Главная О компании Контакты Обзоры Рейтинги Публикации Охрана труда

«Я добрая, но в меру». Интервью с новым руководителем «Охматдета» Ириной Садовяк


29.08.2017 – Сняла картину предыдущих владельцев, она мне не нравилась, – улыбается в своем кабинете новый главный врач "Охматдета" Ирина Садовяк, когда мы рассматриваем массивные дыры на стене позади нее. – А вторую картину, которая здесь висела, повесила напротив себя, чтобы на нее смотреть.

На картинке – мама с младенцем.

– Это икона? – вглядываюсь.

– Нет, просто картина. Я эту икону постоянно с собой вожу, – показывает на столе образ Богородицы.

В новом кабинете Ирина обосновалась неделю назад.

Ее избрали руководителем главной детской больницы страны по открытому конкурсу и поддержали все члены комиссии.

Раньше она 14 лет работала главным врачом Николаевской ЦРБ.

9 августа Ирину Садовяк представили коллективу. Приняли ее не слишком тепло.

– Как так? Не спросили мнения коллектива, выбрали... – объясняли в личном разговоре настроение медперсонала некоторые работники больницы.

Смахивает на то, что новой главе "Охматдета" будет непросто.

Какие у нее планы относительно больницы, что будет с контролем лекарств и взяточниками, и о доброте, расспрашивала "Украинская правда. Жизнь".

ПЕРВЫЕ ШАГИ НА ПОСТУ

– Как прошла ваша первая неделя на посту?

– Как один день. Единственного, чего не хватает – времени. Изучаю структуру, знакомлюсь с коллективом, с отделениями. Несколько уже обошла, составляю для себя по каждому характеристику.

Я начала с того, что надо провести внешний аудит. Кто-то к нам придет и проверит. Это всколыхнет учреждение, но я хочу знать, есть ли какие-то проблемы, чтобы избежать их в дальнейшем.

На днях говорили с коллективом о введении новых клинических протоколов, что для этого нужно сделать, чего не хватает, какие есть проблемы.

Говорили также о лекарствах, которые поступают в учреждение даже с небольшим сроком годности.

Если мы видим, что у нас нет такого количества пациентов, сузились нормы поставок, есть остатки препарата, а в каком-то регионе его нет, тогда мы совместно с МИНЗДРАВОМ должны перераспределить эти лекарства и направить препарат в регион тому ребенку, который его требует.

Лекарства есть, и они не имеют права быть списанными, утилизированными. Мы должны контролировать этот процесс. Работаем над этим. Я поняла, что имеется потребность информировать о количестве и наличии лекарств большинство коллектива.

Мы также предупредили врачей, что для собственного контроля будем сверять все данные, чтобы не было злоупотреблений, о которых говорили. Поэтому и делаем аудит, чтобы или подтвердить то, о чем говорили в СМИ, или опровергнуть.

Мы должны точно знать, что ребеночек получил нужный препарат. Кроме записей в истории болезни, мы разговариваем с родителями. Все должны работать на то, чтобы все препараты, которые приходят в "Охматдет", шли по назначению. Хотя вижу, что благодаря усиленной бдительности наблюдается усиленный контроль над лекарствами: работники ежедневно подают мне информацию, что есть на складах, каков расход.

– По аудиту вы уже с кем-то говорили? Кто его будет делать?

– Мы подготовили письмо в государственное предприятие, но пока нам не ответили, когда они будут готовы начать. Но аудит проведут.

Поэтому мы будем работать над новой организационной структурой. Все нацелено для того, чтобы улучшить эффективность оказания помощи и эффективно использовать все ресурсы: материальные и медицинские.

– Об изменении организационной структуры вы говорили и на своем представлении. А что было не так в существующей структуре?

– Мое видение еще полностью не сформировалось, я изучаю. В центре есть несколько отделений, возможно, где-то можно их сгруппировать или расширить, или какую-то специальность выделить отдельно. Основное, почему это важно – новое здание. Когда строительство будет сдано, надо изменить организацию оказания помощи с учетом возможностей нового здания.

– Вы уже успели ознакомиться с документами по строительству нового корпуса?

– Уже была на строительстве, финансы не изучала, потому что заказчик – государственное предприятие. Но там сейчас довольно много проблем, которые, я надеюсь, решат. Наши специалисты интересовались, закупят ли новое оборудование для работы, каких специалистов нам готовить в новый корпус, будет ли полный цикл завершен. Потому что от этого будет зависеть обследование и его результат.

Есть ряд проблем относительно проведения тендера, и мы не знаем, как надолго это затянется. Но насколько я понимаю, государственное предприятие все делает для того, чтобы максимально уложиться в сроки. Для них это сроки, для нас – новые условия работы. Люди на стройке работают, учитывают наши пожелания что-то изменить.

Изменения должны быть в отделении экстренной медицинской помощи. Чтобы на современном уровне оказывать помощь, нужно откорректировать проект. У нас много приемных отделений. Как, по моему мнению, это не оправдано.

