Банковский хагер-магер: как в Национальном банке Украины распутывали структуры собственности украинских банков

20.11.2018 – Как Национальный банк Украины регулирует работу коммерческих банков, что такое деловая репутация банкиров, почему важно следить за структурой собственности и системой корпоративного управления банков? Об этом говорится в лекции директора Департамента лицензирования НБУ Александра Бевза, которая недавно была опубликована на официальном youtube-канале НБУ.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Как всегда LB.ua подготовил для вас конспект доклада представителя центрального банка.

Читайте также: СЕО Приватбанка Петр Крумханзл: До конца года Приватбанк будет одним из самых прибыльных банков

Главный стратег Нацбанка Михаил Видякин – о развитии финтеха, статусе криптовалют и PayPal в Украине

Владимир Лавренчук: За два года кредитный портфель «Райффайзена» в Украине увеличился почти на 80%

Андрей Оленчик: Фонд гарантирования вкладов банкротом быть не может

Андрей Пышный: Если Укрпочта хочет быть банком, то банкам нужно дать возможность торговать чайниками и гречкой

Лицензирование

Национальный банк выдает 4 вида лицензий. Первая – банковская. Вторая – это лицензия на осуществление валютных операций, так называемая «Генеральная валютная лицензия». Как правило, эти лицензии выдаются на обмен валют. Обменом валют в Украине, в отличие от некоторых европейских стран, занимаются не только банки, но и небанковские финансовые учреждения. Все эти «будочки» и «ларечки», которые мы видим на улице – это, как правило, компаний, имеющих лицензию. А 50% обменного рынка валют по оценкам НБУ все же находится в тени.

Третья лицензия – на перевод средств без открытия счета. Это и лицензия, позволяющая пополнять счет мобильного телефона через автомат, оплачивать коммунальные услуги на сайтах и т. д. И четвертый вид лицензии начал выдаваться только недавно. Это лицензии юридическим лицам на инкассацию.

Ранее инкассацией могли заниматься исключительно банки, и для этого был специальный порядок согласования на этот вид деятельности, но теперь это могут делать и другие юридические лица, которые соответствуют лицензионным условиям. Сейчас есть два лица, получившие лицензию, третий пакет документов находится на рассмотрении.

Мы ожидаем, что инкассация – это та сфера бизнеса, которая будет переходить в небанковскую сферу, потому что специализированные компании смогут эту операцию делать дешевле и возможно даже качественнее. Некоторые банки, которые не могут поддерживать собственную инкассацию, будут пользоваться услугами таких лиц.

Что включает в себя процесс лицензирования, кроме издания, собственно, банковской лицензии и других видов лицензий? Это также согласование изменений в уставы: любой устав банка, который меняется, должен быть согласован НБУ.

В первую очередь речь идет об изменении размера уставного капитала, поскольку при увеличении уставного капитала НБУ проверяет источники. Это один из важнейших процессов, который происходит в департаменте лицензирования.

В-третьих, это согласование назначения руководителей. Руководители банка: члены правления, члены наблюдательного совета, главный бухгалтер, его заместители. И всех этих лиц согласовывает НБУ на предмет соответствия их деловой репутации и профессиональной пригодности.

Более того председатель правления, главный бухгалтер – это две категории должностей, которые не могут выполнять свои полномочия по закону без предварительного согласования Национального банка.

В-четвертых, это согласование владельцев. Речь идет о согласовании «существенного участия». Также это новый процесс, который называется «предварительная квалификация инвесторов неплатежеспособных банков».

Очищение банковской системы привело к тому, что сейчас в Фонде гарантирования есть много неплатежеспособных банков и для того, чтобы выкупать их из Фонда нужно пройти предварительную квалификацию. Эта новая процедура заработала с 2016 года, и была инициирована международными донорами для того, чтобы инвесторы были заблаговременно проверены НБУ на предмет квалификационных требований. Это генеральные валютные лицензии, регистрация платежных систем и лицензирование перевода средств, а также регистрация обособленных подразделений банка.

В первую очередь речь идет об отделении. Некоторые банки имеют филиалы, дирекций уже нет. Это также обособленные подразделения иностранных банков на территории Украины, представительства, ибо ни одного филиала иностранного банка в Украине сейчас нет, и представительства и филиалы украинских банков находятся за рубежом. Они тоже должны получить разрешение НБУ. На Кипре, например, существует филиал «Приватбанка». Для того чтобы он был создан, эта процедура четко урегулирована.

