Главная О компании Контакты Обзоры Рейтинги Публикации Охрана труда

Юрий Мончак: Генетическая модификация может быть опаснее, чем ядерное оружие


05.03.2018 – За последние 10 лет в области молекулярной биологии произошел удивительный прорыв. Уже сегодня можно прочесть генетический код человека и предсказать, какими болезнями он будет болеть. С помощью генных технологий клонируют животных, делают попытки создавать детей «на заказ» и проводят другие эксперименты с репродукцией.

Следующей задачей генетики является выращивание новых человеческих органов для замены больных. В больших успехах кроются и угрозы. Где пролегает эта граница, насколько можно вмешиваться в генетику, что нового готовит молекулярная биология в последующие годы – далее в разговоре с доктором Юрием Мончаком, научным директором Лаборатории молекулярной диагностики и профессором медицинского факультета Макгильского и Монреальского университетов, преподавателем Школы биоэтики Украинского католического университета.

С каждым годом молекулярная биология стремительно развивается. Что бы вы назвали самым большим успехом?

Развитие молекулярной диагностики позволяет нам заглянуть в самые сокровенные тайны человеческой жизни. Наибольшим успехом является то, что теперь мы можем прочесть генетический код и предусмотреть определенные биологические процессы и у человека, и в тысячи других организмов. Однако угрозы кроются в проведении генетических модификаций. Благодаря изобретению технологии CRISPR/Cas9 можем не только диагностировать болезни, но и «изменить ДНК», то есть вносить изменения в геном аппарате человека (вырезать и вставлять необходимые участки генома и заменять дефектный ген на здоровый).

В начале 2013 года несколько групп ученых установили, что можно чрезвычайно точно менять неправильную последовательность генов и лечить наследственные болезни. До этого такое было невозможным. Теперь работают над экспериментами по модификации человеческих эмбрионов. Оплодотворенные яйцеклетки выращивают в пробирках, модифицируют разные гены и проводят селекцию эмбрионов согласно «заказанных» физиологических или интеллектуальных характеристик, которые хотят видеть в будущем ребенке. Тогда такой эмбрион имплантируют в суррогатные матери, и рождаются так называемые «дизайн - дети».

Еще 10-15 лет назад об этом только говорили, а сейчас пытаются воплотить. Пока что ученые довольно осторожны в проведении таких экспериментов, чтобы не спровоцировать вредных изменений в человеческом геноме, которые передадутся следующим поколениям с неизвестными последствиями.

В позапрошлом году в Англии приняли закон, который разрешил существование детей от трех родителей. Более того, известно, что уже возможно рождение ребенка от двух мужчин.

Относительно рождения детей от трех родителей есть определенные нюансы. Здесь не идет речь о смешении хромосом от всех трех лиц и рождении ребенка с характеристиками каждого из них. Передается только митохондрийные ДНК – это чрезвычайно маленькая доля одного процента генетической информации от третьего лица – женщины-донора. Относительно возможности рождения биологического ребенка от двух мужчин, то это еще не внедряли, но теоретически это возможно.

Во время экспериментов установили, что можно с любой мужской или женской клетки создать яйцеклетку или сперматозоид. Теперь планируют проверить, действительно ли можно скрестить такой сперматозоид и яйцеклетку и получить биологических детей. Итак, на первой стадии исследования подтвердили гипотезу, на второй стадии планируют провести собственно эксперимент.

Насколько правомерными являются такие генетические модификации и являются ли они безопасными для жизни будущего ребенка?

Конечно, такие эксперименты имеют определенные угрозы. Есть две стороны медали, на одну из которых почти не обращают внимания. В основном ссылаются на права родителей, которые не могут иметь детей естественным путем. При этом очень мало внимания обращают на право ребенка иметь биологическую маму или папу, а не быть созданным в пробирке.

Итак, есть конфликты с правами детей. В США был случай, когда один исследователь удалил беременной жене некоторые клетки из эмбриона (не рожденного собственного ребенка) и высчитал генетический код ребенка. Тогда среди общественности возникла дискуссия, имел ли право этот исследователь высчитать генетическую информацию своего ребенка без его согласия. Получается, что в случае аборта права ребенка игнорируют, а в случае высчитывания генетического кода ребенка – пытаются защитить.

Не приведут ли такие эксперименты к увечьям на эмбриональном уровне развития плода?

В общем, есть немало опасностей. Хотя ученые уверяют, что эксперименты с эмбрионами будут проводить под прицельным контролем и смогут предотвратить увечье. Среди модифицированных эмбрионных клеток отберут те, которые не имеют никаких изъянов и являются полностью здоровыми. Такой способ сводит оплодотворенную эмбрионную клетку к материальному объекту – выбираем то, что хотим, а то, что не соответствует характеристикам, просто ликвидируем.

