной, то можно было бы освобождаться после каждого совещания.

 О внутренних мотивах лучше спрашивать у него. Однако публично озвучена Тарасом Викторовичем причина – желание сосредоточиться на привлечении инвестиций в страну и иметь большую, по сравнению со статусом госчиновника, свободу действий – лично для меня, как для человека, который давно его знает, вполне понятно.

 Но ваши взгляды с ним в вопросе внедрения рынка земли расходятся? Ведь вы выступаете за введение собственно рынка, а Тарас Кутовой – за продажу прав аренды...

 Да, это же не секрет, поскольку эти позиции неоднократно высказывались публично.

 Я бы говорил о двух моделях. Одна – это рынок земли, но с целым рядом строгих ограничений. Другая модель – рынок прав аренды. Я эту модель комментировать не буду, потому что она понятна и известна: покупаем и продаем то, что и сейчас покупается и продается.

 Готова ли Украина к внедрению рынка земли?

 Украина готова. Это вопрос, как мне кажется, уже относится к разряду таких вопросов, что перезрели. Конечно, можно еще десять лет ничего не делать, «чтобы не было хуже». Такая позиция очень комфортна для украинского менталитета. Но мы не хотим замечать многих проблем. Мы не замечаем, как в сельской местности население сокращается темпами на 60% быстрее, чем в городах. Мы не замечаем безработицы в сельской местности, потому что оно скрытое. А самое главное, мы застряли в своем маленьком «хуторе».

 В глобальном масштабе Украина – серьезный игрок, но мы не видим, что происходит вокруг. А технологии не стоят на месте. Думаю, в стратегической перспективе наши преимущества в виде плодородных почв и благоприятного климата будут нивелированы мировыми технологическими разработками. Мы не оглянемся, как растениеводческая продукция начнет выращиваться в вертикальных фермах, а животноводческая – в лабораториях, вообще без животных, и земля перестанет быть основным средством производства.

 И, в конце концов, Украина может оказаться на обочине высокотехнологичного аграрного процесса, а мы все еще будем продолжать спорить, можно ли продавать землю или не можно.

 Значит, именно запуск рынка земли будет способствовать решению существующих проблем и развитию украинского сельского хозяйства?

 По моему глубокому убеждению, правильный запуск рынка земли должен привести к оздоровлению всех процессов, которые произошли за время действия моратория, и нивелирования искажений в украинской аграрной модели, связанные этими ограничениями. Мы не можем позволить себе не замечать проблем села хотя бы потому, что там живут 40% наших сограждан.

 Принятие, каких законопроектов должно предшествовать запуску рынка земли?

 Я внимательно знакомлюсь с позицией депутатов, экспертов, бизнеса, которые касаются рынка земли. Например, недавно читал, что перед открытием рынка нам необходимо сделать 17 каких-то шагов. Одна партия с микроскопическим рейтингом считает, что надо принять 30 каких-то законов и тому подобное. И я хочу ответственно заявить, что для запуска рынка земли все необходимые законы уже приняты – о кадастре, землеустройстве.

 Законодательная основа заложена. Подтверждением тому, что нет никаких препятствий для функционирования рынка земли, кроме моратория, является тот факт, что рынок аренды в Украине успешно и полноценно функционирует. Почему, когда агрохолдинг берет землю в аренду, то не возникает проблемы с ошибками в кадастре, проблемы несовершенных процедур регистрации, никаких проблем вообще. Но когда мы говорим о рынке, то сразу возникают более чем сомнительные препятствия, которые не имеют никакого отношения к реальности.

 Таким образом, нормативно-правовая база в этом вопросе не нуждается в совершенствовании?

 В частичном совершенствовании она нуждается. Например, нам необходимо разобраться с последней глобальной коррупционной проблемой, которая есть в вопросе распоряжения землей, – возможностью бесплатной приватизации до 2 га под личное крестьянское хозяйство. Также требуют законодательного урегулирования возможности проведения электронных аукционов по продаже земли.