Вызовы лицензирования 2015-2016 годов

Во-первых, это непрозрачные структуры собственности, а их было почти половина банков. Почти в половине банков либо юридически, либо фактически НБУ не знал владельцев. Владельцев многих банков НБУ узнавал из СМИ, как и общество. Это абсолютно неправильно. Во-вторых, это устаревшие подходы к оценке владельцев и менеджеров.

Простой пример: приходит инвестор для того, чтобы приобрести банк. В договоре указана цена покупки банка: 1000 долл., все остальное – расчеты где-то на офшорах, никому не известные, ни регулятор, ни Антимонопольный комитет об этом не знают. Это приводило к тому, что НБУ, по тем подходам, которые действовали ранее, проверял наличие 1000 долл. на счетах и давал согласование на приобретение существенного участия.

Поэтому сейчас существенно пересмотрели подходы к оценке финансового состояния инвесторов, и критерием этой проверки сделали объективные величины, которые не должны зависеть от того, как стороны решат договориться, или еще хуже – скрыть свои истинные договоренности.

Потому что все M&A транзакции (от англ. mergers and acquisitions – слияния и поглощения), которые происходили на рынке в 2010-2013 годах, происходили очень просто: банк покупался за доллар, а кредитный портфель передавался по иностранным правам за границей, за ту сумму, что он стоит на самом деле. Чтобы избежать этой ситуации НБУ изменил подходы к оценке финансового состояния.

Более того, Национальный банк изменил правила оценки деловой репутации. Почему это было важно? После чистки банковской системы крайне необходимо было обеспечить барьеры для доступа на рынок тех, кто привел эти банки к банкротству. На самом деле, эту работу должны делать правоохранительные органы. Они должны расследовать дела, идти в суд, защищать эти дела, и получать приговоры или, например, решения о взыскании убытков.

И тогда НБУ было бы проще, так было бы понятно, кто виновное лицо, и оно не допускалось бы к системе. Но другие органы государства свою работу не выполняли. Поэтому НБУ был вынужден пойти на радикальные меры: категорический запрет доступа на руководящие должности и на владение банками лицам, имеющим «испорченную» деловую репутацию, из-за того, что они были владельцами или руководителями этих неплатежеспособных и ликвидируемых банков.

И самое важное: переход к риск-ориентированному надзору. Надзор над банком, в частности в сфере лицензирования, должен осуществляться пропорционально его объему, важности для системы, и пропорционально рискам этого банка, а не просто за счет ежедневного выполнения рутинных работ, которые на самом деле никому не нужны и просто осуществляются для галочки.

Структуры собственности банков

В начале 2015 года 44% банков имели непрозрачную структуру собственности. Те правила оценки структур собственности, которые существовали до этого, были чисто формальными: надо было просто нарисовать свою структуру собственности. Рисовались киприоты и на этом работа заканчивалась. Все банки были проверены уже на предмет новых правил. Шесть банков были закрыты исключительно из-за непрозрачной структуры собственности. Эти банки, как правило, не имели проблем с ликвидностью, и очень часто они не имели других проблем, кроме проблемы структуры собственности.

Но поскольку они не решили свою проблему в течение года, двух, трех – времени, в течение которого НБУ постоянно им напоминал, что надо раскрыть своих владельцев, они были выведены с рынка. Результат: на сегодня НБУ знает владельцев всех банков, и эта информация общедоступна, на сайте НБУ есть вкладка «Структуры собственности банков Украины», где можно увидеть не только текущую ситуацию, но и как она менялась. НБУ пытался поместить архив с 2007 г. и можно посмотреть динамику изменений: почему они происходили и что к этому побудило.

Очень часто журналистами и не профессиональными специалистами задается вопрос: «зачем нужно знать владельцев». Действительно, над банками можно осуществлять эффективный надзор, не иметь информации о владельцах – ну и хорошо. Но это нужно для трех вещей: во-первых, это контроль операций со связанными лицами.

Статьей 52 закона «О банках и банковской деятельности» определено, что такое «связанные лица», и есть лимит: норматив Н7 и норматив Н9, которые устанавливают границы кредитования связанных лиц и пределы одного кредитного риска. Самая большая проблема банковской системы – это кредитование связанных лиц. У некоторых банков тысячи процентов капитала — это кредиты, выданные связанным лицам. Для того чтобы правильно идентифицировать связанных лиц, необходимо знать владельцев.

Второе – это обязанность докапитализации банка. Она предусмотрена статьей 35 данного закона. Каждый владелец существенного участия обязан поддерживать норматив достаточности регулятивного капитала. И третье: ответственность в случае неплатежеспособности банка, или нарушения им законодательства. Это самое слабое место, потому что привлечение к ответственности владельцев и руководителей находится вне влияния Национального банка. Все, что НБУ мог сделать – это установить искусственные барьеры для допуска этих банкиров обратно в систему.