Ибо ребенок должен попадать в одну точку, а уже оттуда ему должны оказать всю помощь. А у нас много зданий, и каждое имеет свое приемное отделение, иначе нельзя поступить на лечение.

– Здесь есть отделения, которые предоставляют обычную помощь: при переломах, например. Что будет с ними? Поскольку вы не раз говорили, что планируете усиливать отделения, которые предоставляют уникальные услуги.

– Мы понимаем, что так уж исторически сложилось. Думаю, мы не будем это ликвидировать. Просто после реформы это будут уже другие финансовые расчеты. Возможно, это будет не полностью государственное финансирование, возможно, через софинансирование, городской совет.

Поэтому и анализируется база, где и как оказывают услуги, ибо где хорошие услуги, туда заказчик и пойдет, потому что туда надо меньше вкладывать. Главное – чтобы это было для ребенка доступно, и он от этого не страдал.

ПРИОРИТЕТЫ

– Определили ли вы уже для себя основные направления работы хотя бы на ближайший год?

– Что касается отделений и самой медицинской помощи, это, однозначно, самые сложные отделения: онкогематологический центр со своим набором отделений. Он очень известен по разным причинам. Это сложная патология. Мы единственные такие в Украине. Лабораторные центры известны уникальностью на уровне страны. Это то, что важно и что нужно развивать.

Также начинаю информировать о системе финансового учета, лекарственных средств, чтобы в будущем врачам было удобнее пользоваться результатами обследования.

Мы будем делать электронный реестр, потому что это упрощает работу и это более сильный контроль. Сейчас почему-то с этим возникли наибольшие проблемы, работаем над этим.

В Украине есть много специалистов по ИТ-технологиям, но, к сожалению, они не хотят идти в госучреждение, где низкие зарплаты. Поэтому мы обращаемся к волонтерам, к тем, кто хочет помочь, чтобы сделать эту систему и ее внедрить.

– Есть ли приблизительные даты, когда вы хотите запустить e-health?

– Это все надо купить, настроить... Если откроют новое здание, будет намного легче, потому что там уже проведены коммуникации и интернет в каждый кабинет. Будет проще. Если в течение года мы это запустим – будет очень хорошо.

– Как именно происходит ваше сотрудничество с Минздравом?

– Очень трудно, но я постараюсь донести до коллектива, что именно МИНЗДРАВ предлагает, информировать. Ибо изменить что-то трудно. Но реформы нужны. Мне кажется, что раньше здесь такого сотрудничества не было. Но мы не можем без Министерства здравоохранения, а оно не может без лечебных учреждений.

– В день, когда вы выиграли конкурс, Ульяна Супрун нам рассказала, что МИНЗДРАВ планирует привлечь израильского специалиста на помощь новому главному врачу.

– Мы три дня работали с израильским специалистом благодаря ЮНИСЕФ. От заведующих собирали статистические данные, структуру. Этот приемный покой – это рекомендация эксперта, чтобы построить в современных мировых условиях "Охматдет".

– Вы с ним общались во время проверки?

– Да, когда я еще не была назначена. Во-первых, чтобы не терять время, и чтобы мне в некоторой степени было легче познакомиться со структурой и получить те или иные документы. Мне бы ужасно хотелось, чтобы наши врачи чаще выезжали за границу и смотрели, как может быть. Что может быть иначе, чем у нас. Здесь есть часть врачей, которые видели, ездили заграницу, с ними легче говорить.

НОВАЯ КОМАНДА

– Вы уже неоднократно сказали "мы". На своем представлении вы откровенно и публично сказали и о коррупции, и о том, что о вас говорили за спиной. Как после этого строятся отношения с коллективом?

– Коллектив не знает меня, не знает мой стиль управления, очень осторожно ко всему относится. Когда человек выходит из зоны комфорта, его это пугает. Я буду говорить с коллективом, доносить всегда свои намерения. Ибо без коллектива главный врач ничего не сделает.

Конечно, есть огласка по некоторым службам, персоналиям на уровне Украины, мы это также с коллективом обсуждаем, чтобы избежать проблем, коррупционных схем.

– Как вы подбираете себе команду? Из тех, кто работает в "Охматдете", или планируете привлечь кого-то извне?

– Людей, которых я привела с собой, нет. Убеждена, что в коллективе есть много людей, которые помогут мне внедрять те или иные вещи. Думаю, мы сможем подобрать в команду людей из коллектива больницы.

Сейчас работаем в рабочем режиме с заместителями. Претензий к их профессионализму в плане организации я не имею. Но каждый руководитель подбирается не только под профессионализм, а под стиль, общее мнение, ценности и подходы.

– Вы подбираете команду как? Заместители, руководители отделений, административный персонал...

– Первое, что для меня важно – главный бухгалтер. Бывший главный бухгалтер уволился. А это очень большое звено работы. Мне нужен специалист, которому я бы доверяла и знала, что меня он не подставит в той или иной ситуации. Над этим сейчас работаю.

– За первую неделю работы вы уже видите людей, которые могут стать костяком вашей команды?