 Есть вопросы, которые необходимо усовершенствовать, но все они могут быть выписаны в одном документе, который требует от нас Земельный кодекс, – законопроекте об обороте земель сельскохозяйственного назначения. В нем должны быть сформированы правила игры на рынке, определенные ограничения, очерчена роль государства как регулятора, а также внесены эти точечные изменения в законодательство. Но, я подчеркиваю, – точечные ограничения.

 На каком этапе находится разработка данного законопроекта?

 На финальном этапе. Мы уже имеем текст законопроекта и имеем модель, которая согласована с нашими международными партнерами. Сразу скажу – МВФ не выставлял нам никаких критериев относительно параметров функционирования рынка земли. В ближайшее время планируем обсудить модель рынка с широкой общественностью. Когда мы получим обратную оценку агробизнеса и владельцев паев, тогда уже сможем подготовить к финалу текст и вынести его на рассмотрение правительства.

 Очертите временные рамки, когда текст будет окончательно готов...

 Их объективно сложно прогнозировать, поскольку разработка национальной модели требует многих консультаций. Это может быть несколько недель, но может затянуться и  дольше.

 Какие основные принципы будут заложены в правительственный законопроект об обороте земель?

 Покупать участки смогут только граждане Украины – физические лица, при этом максимальный порог собственности одного гражданина не будет превышать 200 га. Иностранцы на рынок допущены не будут. Конкуренция за участки будет происходить между игроками сопоставимого масштаба и финансовой состоятельности.

 При открытии рынка основная наша цель – создать в сельской местности средний класс, который обеспечит рабочие места. Чтобы в каждом селе, условно говоря, с населением 1-2 тысячи человек, работало 3-5 фермеров, каждый из которых создаст по 10-20 рабочих мест. Таким способом мы сможем существенно улучшить социальную ситуацию.

 Поскольку есть много сельскохозяйственных производителей, которые являются юридическими лицами, некоторые эксперты категорически не согласны с предложением допустить к рынку исключительно физических лиц. Что вы думаете по этому поводу?

 Они не соглашаются, но и мы не можем согласиться на что-то другое. Дело в том, что мы выступаем за рынок, при котором невозможна чрезмерная концентрация. Владельцы агрокомпаний приводят совершенно разные аргументы, но в этой части правительство точно не сможет их принять.

 Более того, агробизнес иногда сознательно манипулирует этим тезисом, поскольку понимает, что разрешение юридическим лицам на покупку земли фактически монополизирует рынок, потому, что по действующему законодательству первоочередное право выкупа участка есть у того, кто ее арендует. Это бы существенно сузило возможности людей – собственников земли, в чьих интересах и проводится реформа, поэтому эта позиция является принципиальной.

 По вашим оценкам, удастся ли Украине выполнить свое обязательство перед МВФ и уже со следующего года запустить рынок земли?

 Технически это возможно. Но все зависит от многих факторов. Допустим, правительство рассмотрит проект закона и направит его в Верховную Раду. Далее парламент должен его проголосовать. Считаю нежелательной ситуацию, когда мы вносим в сессионный зал один текст законопроекта, а затем к нему добавляется множество поправок, и он становится совершенно другим. В этом вопросе важно быть монолитными.

 Достаточна ли поддержка данного законопроекта в Верховной Раде? Какова вероятность того, что он будет принят?

 По состоянию на данный момент с поддержкой очень сложно. Наша стартовая позиция – максимум 100 голосов. Но я уверен, что уровень поддержки является производным от общественного мнения. Данные социологических опросов, которые проводило агентство USAID, свидетельствуют, что 75% опрошенных выступают за продление моратория. При этом 75% также хотят свободно распоряжаться своей землей.

 Люди меняют свое мнение после того, как мы объясняем, что такое земля, что такое право собственности, в какой модели правительство могло бы запустить рынок. После того, как люди получают реальную информацию, их мнение существенно меняется. А мнение людей прямо влияет на позицию народных избранников, особенно мажоритарщиков.

