Главная О компании Контакты Обзоры Рейтинги Публикации Охрана труда

Мы их душили-душили: Как власть борется с антикорупционерами


10.04.2018 – 31 марта на сайте НАПК закончился срок подачи годовых е-деклараций за 2017 год. Впервые вместе с госслужащими и народными депутатами свои доходы показали и общественные активисты.

Хотелось лучше – получилось как всегда. Именно так можно охарактеризовать историю с введением электронного декларирования для активистов.

Читайте также: Почему не проверяются декларации чиновников? Версия НАПК

Любители кэша. Сколько наличных у нардепов и как они их хранят

Легенды деклараций. Кто изумил Украину своим богатством

Как использовать е-декларации против коррупционеров

Преступление и наказание. Что будет с декларантами-лжецами

Начиналось все так. 23 марта 2017 года Верховная Рада отменила подачу электронных деклараций для военнослужащих. Одновременно депутаты протянули другие изменения в закон "О противодействии коррупции".

В частности, обязали показывать состояние членов антикоррупционных общественных организаций и иностранцев-членов наблюдательных советов украинских государственных компаний.

Казалось бы, что в этом плохого? Ведь тот, кто требует прозрачности от власти, должен и сам показать, что вступает в состояние законной жизни.

Возможно, за рубежом такая декларационная договоренность между властью и гражданским обществом работала эффективно и слаженно. Хотя ни в одной стране мира общественный сектор не декларируется в одной системе с чиновниками.

Но в Украине, где чиновники не просто не хотят бороться с коррупцией, а еще и обижаются и запоминают тех, кто публично рассказывает об их схемах и махинациях, электронное декларирование для активистов может стать инструментом давления и манипуляций.

Ведь не прошло и суток, как приближенные к Банковой политтехнологи начали кампанию по дискредитации общественных активистов.

Николай Давидюк, политолог: "Власть не впервые объединилась в этом созыве против чего-то. Они не были так едины против России, как против антикоррупционеров".

Мы проанализировали, зачем власть действительно ввела е-декларирование для организаций, и разбирали первые атаки на антикоррупционеров.

А перед этим выясним – что же такое антикоррупционные общественные организации и их активисты?

Что такое "общественная организация"?

Закон Украины "Об общественных объединениях" определяет:

Общественное объединение – это добровольное объединение физических лиц и/или юридических лиц частного права для осуществления и защиты прав и свобод, удовлетворения общественных, в частности экономических, социальных, культурных, экологических и других интересов.

Общественная организация – это общественное объединение, учредителями и членами (участниками)  его являются физические лица.

Ключевая характеристика общественных организаций заключается в том, что государство никак не вмешивается в их деятельность. Однако если общественные организации имеют статус юридического лица. Они могут финансироваться из государственного бюджета или местных бюджетов. При этом им надо обязательно отчитываться в целевом использовании государственных денег.

Совсем другая история с антикоррупционными общественными организациями, деньги которых государство начало считать именно через электронное декларирование.

Подавляющее количество антикоррупционных общественных организаций существует на деньги международных доноров. Ни одной гривны из государственного бюджета Украины на них не тратится.

Александр Павличенко, исполнительный директор Украинского Хельсинского союза: "Чиновник, который идет на государственную должность, обязуется выполнять определенные функции. Они не только предоставляют ему определенные полномочия, но и накладывают определенные обязанности. Любое распоряжение государственными средствами предусматривает полную отчетность и полную открытость.

Имеем другую ситуацию с антикоррупционными активистами. Им государство не платит ни копейки. Наоборот – их деятельность как раз направлена на то, чтобы отслеживать, насколько эффективно государство справляется, или не справляется с этим контролем".

Антикоррупционные общественные организации финансируются специальными программами от стран Евросоюза и Америки или частными фондами поддержки и развития демократии. Эти программы называются "грантами" и выделяются под конкретные проекты и цели общественной организации.

Антикоррупционеры тоже открыто отчитываются за целевое использование денег, но в первую очередь перед донорами, у которых эти деньги взяли, и перед людьми, которые следят за деятельностью общественной организации.

Именно от слова "грант" политтехнологи разработали популярное выражение "грантоеды", его приклеивают к общественным активистам в социальных сетях и СМИ.

Парадоксально, но, несмотря на то, что ярлык "грантоедов" системно цепляют именно общественным активистам, на самом деле самым "грантожером" в Украине является... власть.

Согласно исследованию "Экономической правды", больше всего донорской помощи от международных партнеров получают государственные органы.