В то же время не все мы можем предвидеть даже, если высчитаем геном эмбриона, который будем имплантировать. Мутации могут возникнуть уже после имплементации клетки. Кто возьмет на себя ответственность, если родится ребенок с проблемами – врачи, исследователи, которые создали этот эмбрион, или родители, которые хотят иметь ребенка искусственным методом?

То же самое с клонированием. Многие организмы уже успешно клонировали. Есть уже клонированные коровы, мыши, крысы, овцы. Но первый клонированный организм очень часто родится с большими проблемами и его убивают.

Сотрудники университета Айдахо создали первый клон мула - Мул Айдахо в 2003. Это первый представитель семейства лошадиных особей, который удалось клонировать. От коня он унаследовал размеры и скорость, от осла - выносливость и работоспособность.

Если мы клонируем человека, и родится ребенок с проблемами, что мы будем делать – выбросим, как ненужный материал после неудачной попытки, какие права у этого ребенка? Это не оговорено. Знаю, что в Китае уже делают первые попытки модифицировать эмбрионы методом CRISPR/Cas9. Но будут ли генетики нести ответственность за рождение детей с инвалидностью?

Проблемы также возникают, когда мы скрещиваем два не совместимые организмы, как уже делают с человеческими и коровьими или свиными стволовыми клетками. Большинство организмов имеют различные семьи генетических вирусов – псевдогены, или jumping genes. Есть даже обычные вирусы, которые в одном организме не вызывают никакой патологии, но если их ввести в несовместимый организм, они могут нанести большой вред.

Когда мы скрещиваем два несовместимые организмы, то рискуем внедрить генетические мутации – перенести jumping genes из одного организма в другой. Как это проявится в скрещенном организме, не всегда можно определить.

Идея евгеники (наука о селекции человека, согласно которой родители смогут выбрать цвет волос, рост и интеллектуальные способности будущего ребенка) прежде всего, заключается в улучшении генофонда. Но не является ли это вмешательством в судьбу человека?

С точки зрения христианской этики, это называется «играть в Бога». Определяя, каким должно быть будущее ребенка, мы закладываем в эмбрион нужные качества, а те, которые считаем ненужными, удаляем. Если такие эксперименты станут массовыми, то они в определенной степени будут ограничивать разнообразие человеческого рода. А если генетический состав ограничен, к примеру, вследствие скрещивания одинаковых организмов, то в таких организмах возникают различные физиологические или анатомические пороки.

Так, псы - волчуры – скрещенная порода. Чтобы получить чистую расу, мы скрещиваем, их друг с другом, но все они рождаются с анатомическим изъяном подвздошной кости. Старшие собаки имеют проблемы с артритом, им тяжело ходить. Мы внедрили чистую линию псов - волчуров, но они имеют анатомическую болезнь. Так может произойти и с людьми.

Закладывая в эмбрионы определенные характеристики, и удаляя другие, мы можем создать людей на собственный вкус, но при этом они могут рождаться с новыми генетическими недостатками. В природе заложено, что улучшить породу можно лишь путем смешения генетического состава. Когда мы начинаем ограничивать генетическое разнообразие, то провоцируем появление разнообразных изъянов.

Молекулярная диагностика позволяет за несколько часов спрогнозировать, чем человек заболеет через 10 лет. А можно будет определить, когда умрет человек?

Сейчас точно установить невозможно. Смерть – это сложный физиологический и биологический процесс. Хотя ученые над этим работают. Вопрос в том, для чего нужна такая информация? Если медицина сможет использовать ее, чтобы предотвратить смерть человека из-за данного генетического недостатка, тогда это будет прогрессом. Если же мы сможем предсказать биологические процессы без возможности влиять на них, то такое предопределение является большим негативом и упадет грузом на судьбу человека. Это будет ограничивать веру человека.

К примеру, если родители высчитают в геноме ребенка, что в 30-40 лет он будет физически слабым, то уже не будут инвестировать средства в развитие его спортивных способностей. Мол, если он не воспользуется этими навыками и не станет успешным в этой сфере, то для чего напрасно деньги тратить. Так мы заранее лишаем человека шанса выбирать собственный путь и вообще развиваться в полноте своих интересов и желаний.

Это противоречит основам христианской этики и этики других религий. Если мы ограничиваем ребенка таким способом, то сводим его к состоянию предмета, а не воспринимаем его как полноценную личность.

Всегда ли наука является безошибочной, когда определяет сценарий жизни человека на основе его генетического кода?