 Каковы основные экономические последствия вы ожидаете от открытия рынка земли?

 В стратегической перспективе, считаю, что ВВП аграрного сектора разделился бы в пропорции 25/75. 25% валового продукта будут генерировать именно мелкие хозяйства. Они занимались бы поставками продовольственной продукции на внутренний рынок, обеспечивали бы наше продовольственное разнообразие.

 Также эти фермеры сосредоточились на бизнесе, которым никогда не будут заниматься крупные товарные хозяйства, например, на выращивании органической продукции, бешеный спрос на которую сейчас наблюдается в Европе и начинает наблюдаться в Азиатском регионе.

 А 75% ВВП будут формировать крупные товарные производства, которые продолжат засевать наши бескрайние поля подсолнечником и пшеницей, обеспечивать экспортную выручку. В конце концов, мы точно сохраним свои текущие позиции на глобальном рынке продовольствия.

 Когда крестьяне почувствуют экономический эффект от открытия рынка?

 Это сложно спрогнозировать, потому что у нас есть много неизвестных. Одно из основных – сколько человек имеет желание продать свои участки. По данным опросов, около 20% землевладельцев реализуют свое право в первой волне, но, сколько их будет потом?

 Я придерживаюсь мнения, что на следующий день после снятия моратория ничего не случится. По крайней мере, сразу. Да, тенденции будут постепенно набирать обороты, однако финальный экономический эффект нам пока сложно оценить.

 Но необходимо учитывать, что экономический эффект будет возможен тогда, когда мы сможем интегрировать земельные отношения в кредитно-финансовую систему. Без развитого механизма кредитования просто открытие возможности купли-продажи земли ничего нам не даст. Полноценная собственность на определенный участок должна обеспечить фермеру возможность под залог этой земли получить деньги. Если производитель, имея 30-50 га, сможет получить кредит, который позволит ему купить, например, трактор, то это будет замечательным эффектом для АПК. Полноценная собственность на землю должна дать крестьянам возможность развивать свое производство.

 Министерство предполагает ли запуск механизма льготного кредитования для фермеров?

 Мы сейчас активно работаем над этим вопросом, обсуждаем его с банковским сектором. Вырисовываются три возможные модели поддержки фермеров, которые не противоречат друг другу и могут применяться комплексно.

 Первая – механизм рассрочки платежей для фермеров, которые покупают государственную землю. Государство как собственник может формировать условия продажи в пользу категории покупателей, которых хочет поддержать. Если это аукцион, то я не вижу никаких проблем, чтобы установить первый взнос в размере 10-20% от стоимости участка, а на остальное предоставить длительную рассрочку. Можно даже его предоставлять беспроцентный (учитывая индекс инфляции), потому что это один из механизмов поддержки фермерства.

 Второй вариант – обеспечение льготных кредитов. Кстати, эта программа у нас работает, она, просто, не подсоединена к рынку земли. Мы возмещаем агропроизводителям по кредитам двойную учетную ставку НБУ. Это позволяет им привлекать кредитные средства под 7-8%. Проблема в том, что этот механизм распространяется только на краткосрочные кредиты, но его можно доработать и запустить в четкой привязке к кредитам, которые выдаются под залог земельных участков.

 И третий момент – совместно с ЕБРР мы работаем над тем, чтобы разработать механизм гарантирования кредитов, которые выдаются под залог земли. То есть, есть возможность формировать меньшие резервы под выданные кредиты, что способствует их удешевлению. Полное или частичное гарантирование кредитов, выданных под залог земли, является одним из способов обеспечения поддержки этих операций финансовым ресурсом.

 В Украине уже закончился процесс наполнения земельного кадастра, проведения инвентаризации государственных земель и создания реестра собственников земельных участков?

 Относительно инвентаризации земель – это бесконечный процесс. Сегодня в кадастре содержится информация о земельных участках, совокупная площадь которых равна 70% от общей территории Украины. Основными не внесенными в кадастр землями являются леса, подводные объекты и земли обороны.