– С большинством сотрудников я еще не успела пообщаться лично. В основном общаюсь с руководителями отделений. Но я вижу, хотя возможно, ошибаюсь, людей, у которых есть задор. Которые неравнодушны к судьбе "Охматдета", у которых постоянно имеются предложения.

Мне нравятся люди, которые постоянно стучат в дверь, которым постоянно что-то нужно. Они инициативные.

– Какие у них должны быть ценности?

– Моральные и профессиональные. Из моральных ценностей – доброта, любовь и уважение, что бы мы ни говорили. За этим стоит наш маленький пациент. Нельзя быть хорошим специалистом и плохим человеком.

"Тяжелого" ребеночка не удается развеселить каждому. И не у каждого хватает терпения относиться к таким деткам, как к своим собственным. А это важно.

Хотя я была заместителем по охране материнства и детства, но когда я захожу в отделение, где есть "трудный" ребенок – тяжело переношу это явление. Хочу, чтобы таким занимался весь коллектив, чтобы у них было такое же чувство к ребенку.

А еще важна чистота помыслов.

Конечно, каждый думает об уровне заработной платы, который является низким. Зарплата не должна такой быть. Но порядочный человек никогда не перейдет черту, не будет чего-то требовать.

И профессионализм. За этот короткий период я убедилась, что здесь работают специалисты. Больница имеет авторитет, люди уверены, что здесь получат квалифицированную помощь.

Я хочу видеть пыл, новаторство, а не то, что ты привык работать в таких условиях и с таким оборудованием.

Всегда говорю, что двери моего кабинета открыты. Если есть предложение, которое реально внедрить, заходите, говорите, не бойтесь.

– Вы чувствуете к себе чрезмерно прикованное внимание?

– Да. Даже говоря с работниками, я стараюсь, несмотря на загруженность контролировать каждое слово, которое я скажу. Это мешает скорости мысли. Потому я подумаю об одном, а меня воспримут по-другому, перекрутив сказанное.

БОРЬБА С КОРРУПЦИЕЙ

– Среди того, что вы сказали, есть сложные, по моему мнению, вопросы. Есть специалисты узкого профиля, которых трудно заменить. Допустим, некоторые такие специалисты имеют определенные коррупционные риски. Что делать тогда?

– В Украине есть уникальные специалисты, которых мало. Но из-за этой уникальности к ним наибольшие требования. Надеюсь, кроме своей уникальности, эти врачи еще и порядочные люди.

Как быть? Я часто об этом сейчас говорю и надеюсь, что они не должны были бы идти на такие риски, когда будет стоять вопрос оставления на должности.

Все в их руках. Не в моих. Если они умные люди, то не должны создавать для себя таких рисков.

Но здесь есть важный момент: подготовка кадров. Кто имел большие возможности – за свои средства поехал за границу и научился.

Мы с Министерством здравоохранения прорабатываем, как молодых специалистов направить на обучение, стажировку за границу. Мы понимаем, что тогда больница или благотворительный фонд должен за это заплатить. Обсуждаем, как это правильно сделать. Потому что чем больше кадров мы научим, тем меньше рисков у нас будет оставить больницу без специалиста. И для врача требуется время. За один год профессионального специалиста не воспитаешь.

– Вы несколько раз упомянули о "своем стиле управления". Какой он?

– Я демократичный человек, люблю справедливость. Никогда не приму решение, не разобравшись в ситуации. Но я требовательная к себе и буду требовательна к работникам.

И то, что касается взяточничества, бесчеловечного подхода – каким-то другим хамствам, грубым отношением к пациенту – это будет категорически. Я добрая, но в меру. Стараюсь предупредить об этом коллектив.

– Значит, предупреждений о том, что на первый раз мы простим тебе коррупцию, не будет? Сразу увольнение?

– Я уже их предупредила. У нас есть антикоррупционный отдел, который состоит из юриста и бухгалтера. Только надо проанализировать их работу. В плане коррупции я буду категорична. Специалист должен дорожить своей работой и уважать себя.

p.s. Когда мы выходили с Ириной из административного корпуса больницы, она сказала:

– Кстати, у меня возник вопрос, почему флаг не висит на учреждении. Мне сказали, что его вешают на праздники. Говорю: "Нет, он должен висеть постоянно". Теперь флаг здесь будет всегда.

Автор: Ирина Андрейцива

Источник: "Украинская правда. Жизнь"

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

 
Читайте по теме:
 Вице-премьер Владимир Кистион: До 2020 г. мы сможем обеспечить энергетическую безопасность государства в газовой сфере
 Беларусь в январе-сентябре 2010 г. импортировала из Венесуэлы 1 млн. т. нефти на сумму 645 млн. долл.
 Беларусь в первом квартале 2017 г. увеличила экспорт калийных удобрений на 29,5% до 531,382 млн. долл.
 В 2018 г. Национальный банк Украины вводит ежегодную оценку устойчивости банковского сектора
 Экономика России в январе-сентябре 1998 года