Главная О компании Контакты Обзоры Рейтинги Публикации Охрана труда

Джеймс Гвартни: Украинцы успешны везде, только не в Украине


27.12.2017 – Американский профессор рассказал, почему Украине не хватает экономической свободы, как значительное присутствие государства в экономике влияет на темпы роста ВВП, и почему украинцы бедные.

"С чем у вас ассоциируется Украина?".

Джеймс Гвартни, профессор экономики и почетный ученый Гаса А. Ставроса в университете штата Флорида, на мгновение задумывается и отвечает.

"Наверное, Украина у меня ассоциируется с "житницей Европы". Это страна с плодородными землями и людьми с сильным предпринимательским духом. Я это вижу из того, что украинцы успешны во всех странах, кроме, разве что, самой Украины".

Гвартни приехал в Украину по приглашению Bendukidze free market center для презентации своего исследования. Ученый анализирует трансформацию экономических и политических институтов 25 бывших централизованно-плановых стран.

Как соавтор мирового Индекса экономической свободы Института Фрейзера он еще и носитель знаний о развитии экономик сотни государств, в течение последних 30 лет.

Профессор рассказал ЭП, почему Украине не хватает экономической свободы, как присутствие государства в экономике влияет на темпы роста ВВП, и почему украинцы бедные.

– Это ваш первый визит в Украину?

– Нет, я был здесь 25 лет назад, в 1992 году. У нас был тогда автобусный тур в Москву через Венгрию, Румынию, Украину. Возвращались в Европу через Польшу. Мы тогда получили большое удовольствие от поездки.

Сегодня, после 25 лет распада СССР, я изучаю страны, которые имели централизованно-плановые экономики. Исследую стимулы их развития, изменения политических институтов.

– Вы известны как соавтор Индекса экономической свободы института Фрейзера. Можете объяснить, что такое экономическая свобода? Каковы ее основные критерии?

– Я причастен к расчету Индекса экономической свободы с конца 1980-х годов.

Экономическая свобода – это мерило того, насколько государственные институты обеспечивают открытость рынков, защита частной собственности, доступ к надежному финансированию, это право потребителя выбирать товары и услуги и получать при этом удовольствие.

Индекс экономической свободы измеряется на основе пяти крупных групп показателей: доля государства в экономике, правовая система и защита прав собственности, доступ к финансированию, качество регулирования и свобода международной торговли.

Поскольку мы хотим, чтобы индекс был объективным, то используем только официальные открытые данные Всемирного банка, МВФ, PwC. Мы не делаем предположений или суждений.

В перечисленных группах показателей имеется 42 переменных, на основе которых строится индекс. Например, когда мы смотрим группу, которая касается свободы международной торговли, мы оцениваем тарифные барьеры, валютные ограничения, квоты, ограничения, которые может устанавливать правительство для внутренних и иностранных инвесторов.

В группе "Доля государства" смотрим на уровень государственных расходов относительно ВВП, соотношение государственных и частных инвестиций, налоговую нагрузку. Если в 1980-х годах индекс охватывал сотню стран, то сейчас он покрывает 159.

– Место Украины в индексе – 149, между Анголой и Ираном, а среди 25 стран с централизованно-плановыми экономиками мы на последнем месте. Какие признаки экономической несвободы наиболее характерные для экономики Украины?

– В Украине очень слабая правовая система, которая не обеспечивает соблюдение требований контрактов и защиту прав собственности. Среди характеристик вашей экономики – высокий уровень инфляции, ее нестабильность, контроль над рынками капитала, в том числе ограничения при валютном обмене, высокий уровень регулирования.

– В течение последних лет принимались решения по дерегуляции, которые теоретически могут улучшить позицию Украины в будущих рейтингах. Однако мы имеем значительную преграду во внешней торговле – санкции против России. Совместима ли экономическая свобода с торговыми санкциями?

– Большинство ограничений, о которых я сказал, не имеют никакого отношения к санкциям против России. Речь о сложном старте бизнеса, регуляторных преградах, которые влияют на торговые отношения с другими государствами. Из нашего исследования видно, что Украина занимает последнее место среди стран с централизованно-плановой экономикой уже в течение десятилетия. Дело не в России.