 Что касается сельскохозяйственных земель, то 90% из них уже внесено в кадастр. Процедура инвентаризации государственных земель еще не завершена, но она постепенно осуществляется. В процессе подготовки к аукционам мы все равно находим государственную землю, де-факто ее инвентаризируем и вносим. Таким образом, из 10 млн. га государственных земель инвентаризировано 6,5 млн. гектаров.

 Что касается реестра собственников земельных участков, то он составляется Министерством юстиции, в то время как кадастр – Госгеокадастром. Один из основных вопросов, который беспокоит наших иностранных партнеров, – повышение прозрачности земельных отношений.

 Это означает, что необходимо как-то интегрировать эти две системы. Мы никоим образом не ставим вопрос о передаче функций регистрации обратно в Госгеокадастр – очевидно, что они так и останутся в Минюсте. Но мы должны объединить сведения кадастра и реестра, чтобы люди не ходили к разным чиновникам, а могли в одном месте решать все свои проблемы. Значит, если земельный участок будет вноситься в кадастр, право собственности на нее автоматически будет фиксироваться в реестре прав собственности на объекты недвижимого имущества.

 Кроме прочего, такое объединение двух систем будет иметь мощный антирейдерский эффект. Сейчас мы ведем техническую работу с работниками Минюста.

 Какая цена на землю ожидается в Украине после запуска рынка?

 Точно могу сказать, что цена будет постепенно расти, и те, кто продадут участок одними из первых, впоследствии могут считать, что с ними поступили несправедливо. Чтобы этого избежать, будет проведена серия аукционов по продаже государственной земли. Это будут электронные аукционы, которые мы планируем провести в течение первого-второго месяца после открытия рынка.

 Планируется, что будет продано не менее чем по одному лоту в каждом административном районе Украины. Участие в электронных аукционах сможет принимать любой гражданин, который имеет доступ к Интернету, что позволяет рассчитывать на максимально широкий круг участников торгов. Результаты аукционов мы доведем до общественности. Даже если у кого в деревне нет телевизора, он все равно будет знать, что в соседнем селе землю продали условно по 50 тыс. грн. за гектар. И я вас уверяю, что больше никто не сможет прийти с меньшим предложением.

 А конкретнее, какими будут цены на первом этапе?

 Средний уровень трудно вывести из-за того, что у нас различные агроклиматические зоны. Думаю, в Черниговской области, ближе к белорусской границе, земля будет относительно дешевой, в Полтавской области – наоборот, дорогой. В среднем цена будет колебаться в пределах 40-50 тыс. грн. за гектар. Но со временем она будет расти. Мы изучали статистику других стран, где конъюнктура приближена к украинской. Сразу после открытия рынка цены на землю просели, потом начали расти, и сейчас рост продолжается постоянно. Это стабильный тренд.

 Как открытие рынка повлияет на состояние плодородия почв и показатели урожайности?

 Думаю, очень положительно, потому что своей землей интересно заниматься. Сейчас фактически, несмотря на все победные реляции агрохолдингов, они достаточно условно придерживаются технологии агропроизводства. Например, вносят преимущественно азотные удобрения, под паром землю не держат, что предусмотрено агротехнологиями. Значит, сейчас применяется довольно изнурительная модель агропроизводства. Вследствие этого происходит окисление почв, их надо нейтрализовать, но этого никто не делает. Более того, мы даже до сих пор не вышли на тот показатель внесения удобрений, который был в начале 90-х годов. Но если земля у человека в собственности, он начнет бережно к ней относиться.

 Какой орган сейчас осуществляет контроль рационального использования земель? Ранее эта функция была возложена на Госсельхозинспекцию, но она ликвидирована...

 Контрольные функции сейчас переданы Госгеокадастру, он только начал эту работу. Через один-два месяца сможем подвести промежуточные итоги. Чрезвычайно сложная ситуация с охраной земель: фактически есть агротехнические нормы, даже законодательное регулирование, но отсутствуют инструменты контроля. Что касается частной земли, то основное бремя контроля над ее состоянием лежит на собственнике.