Из общей суммы зарегистрированных проектов в 3,6 миллиарда долларов на проекты в государственном секторе предусмотрено около 3,1 миллиарда или 87% от общей суммы помощи (данные за 2016-2017 годы).

А вот общественным организациям за последние два года выделено около 214 миллионов долларов, то есть 6% от общей суммы донорской помощи. И с этих денег активисты общественных организаций платят налоги в государственный бюджет.

В то же время донорские деньги, которые получает власть на государственные проекты, в Украине никак публично не контролируются. В связи с этим, наши чиновники неоднократно попадали в громкие международные скандалы.

В свое время представительство ЕС выделило 720 тысяч евро на проект "Жилье для переселенцев" по инициативе мэрии города Славянск. Деньги должны были потратить на строительство общежитий для переселенцев. Но деньги так и остались на счетах мэрии, а строительство "заморозилось".

"Ничего лучшего, большой специалист господин Зонтов (Олег Зонтов, в 2014-2015 годах секретарь Славянского горсовета) не придумал, как продать евро и оставить у себя на счету гривны, которые за неделю потеряли свою ценность", – заявил народный депутат Олег Недава.

Сам же Зонтов обвинения отверг, мол, тогда закон обязывал его хранить деньги в национальной валюте, и обвинил в ситуации нынешнюю власть Славянска.

Вспомним и то, что в феврале 2018 года ЕС закрыл проекты модернизации пограничных контрольно-пропускных пунктов с Украиной. Ведь на конец 2017 года ни один из этих шести проектов не был завершен, хотя ЕС предоставлял финансирование на сумму 29,2 миллионов евро.

Однако сейчас "под прицелом" общественного внимания оказываются не чиновники, которые осваивают грантовые средства или декларируют церкви, произведения искусства и миллионные сбережения, а именно общественные организации, которые поднимают тему коррупции во власти. И вот почему.

МЕСТЬ ЗА АКТИВНОСТЬ

Наиболее активными антикоррупционные общественные организации стали после Революции Достоинства в 2014 году. Тогда стало понятно, что чиновники быстро пришли в себя, сориентировались в новых условиях и продолжили использовать старые коррупционные схемы.

Украинский правовед Николай Хавронюк считает, что внедрение электронного декларирования для антикоррупционных активистов может быть своеобразной местью власти. Ведь именно общественные организации больше всего настаивали на необходимости электронного декларирования для чиновников.

Оно, между прочим, впервые за 26 лет независимости может создать реальные проблемы для декларанта с сомнительными заработками – от штрафа до тюрьмы.

Николай Хавронюк: "Была цель запугать антикоррупционных активистов, чтобы они не были такими активными. Ведь е-декларирование существует параллельно с контролем, мониторингом и с административной и уголовной ответственностью.

Но мы знаем, что ответственность у нас применяется избирательно. И теперь любой желающий может подать заявление о совершении неким общественным активистом преступления, предусмотренного статьей 366-1.

Пусть его потом вызывают, проверяют, ведут расследования, чтобы создать ему неприятности и отвлечь от антикоррупционной деятельности. Это борьба в стиле "казаки-разбойники".

Политолог Николай Давидюк уверен, что е-декларирование для антикоррупционных активистов – не что иное, как продуманная политическая технология. По мнению специалиста, она сработала сразу же после представления активистами деклараций.

"Власть ударила по антикорупционерах, введя негативный тренд и ряд клише. Мол, все антикоррупционеры такие плохие, такие же, как и власть. Все антикоррупционеры ворюги, потому что они покупали квартиру за 5 тысяч и дома по тысяче квадратов.

Медиапространство работает в этом случае в пользу власти. Сегодня мы не обсуждаем, кто из депутатов, сколько нажил за год, хотя там миллионные суммы, там десятки миллионов. Мы сегодня говорим об активистах, то есть фокус изменен".

Охота на состояние антикоррупционеров началось, как только те подали первые декларации. Из постов Facebook-блогеров новости о незадекларированном имуществе и высоких зарплатах активистов кочевали в некоторых СМИ и наоборот.

За комментарием к фигурантам сообщений никто не обращался. Несмотря на свою откровенную манипулятивность, эти новости вызвали резонанс и возмущение в обществе.

Спецпроект "Выборы" собрал несколько историй антикоррупционеров и попросил их объяснить претензии со стороны журналистов и блогеров.

Едва ли не первой за декларацию досталось основателю Центра противодействия коррупции Дарьи Каленюк. Сообщения о ее якобы многочисленной не задекларированной недвижимости появилось на странице блогера Андрея Дзиндзи еще 30 марта:

"Как и прогнозировалось, те, что декларируют максимальную открытость и борьбу с коррупцией, когда дело касается их самих, начинают мухлевать со своими деньгами!".