– Можно ли говорить об экономической свободе по компонентам международной торговли при действующих санкциях с главным торговым партнером?

– Конечно, любые ограничения негативно влияют на экономическую свободу. Они имеют негативные последствия для экономического роста и благосостояния граждан.

Однако фактор санкций против России – не причина проблем с уровнем экономической свободы. Если мы говорим о ВВП, то его рост среди государств с централизованно-плановыми экономиками был самым медленным в течение 25 лет.

– Уровень государственных расходов учитывается при оценке показателя экономической свободы. В 2018 году, как и в 2017 году, расходы государственного бюджета Украины запланированы на уровне 29,6% ВВП. Это много?

– По уровню государственных расходов среди стран с централизованно-плановыми экономиками Украина посредине. Здесь все не так плохо. Это едва ли не единственный компонент, по которому мы не находимся внизу. Впрочем, уровень расходов высоковат.

– Насколько? Какой приемлемый уровень по сравнению с другими странами?

– Я не могу назвать конкретную цифру. Скажу, что в приоритете должны быть частные инвестиции, а не государственные. Именно частные инвестиции делают государство богаче, способствуют экономическому развитию, тогда как государственные инвестиции подконтрольные политическим факторам и коррупции.

– В одной из статей вы вместе с экономистами Робертом Лоусоном и Рендалом Холкомбом писали, что при 10-процентном увеличении доли государственных расходов в ВВП рост ВВП сокращается на 1%.

– Когда мы говорим о присутствии государства в экономике, у нас нет гарантий, что ресурсы будут направлены на производительную экономическую деятельность, на деятельность, которая будет способствовать созданию богатства государства и его граждан. Для частного сектора это нонсенс, поскольку непродуктивный бизнес попросту становится банкротом.

Более того, если мы говорим об увеличении присутствия государства в экономике, то мы говорим об увеличении политической коррупции, теневым расчетам. В таком случае политики пытаются урвать что-то себе, а не работать на экономическое развитие и рост благосостояния населения. Это замедляет экономическое развитие.

Темп прироста ВВП на душу населения в двадцати странах с самым высоким уровнем экономической свободы на 4% выше, чем в странах с низким уровнем свободы.

В 1995-2000 годах Болгария и Румыния имели нулевой процент прироста ВВП на душу населения. В начале века они начали реформироваться, и в 2000-2015 годах темпы прироста ВВП на душу населения достигли 4%. За период пути этих стран к экономической свободе доход их граждан увеличился вдвое.

– Вы говорите о необходимости ограничить роль государства в экономике. В каких сферах допустимое присутствие государства?

– Государство должно играть роль рефери, который защищает права собственности, соблюдения контрактов между объектами предпринимательской деятельности различных форм собственности. Государство должно обеспечивать сильную правовую систему, безопасность, защиту окружающей среды. Не больше.

– А как насчет образования и здравоохранения?

– В этих сферах государство должно помогать малообеспеченным категориям населения через частных провайдеров, например, компенсировать частной больнице часть оказанных услуг. Еще одна функция – дать гражданину выбор: получить образование и медицинскую услугу в государственном учреждении или в частном. Если человек выбирает частное заведение, государство предоставляет на эту услугу субсидию.

– Давайте поговорим о политической мотивации при расширении государственных расходов. К чему может привести резкое повышение социальных стандартов по неэкономическим мотивам, например, по выборам?

– Если экономика не позволит реализовать это повышение, то это приведет к росту налоговой нагрузки. Другое следствие – снижение мотивации населения работать, ведь оно будет получать доход от государства независимо от того, насколько активно работает. Третье следствие касается государственной поддержки.

Речь не о социальных расходах, а о фаворитизме отдельных предприятий, субсидий бизнесу, которые не касаются уменьшения уровня бедности или улучшения благосостояния граждан. Поддерживать по государственным дотациям провальный бизнес, в развитии которого заинтересовано население, очень вредно для экономического развития.

– Как повышение социальных стандартов по неэкономическим мотивам влияет на уровень бедности?