Какими бывают непрозрачные структуры собственности?

Первая, и самая частая: «футбольная команда», или «11 друзей Оушена», по мотивам известного фильма. Структура собственности разбивалась на 11 «футболистов», ведь все владения участием более 10% должны соглашаться НБУ. Чтобы не было 10% – надо как минимум 11 человек – все очень просто. Такая себе футбольная команда.

Второе: «hugger-mugger» – это английское сленговое выражение, которое означает путаницу, когда ничего не понятно. Также НБУ такие структуры называет «паутиной». Это такие структуры, где невозможно понять «кто кому Рабинович», потому что все владеют всеми, циклические, замкнутые – абсолютно ничего не ясно.

Третий вид структур – это «слепые» трасты, использование трастовых конструкций для того, чтобы скрыть конечного бенефициара.

Траст – это очень популярная схема скрыть владельца, она известна в прессе. Четвертый тип непрозрачных структур: доверенности, или на английском Национальный банк назвал это «PoA is not OK » (англ. PoA , power of attorney – доверенность). Делается генеральная доверенность, выдается на какое-то лицо, и все на этом. Этот человек голосует на всех общих собраниях, а владелец неизвестен. НБУ знает, кто выдал эту доверенность, и может резюмировать, что это владелец, но юридические связи, кому задавать вопросы – не понятны: кто голосовал, или тому, кто выдал доверенность, или кому-то третьему.

Пятое: «Попандопулосы». В НБУ назвали это «господин Попандопулос», или «госпожа Николь». Это структура вроде прозрачная, видно всех людей, но встречаются очень экзотические фамилии. Понятно, что никакого отношения к банковской системе они иметь не могут. И шестая категория: « Mr Who », или «Маска». Это украинцы: Иваненки, Петренки, Петровы, но непонятные украинцы, потому что ни об их деловой репутации, ни об их опыте работы на рынке никому ничего неизвестно, и даже Google о них не знает.

Прозрачность

Структура собственности прозрачная, если выполняется три условия: известны владельцы существенного участия, известные «ключевые участники» банка, и характер отношений между ними. «Владельцы существенного участия» – это типичный термин, введенный евродирективой, он означает владение более 10% акций, прямо или косвенно. Это не ноу-хау. А вот «ключевые участники» – это украинское ноу-хау. Такого нет ни в одном законе мира. Это была реакция на «футбольные команды».

2 марта 2015 г. парламентом был принят закон об усилении ответственности собственников. Там было введено понятие «структура собственности» и было введено понятие «ключевой участник». Что такое ключевой участник? Это любые 20 физических лиц, обладающих юридическим лицом, а если это юридическое лицо – то каждое юридическое лицо должно быть раскрыто до 20 физических лиц, если они там есть. Если их меньше – то меньше.

Таким образом, любая структура собственности раскрывается как паутинка. И тогда устанавливаются 10 крупнейших окончательных ключевых участников. И относительно этих 10 окончательных ключевых участников, как правило, это «футболисты», и делается проверка.

Как НБУ сделал структуры собственности прозрачными? Очень просто: у 10 крупнейших окончательных ключевых участников, тех крупнейших 10, что есть в конце всех звеньев, если их собрать в кучу, спросили налоговые декларации и информацию о том, чем они владеют. И выяснилось, что они бедные, как церковные мыши. Что в них не только не было денег теоретически – даже если предположить, что они реальные собственники, так эти 9,9% банка они никогда не могли бы себе позволить купить.

Есть такая интересная история, и этот банк есть сейчас на рынке: НБУ установил конечного бенефициара, там был в 2013 году согласованный владелец. Прошло два года, НБУ делает ревизию материалов: открывается личное дело банка, да, действительно, справка из налоговой – 120 млн. грн. Интересно, открывается декларация – подарок. От кого – не понятно.

«Дай декларацию за предыдущие годы и за следующие» – во всех предыдущих годах 60-70 тыс. грн. дохода, и в последующие годы 60-70 тыс. грн. дохода. Один год человек не понятно от кого получает подарок 120 млн. грн., создает банк и работает себе. Банком на самом деле владеет другое лицо. Такие интересные истории почти у каждого банка, который имел непрозрачную структуру собственности.

Все это теперь невозможно, потому что порог проверки против регулятивного капитала не позволяет, во-первых, покупать банки за копейку, второе – НБУ смотрит, чтобы не только в декларации была внесена сумма доходов, но и чтобы было понятно их происхождение. Если это подарок – покажи, кто тебе подарил. Если это подарок от близкого родственника – покажи, тем более, потому что ты не платишь налоги. Если это операции с ценными бумагами, очень популярная схема, – то покажи, что это за ценные бумаги, их эмитент, что с этим эмитентом происходит и т.д.