Некоторым людям прогнозируют болезнь, но она не появляется. Или же все развивается по второму сценарию. К примеру, физик Стивен Гокинг всю жизнь прикован к коляске и разговаривает с помощью компьютера. Но это один из величайших гениев физики, который когда-либо жил на земле. Несмотря на то, что живет с инвалидностью, он имеет высокий интеллектуальный потенциал и является чрезвычайно ценным для общества. Если обращать внимание только на генетический фон, то человечество может лишить себя многих уникальных личностей, которые фактически могут быть очень, нужными для общества.

Если все болезни можно диагностировать и даже некоторые предотвратить, то можно ли будет вылечить на пренатальном уровне детей с инвалидностью – синдромом Дауна, ДЦП?

Это одна из первых проблем, с чем работают исследователи. Они хотят удалить определенные генетические пороки с эмбриона и предотвратить развитие инвалидности. Сейчас генетики делают попытки секвенировать геном эмбрионных клеток, и выбрать здоровые клетки или клетки с исправленной ошибкой, а затем имплантировать их матерям.

Легче всего исправить недостаток в одноклеточном эмбрионе, чем исправлять его в многоклеточном зародыше. Когда эмбрион растет, клетки с изъяном дублируются.

Чтобы исправить недостаток, нужно модифицировать состав генов в каждой из миллиона эмбрионных клеток. В таком случае ученым легче сделать аборт – убить нежелательный эмбрион, чем полностью исправлять. А это уже неуважение к человеческому достоинству, ведь каждая из оплодотворенных клеток является зародышем будущего человека. Здесь мы уже «играем в Бога» и выбираем, кто должен жить, а кто должен умереть.

Важно, чтобы ученые руководствовались в первую очередь уважением человеческого достоинства, а не только желанием избавиться от инвалидности или исправить ее. Нельзя воспринимать эмбрион как предмет, который при неудачной попытке выбрасываем. Надо уважать таинство человечества.

Иногда случается, что врачи прогнозируют женщине рождение больного ребенка, но рождается здоровое дитя. Диагностируют рак, но через некоторое время болезнь исчезает. Как ученые объясняют такое сверхъестественное явление исчезновения болезни, такое себе исцеление?

Это скорее исключение, чем правило. Мы еще до конца не знаем, как гены взаимодействуют между собой. Предполагаю, что в будущем это станет известно. В лабораториях проводят исследования, как взаимодействие между генами влияет на человеческий организм, но пока ученые не раскрыли эту сферу.

А как насчет лечения больных органов у человека? Изобретены ли технологии выращивания новых органов?

Определенные попытки по трансплантации новых органов уже проводились. Есть опасность, что больной человек может отторгать донорский орган, который имеет другие молекулярные характеристики, чем тот, чьи стволовые клетки. Из них вырастили орган, который исходит от другого человека-донора. Чтобы это предотвратить, человек должен принимать лекарства для снижения работы иммунной системы.

Сейчас появилось интересное решение – выращивание здоровых органов в инкубаторе, клетки которых происходят от самого пострадавшего пациента, так называемые «автологичные стволовые клетки». Хотя это достаточно сложно сделать, поскольку орган имеет трехмерную форму.

Относительно легко такие эксперименты удалось провести с человеческой кожей, потому что она является относительно однообразной по структуре и имеет только несколько слоев. Значительно сложнее вырастить ткань почки, селезенки или поджелудочную железу. Для этого ученые проводят генетические манипуляции с другими организмами.

Например, если свинка из-за генетического недостатка не может выработать клетки поджелудочной железы, в ее эмбрион вживляют стволовые клетки крысы. Тогда рождается свинка с поджелудочной железой, которая состоит исключительно из клеток крысы. Новый орган можно трансплантировать в организм крысы, который имеет больную поджелудочную железу и таким образом его исцелить.

Подобные эксперименты проводили с человеческими клетками, которые имплантировали в эмбрион свинки. Свинка не родилась живой, ее подвергли уничтожению. Но удалось определить, что человеческие эмбрионные клетки были во всех тканях свинки, за исключением мозга. Так ученые доказали, что человеческие клетки могут развиваться в другом организме. Следующий этап – это попытка имплантации человеческих клеток в свинки, взращивание здорового органа и трансплантация в организм человека, с которого взяли клетки.

По вашему мнению, где проходит граница, которую не стоит переступать?

Предел является еще не очерченным. Жаль, что Церковь очень редко участвует в научных дискуссиях. Конечно, это происходит по разным причинам. Сейчас эпоха секуляризма, когда духовность игнорируют и пользуются лишь доказательствами в области физики, биологии, химии.