Автор рассказал, что активистка якобы переписала на мужа и его мать-пенсионерку квартиру в Киеве, а также не задекларировала недвижимость в Житомирской и Ивано-Франковской областях. Как положено, к посту прикрепил выдержки из государственного реестра.

Манипуляцией в отношении ее имущества Дарья не удивлена, ведь убеждена, что именно это и было главной целью е-декларирования для активистов. "Я живу в однокомнатной квартире на Дарнице с мужем и с двумя детьми", – рассказывает активистка о квартире, которой владеет вместе с мужем.

Квартира, зарегистрированная на мужа и его мать, была приобретена на сбережения свекрови. "Муж также задекларировал половину однокомнатной квартиры в Киеве, которую купила его мама еще в позапрошлом году. Это была инвестиция в новостройку. Фактически, квартира, приобретенная мамой мужа, зарегистрирована на обоих".

Каленюк объясняет: якобы не задекларированная ею недвижимость на самом деле ей и не принадлежит: "У мужа есть третья часть квартиры в Ивано-Франковске, которую приватизировала его семья еще в 1994 году. У моей мамы, например, есть дом и земельный участок в селе.

Мама недавно приобрела этот дом, хотя на самом деле она в нем родилась, и с 50-60-х годов он был переписан на других родственников, которые умерли. Она, фактически, за те средства, которые всю жизнь вкладывала, приобрела его, чтобы там, на пенсии жить, чтобы было, куда внукам приезжать".

Исполнительный директор ГПК Ирина Федорив убеждена в том, что блогер просто взял выдержки из реестров по приобретению недвижимости на фамилии и имена ее родственников. Чтобы манипулировать в сети этими документами. В результате новость набрала более четыре сотни просмотров и огромное количество негативных комментариев.

Настоящей сенсацией для социальных сетей стала электронная декларация редактора Общественного движения «ЧЕСТНО» Ирины Федорив. В Facebook и интернет-сайтах массово распространялась информация, что 31 декабря 2017 года Ирина купила квартиру под Киевом всего за 59 долларов за метр квадратный.

Больше всего декларация Федорив поразила депутатов от "Радикальной партии" Андрея Лозового и Игоря Мосийчука. Они обвинили ее в занижении стоимости квартиры и даже в неуплате налогов.

"Вот что грантоеды писали по отмене электронных деклараций для себя – боялись, что люди будут знать правду", – написал в своем Facebook нардеп Андрей Лозовой.

Сама же Ирина Федорив была шокирована тем, как ей повезло с покупкой недвижимости еще и в Новогоднюю ночь. Объясняет: на самом деле эту квартиру в поселке Коцюбинское под Киевом приобрела 12 лет назад. К тому же, была ее инвестором, поэтому и купила дешевле, чем "готовое" жилье – за площадь 78,4 квадрата отдала 45 тысяч долларов.

Ложные данные в ее декларации возникли из-за сбоя системы: "Банальная системная ошибка сайта НАПК – и #предательство понеслась по соцсетям. Политики и их СМИ не будут придерживаться каких-то стандартов или методологии. У них главная задача – сделать так, чтобы дискредитировать антикоррупционеров в глазах общества", – говорит Федорив.

Представитель движения «ЧЕСТНО» убеждена: сенсацию "раздули" из-за активной ее борьбы с дерибаном земель и леса на Приирпене:

"Если по ту сторону леса, где я живу, я воюю с дважды подозреваемым мэром Ирпеня Карплюком, то по другую сторону леса поддерживаю мою коллегу Виту Думанску, которая воюет за лес и озеро, на которое положили глаз радикалы с их ГО "Беличанская рыбалка".

Поэтому совершенно, закономерно, что меня с любовью поливали сразу с двух партийных минометов – "Новых лиц" и "Радикальной партии".

Теперь Федорив имеет семь дней, чтобы исправить ошибку в декларации: "Я обязательно это сделаю. Надеюсь, что система НАПК не даст сбой в этот раз".

"Придрались" и к недвижимости председателя совета общественного контроля НАБУ и активиста "Автомайдана" Романа Маселка.

Журналисты информационного агентства "Украинские новости" приписали ему пару лишних арендованных квартир. В одной из таких якобы один живет трехмесячный сын антикоррупционера.