 Что касается государственной земли, то я во время работы в Госгеокадастре категорически настаивал, чтобы в договорах аренды фиксировались показатели качества почвы, и затем раз в два года осуществлялся промежуточный мониторинг их состояния. Если они ухудшились, то это должно быть основанием для прекращения договора и поиска другого более рационального пользователя.
 Проблема заключается не в ликвидации Госсельхозинспекции, а в том, что за все время своей работы этот орган очень слабо выполнял именно эту функцию. Очень надеюсь, что Госгеокадастр будет более ответственно подходить к этой задаче.

 В настоящее время, какие принимаются меры по восстановлению плодородия земель?

 У нас есть местные и областные Фонды охраны земель. Они формируются за счет уплат взносов за возмещение стоимости земель, которые изымаются из сельскохозяйственного и лесохозяйственного оборота, и прежде были источником финансирования мероприятий по восстановлению плодородия. Но, увы, де-факто эти средства не используются. Например, в Днепропетровской области сконцентрировано около 100 млн. грн., за счет которых можно было бы профинансировать 2-3 проекта. Но деньги лежат на депозите и, ни на какие мероприятия не используются.

 Нас это совсем не устраивает. Поэтому в законопроекте об обороте предполагается прописать четкие обязательства относительно использования этих средств по назначению. Будет предусмотрена санкция – если в течение двух лет аккумулированные средства не будут использованы, то эти деньги поднимутся на уровень государственного бюджета и уже оттуда будут направлены на мероприятия по охране земель. Посмотрим, удастся ли принять эту норму, а если удастся, то, как она будет работать.

 Мы уже частично коснулись темы продажи прав аренды на землю. Насколько этот механизм популярен? Как он отразился на стоимости земельных участков?

 По данным последнего мониторинга, мы получили уникальную ситуацию, когда государственные земли были переданы в аренду по цене выше, чем частные земли: 2249,8 грн./га против 1093,4 грн. за гектар по итогам 2016 года. Это один из немногих случаев, когда государство показало себя более эффективным собственником. Произошло это вследствие того, что были приняты изменения в законодательство, перекрыт ряд возможностей по не аукционной передаче прав аренды, а также проведены организационные мероприятия внутри Госгеокадастра.

 Что касается купли-продажи прав аренды, то сейчас она осуществляется через механизм купли-продажи корпоративных прав. То есть компании, которая имеет определенный банк на условиях аренды. Если владелец хочет избавиться от этого актива, то он продает корпоративные права. Банки довольно осторожно принимают эти корпоративные права в качестве залога, как правило, только в комплексе с другим залоговым имуществом.

 Как вы относитесь к механизму эмфитевзиса? В чем заключается его суть? Какие основные риски от его внедрения?

 Эмфитевзис – это право третьего лица на использование земли сельскохозяйственного назначения. Этот механизм позволяет более четко прописывать ограничения по использованию земельного участка, по сравнению с арендой. Условно говоря, у вас есть гектар земли, вы его передаете в эмфитевзис и предполагаете, что его пользователь сможет выращивать на этом участке исключительно морковь. Можете даже прописать, какого сорта. И далее контролируете этот процесс.

 Я знаю примеры правильного применения механизма эмфитевзиса. Например, один из наших агропроизводителей оформил в эмфитевзис землю товарного сельскохозяйственного производства и построил на ней животноводческий комплекс, не нарушив целевого использования земли и гарантии сохранения своей инвестиции. Сейчас это большое и успешно действующее предприятие.

 В последнее время распространилась практика заключения договоров эмфитевзиса как квази - покупки земли, но сказать, что это приобрело каких-то угрожающих масштабов, я не могу. Заключено достаточно незначительный процент таких договоров.