Но опыт прошлого показал, что не все, что можем, надо делать. Человечество зашло в тупик с ядерной энергией. Теперь использование ядерного оружия нависает угрозой над всем миром. Северная Корея активно работает над изготовлением ядерного оружия. И только теперь мы беремся за голову и понимаем, что не в то направление направили свои исследования. Такая же угроза может нависнуть и в сфере генетики.

Атомное оружие направлено на уничтожение, генетическая модификация без контроля может иметь еще худшие последствия. Они могут стать наследственными. Мы еще не знаем, как они влияют, но уже начинаем ими играть. Люблю цитировать физика из фильма «Парк Юрского периода»: «Ученые были настолько увлечены тем, что могут сделать, что они ни на минуту не подумали, должны ли они это делать».

Думаю, это про нашу эпоху. Наука увлечена собой и не обращает внимания на этические принципы. Человечество напоминает подростка, который нашел ружье, но не умеет им пользоваться. Вытащил из отцовского шкафа, взял в руки и начал стрелять. Так же человечество открыло атомную энергию – появилось атомное оружие, открыло электронную коммуникацию – появился электронный шпионаж. Есть много открытий, но важно, с какой целью мы их используем.

Церковь предостерегает человечество от чрезмерного вмешательства в природу и накладывает табу на эксперименты с клонированием и некоторыми репродуктивными технологиями. Обычно в порыве к знаниям ученые-генетики не прислушиваются и ставят под сомнение религию как таковую. Что лично вас побуждает доверять Церкви?

Я убедился, что внедрение генетических манипуляций без моральных принципов приведет к непоправимому вреду на долгие годы. Также я убедился, что всегда можно найти альтернативный моральный выход из ситуации. Бог создал природу, и она не является злой. Но злоупотребление природой является злом.

Вспомните, как 10-15 лет назад открыли стволовые клетки, которые стали решением многих генетических проблем. В частности, с их помощью, казалось, что можно лечить любые генетические болезни. Проблема была лишь в том, что эти клетки добывали из убитых эмбрионных клеток. Их разбивали на единичные клетки и выращивали в инкубаторах. Хотя Церковь остро на это среагировала, ученым казалось, что это единственный метод получить стволовые клетки.

На превеликое удивление, в 2007-2008 году два исследователи доказали, что мы можем взять любую клетку из любого человека и очень легким способом превратить ее в стволовое состояние. С тех пор стало известно, что у каждого человека есть бесконечный источник стволовых клеток. Следовательно, отпала потребность убивать человеческие эмбрионы.

Итак, прошло 10-20 лет, как изобрели новый метод, который не предусматривает убийства человеческих эмбрионов. Это одно из доказательств, что идти по наименьшей линии сопротивления – это не выход. Я уверен, что мы сможем найти моральные альтернативы на любые вызовы науки.

По вашему мнению, все эти знания и открытия в сфере генетики сделают человечество счастливее?

Если использовать все научные достижения в генетике, несмотря на моральные принципы, то человек может быть очень счастливым. Это касается и любой другой сферы.

Если бы мы пользовались ядерной энергией согласно этическим принципам, не было бы никаких проблем и угроз. Дело не в генетике или ядерной энергии, но в человеческой мотивации, с какой целью мы используем научные открытия. Чтобы правильно использовать, нужно иметь правильные нравственные ориентиры.

Справка

Юрий Мончак - профессор молекулярной биологии медицинского факультета ведущих мировых университетов Макгильского и Монреальского (Канада). Закончил бакалавриат и магистратуру по микробиологии, получил докторскую степень по молекулярной биологии. Докторат закончил в Вашингтоне в Национальном институте рака. Преподает молекулярную биологию в Университете Макгилла и Монреальском университете. С 1994 года возглавляет лабораторию молекулярной диагностики при одном из госпиталей Университета Макгилла в должности профессора.

Для Юрия Мончака важной является идея гуманизации медицины на основе христианских ценностей и воспитание уважения к человеческой жизни.

Ежегодно он посещает Украину, преподает молекулярную биологию в Школе биоэтики Украинского католического университета в Львове.

Вместе со своей матерью основал фонд им. Михаила Мончака, а также в составе Ивана Гаврилюка, Дарьи Когутяк и Софии Кокоцкой при УКОФ (Украинской католической образовательной фундации).

Автор: Ирина Наумец

Источник: LB.ua

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

 
Читайте по теме:
 Play’n GO запускает новый игровой автомат Gold King для онлайн казино Вулкан
 Как правильно составлять торговый план на Форексе
 Герольд Штуки: самое главное в реабилитации – это лечение не тела, а человека
 Проблема неплатежей в российской экономике в 1995 году. Часть 1
 Андрей Садовый: «Самопомощь» будет принимать участие в президентской кампании