"Меня это очень рассмешило. На самом деле у меня есть третья часть приватизированной квартиры еще в 1996 году в Львовской области, у моей жены есть четвертая часть приватизированной квартиры в Харькове, а вместе мы живем здесь, в городе Киеве, и арендуем небольшую квартиру вместе с моей женой и трехмесячным сыном, – говорит Маселко. – А в сообщении получалось, что мой сын еще отдельно арендует квартиру самостоятельно. Очень горд, что сын в трехмесячном возрасте уже может себе позволить самостоятельно арендовать квартиру и жить отдельно".

При этом активист убежден, что эта манипуляция сделана намеренно: "Она настолько абсурдна... Не верю, что человек, который это делал, настолько тупой, что не может понять, о чем идет речь. Поэтому, допускаю, что все-таки был злой умысел".

Если же к недвижимости не подкопаться, то акцент делается на зарплате активистов. Например, Ярослав Юрчишин, исполнительный директор Transparency International Ukraine фигурирует в медиа как декларант-миллионер: "Говорят о каких-то 1,5 миллионах гривен моего состояния. Даже принимая мои доходы и жены, которая не имеет никакого отношения к борьбе с коррупцией, там трудно найти 1,5 миллиона.

Просто берется общая цифра и округляется в большую сторону. При этом никто не высчитывает налогов, уплаченных как с заработной платы, так и деятельности предпринимателя.

Доходит до смешного, когда жена генерального прокурора Ирина Луценко, которая, по его декларации, имеет 1 миллион 300 тысяч гривен дохода, рассказывает, что антикоррупционные организации и активисты зарабатывают больше президента, премьера и генпрокурора. В то же время повышенное внимание к декларациям активистов не стало для Юрчишина сюрпризом.

"Было ожидаемо, что будут запускаться мемы в формате "активисты не помогают армии", "смотрите, сколько они зарабатывают, больше, чем президент". Это смещение акцентов и попытки побудить ненависть людей к общественным активистам", – считает он.

Быть или не быть е-декларированию активистов?

Стоит заметить, что за несколько дней до окончания срока декларирования власть заговорила об отмене этой нормы для активистов. Этому предшествовала реакция иностранного сообщества.

Реагируя на аргументы международных партнеров, президент Петр Порошенко попросил парламент отменить е-декларирование для антикоррупционеров. Голосование должно было состояться 3 апреля, и народные избранники отказались даже ставить отмену этой нормы в повестку дня.

Даже если нардепы все-таки соберутся и проголосуют за отмену декларирования, антикоррупционные активисты, которые успели показать свои состояния, останутся под прицелом.

Ведь информация на сайте НАПК будет сохраняться в течение 5 лет с момента публикации. Кроме государственного реестра, эти данные подтягиваются на сайты, которые создали сами же активисты, чтобы мониторить состояние чиновников.

Для мира вся эта ситуация, очевидно, служит тревожным показателем.

Еврокомиссар по вопросам расширения европейской политики и соседства Йоханнес Хан отметил, что декларирование для активистов противоречит европейскому вектору Украины. Соединенные Штаты Америки призвали отменить закон, который создает бремя и давление на гражданское общество.

И несмотря ни на что, власть будет продолжать разгонять недоверие людей к общественным активистам, считает политолог Николай Давидюк:

"В этом случае медиапространство работает в пользу власти. Они выписали все, чем хотят ударить по антикорупционерах. Чья-то квартира может быть не больше собачьей будки, как говорил Порошенко. Если перевести ее в реальные цены даже сегодня, она не будет конкурировать ни с одним жильем, ни одного депутата. Но их медиаохватывание значительно больше, чем у активистов. Они владеют каналами и запускают то, что хотят".

Активисты же называют эту ситуацию ничем иным, как войной мировоззрений. Пока депутаты будут соревноваться в популизме, общественный сектор и в дальнейшем будет жить и работать прозрачно. Тем более что настоящих сенсаций и роскоши в декларациях антикоррупционеров так и не нашли.

Авторы: Дарья Рогачук, Надежда Сухая

Источник: Украинская правда

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

 
Читайте по теме:
 Макроэкономический и монетарный обзор Украины. Март 2018 г.
 Франсис Малиж: Украина снова в первой пятерке стран по объему инвестиций ЕБРР
 6 тенденций, определяющих условия труда в ближайшем будущем
 Беларусь в первом квартале 2017 г. увеличила импорт российского природного газа на 5,3% до 810,449 млн. долл.
 Средний официальный курс российского рубля к евро в сентябре 2017 г. укрепился по сравнению с августом на 2,2% до 68,7917 руб. за 1 евро