– Мы не можем говорить об улучшении уровня жизни граждан без увеличения производства. Объемы производства и доходы граждан – две стороны одной медали.

Мы анализировали уровень бедности в странах с централизованно-плановыми экономиками и увидели: чем более либерализирована экономика, тем ниже бедность. Мы говорим как о ранних реформаторах – страны Балтии, так и о поздних – про Румынию и Болгарию. Экономическая свобода повышает производительность труда и увеличивает доходы граждан.

Хорошим примером является Грузия и Албания. В 1995 году у них был высокий уровень бедности и низкий уровень доходов граждан. Они либерализовали свои экономики, и эти показатели изменились к лучшему.

– Зарплаты в Украине низкие, их надо повышать. По данным ООН, за чертой бедности находится 60% украинцев.

– Вы бедны из-за отсутствия экономической свободы. Отсутствие экономических оснований для повышения социальных стандартов заключается в низкой производительности огромного количества предприятий, которые получают государственную поддержку.

Вы тратите огромные ресурсы на содержание государственных предприятий, помощь отдельным сектором экономики, которые не производят ничего, что бы улучшало благосостояние населения. Соответственно, вы создаете благоприятные условия для коррупции.

В таких условиях тем, кто хочет производить по-настоящему нужную населению продукцию, сложно начинать свой бизнес и быть конкурентным. У вас неравные условия: вы тратите бешеные деньги на бизнесы, которые не имеют никакой ценности.

– Это означает, что государство вообще ничего и никого не должно поддерживать?

– Нужно отказаться от субсидирования любых видов предпринимательской деятельности и устранить регуляторные барьеры для старта и ведения бизнеса. Особенно я сейчас говорю о необходимости предпринимателей обращаться к политикам для получения разных видов разрешений и государственных пособий.

Стоит отдать это на откуп потребителю. Пусть он решает, какой бизнес имеет право на существование, а какой – нет. Для того чтобы определить потребности потребителя, политики не нужны. Нужны конкурентные условия для ведения бизнеса.

Это подтверждает развитие стран с бывшими централизованно плановыми экономиками. Грузия, Эстония, Литва, Латвия, Румыния и даже Албания имеют более высокие темпы экономического роста, чем Украина.

– В Украине действует значительное ограничение – мораторий на продажу аграрных земель. Потребитель не воспринимает необходимость его отмены. Украинцы боятся роста цен на землю, боятся потерять паи. Политики-популисты только поддерживают эти страхи. Как быть в такой ситуации?

– Мне трудно понять, почему собственник земли может быть против права распоряжаться своей землей. Если он не захочет продавать землю, он сможет оставить ее в своей собственности. Если его не устраивает цена, никто не обязывает продавать. Мы говорим лишь о наличии такого права. Мне кажется, сопротивление против отмены моратория – это проблема экономической грамотности населения.

– В начале разговора вы сказали, что были в Украине 25 лет назад. Какое изменение, произошедшее за это время в нашем государстве, вас поразило больше всего?

– Трагичность ситуации в том, насколько маленькой была эта смена за прошедшее время. 25 лет назад у вас была коммунистическая партия, которая отвечала за кадровые назначения. Теперь вы просто выбираете этих людей, которые продолжают в ручном режиме управлять экономикой и принимать за вас решения.

В случае с Украиной – страной с огромным экономическим потенциалом, земельными ресурсами и человеческим капиталом – меня поразило отсутствие достаточного изменения в направлении экономической свободы за эти годы.

Автор: Галина Калачова

Источник: Экономическая правда

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

 
Читайте по теме:
 Министр аграрной политики и продовольствия Тарас Кутовой: Какие шансы у Закона об обороте земель, если за мораторий голосует 290 депутатов?
 Компании Genting Malaysia перейдут под управление казино и игровые автоматы в Массачусетсе
 Потери Беларуси в результате финансового кризиса в России в 1998 г.
 Министр Остап Семерак: Самым большим вызовом для меня стало поменять имидж министерства, как одного из наиболее коррумпированных
 Депутат Павел Пинзеник: Генпрокурор начал собственную избирательную кампанию. Здесь никаких сомнений нет