 Мне сложно прокомментировать юридическую чистоту этого механизма, потому что, к сожалению, вопрос эмфитевзиса прописан буквально одним предложением в одной короткой части статьи Земельного кодекса. Была попытка его урегулирования, но, по моему мнению, она была воплощена неудачно. Фактически в законопроекте через эмфитевзис запускался неконтролируемый рынок земли – без каких-либо ограничений в отношении концентрации, без инструментов защиты прав собственника.

 Ряд политиков, а также экспертов призывают власть перед открытием рынка провести референдум. Каково ваше отношение к этому?

 Абсолютно бредовая идея, хотя бы потому, что владельцев сельскохозяйственной земли насчитывается около 7 миллионов, а людей, которые имеют избирательное право, – более 20 миллионов. Внимание, вопрос – почему жители дома должны решать, могут ли люди в третьем подъезде продавать свои квартиры? Я не вижу ни логической, ни правовой возможности проведения такого референдума.

 К тому же, депутаты формулируют свои политические заявления так, будто вся земля находится в собственности государства и предлагается решить может ли Украина ее продавать. Это абсолютно не соответствует действительности. 27 млн. га земли находится в частной собственности. Какой референдум?

 В настоящее время Конституционный суд рассматривает представление депутатов относительно действия моратория. На каком этапе находится рассмотрение этого дела?

 Относительно регламента работы суда, он уже должен был бы открыть производство или принять решение о его не открытии. По данным одного из инициаторов представления, суд намерен отказать по формальной причине. Я понимаю его разочарование, но, объективно, конституционное представление – это вершина юридической карьеры, поэтому с первого раза редко когда удается.

 Кстати, отмена моратория через суд – один из сценариев, при котором может открыться рынок земли, при этом он не будет содержать никаких ограничений.

 Какие риски влечет за собой открытие «дикого» рынка без ограничений?

 К скупке пятью семьями 27 млн. га, которой некоторые политики любят запугивать селян, – точно не приведет. Но мы получим множество локальных проблем. И я уверен, что в некоторых селах состоится массовая скупка. Обязательно кто-то не захочет продавать, на него будут пытаться давить силовым способом. Эта информация будет истерично тиражироваться теми политическими силами, которые выступают против рынка. Значит, мы получим очень нестабильную ситуацию.

 И, наоборот, в случае открытия цивилизованного рынка земли мы избавимся от последнего рудимента советской эпохи – ограничения права распоряжения землей. Что касается практических результатов, то мы их почувствуем лет через пять. Будем наблюдать возрождение села, улучшение экономического положения в сельской местности. Получим сельские бюджеты, которые будут иметь собственные источники наполнения, а не ждать субсидий. Конкуренция в сельском хозяйстве выйдет на качественно новый уровень.

 Кому не выгоден запуск рынка?

 Тем, кто сейчас работает в агробизнесе. У них есть достаточно мощные мотивы для сохранения статус-кво – сейчас порог вхождения в рынок с точки зрения получения в пользование земли практически нулевой. Чтобы получить землю, нужно иметь руки, ноги, пачку бумаги для печатания договоров и все. Значит, вы зимой пройдетесь по селу, заключаете договоры, потом сеете, потом собираете, затем продаете, потом рассчитываетесь.

 Сейчас земля стоит «ноль». Когда заработает рынок, «нуля» не будет, и это многих не устраивает. Более того, произойдет в очень короткой перспективе повышение стоимости аренды. Да, мы, возможно, получим уменьшение маржинальности агропроизводства, но она будет распределена в пользу людей, которые являются арендодателями, и которые будут иметь от этого положительный эффект.

 Автор: Надежда Бурбела

 Источник: УНИАН

 Перевод: BusinessForecast.by

 При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

 
Читайте по теме:
 Сергей Масличенко: В перспективе кредиты от ЕБРР позволят снизить потери тепла и сдержать рост коммунальных платежей
 Методологические проблемы анализа механизма денежной трансмиссии
 В Евразийском экономическом союзе добыча сырой нефти в январе-июле 2017 г. возросла на 2,5% до 370,362 млн. т.
 Министр Лилия Гриневич: «Мы не можем учить современных детей так, как 20 лет назад»
 Книги