Такая же проверка теперь проводится не только в отношении банков, но и относительно всех небанковских финансовых учреждений, которые приходят за лицензиями Национального банка. Сейчас надзор за ними осуществляет другой государственный орган – Национальная комиссия по регулированию рынка финансовых услуг. Они делают первоначальную лицензию на финансовые услуги. НБУ выдает свои лицензии: или на обмен валют, или на перевод средств, на инкассацию, но повторно делает эту работу.

Вот, например, интересная ситуация: приходит компания по обмену валют. А у них требование: минимум 20 млн. собственного капитала. Смотрим финансовую отчетность: 20 млн. в уставном капитале на пассиве и эти же 20 млн. как дебиторская задолженность. Баланс пустой, видно, что ничего нет. Начинаем выяснять, откуда взялось 20 млн., а это операции с ценными бумагами. Стоимость этих бумаг, которая была записана в договорах, в 20 раз превышает их номинальную стоимость.

С чего бы это вдруг? Провели проверку, в лицензии отказали. Приходит еще одна компания – такая же история. Разворачиваем всю эту цепь — та же компания, те самые ценные бумаги. Третья компания – те самые ценные бумаги. Рынок, на самом деле, не такой уж и большой, и не так много схем, которые используются, но они очень популярны и пользуются спросом.

Трасты

Этого понятия нет в законодательстве Украины, есть в гражданском кодексе понятие «договор доверительного управления», но это немножко другое. Траст — это когда вы собственное имущество оформляете на другое лицо, между вами есть договор, или трастовая декларация, в соответствии с которой вы этому лицу даете обязательные поручения, и оно без вас не может ничего с этим имуществом сделать.

Это простой траст, здесь проблем нет, Национальный банк эти трасты позволяет, и они есть в структурах собственности некоторых банков. Это не проблема, потому что понятно, кто дает окончательные указания.

Проблема возникает, когда к этому трасту приобщаются другие лица, а это, например, конечные бенефициары, которые отличаются от собственника имущества, или «протекторы». Чтобы понять, кто эти лица и для чего это делается, надо чуточку знать историю возникновения трастовых сделок.

Они появились в Англии в XIX ст. для того, чтобы оформлять наследство. Богатые родители не хотели, чтобы их дети разбазаривали наследство. Поэтому они оформляли его при своей жизни на других лиц, устанавливали защитника этого имущества, устанавливали ребенка как бенефициарного владельца, и себя как установщика.

Там уже было 4 человека. Протектор, защитник, должен как раз следить за тем, чтобы ребенок, даже уже взрослый, использовал это имущество только так, как завещал его отец. Конечно, это используется до сих пор в цивилизованных странах при управлении личным имуществом. Но оно начало использоваться и для совершенно других целей.

Такие трасты у нас запрещены в структурах собственности, потому что там невозможно установить, кто кому кем приходится при наличии всех этих лиц. Непонятно, действительно ли это будет конечный выгодоприобретатель, действительно ли под трастовую декларацию можно управлять банком. И вообще, нельзя банк отдать в такое владение, потому, что банк — это социально важная институция, которая принимает депозиты, а значит, управляться должна прозрачно.

Деловая репутация

Оценка деловой репутации – очень важный критерий. НБУ проверяет по деловой репутации владельцев и руководителей банков. Причем, если структура собственности состоит, например, из нескольких компаний конечного владельца, деловая репутация проверяется по конечному, по всем компаниям, и по всем руководителям этих компаний. Идет такая многозвенная проверка. Считается, что у лица безупречная деловая репутация, если не установлено другое.

Банкиры с испорченной деловой репутацией – это лица, которые владели или были руководителями закрытых, неплатежеспособных или ликвидированных банков. Им запрещено возвращаться в систему на 3, 5 или 10 лет, это зависит от того, на каком основании был выведен банк. 10 лет – за нарушения финансового мониторинга, по сути, за отмывание средств.

Когда была введена эта норма в июне 2015 года – это была одна из тех волн критики, когда НБУ получил очень громкое недовольство, потому что в этот список попало 1300 человек. Из них 300 – владельцы, а 1000 – руководители. Примерно, потому что точная цифра постоянно варьируется: по кому-то заканчивается этот срок дисквалификации, какие-то банки снова попадают в Фонд гарантирования.

Чтобы попасть в этот список, нужно чтобы было выполнено следующее условие: есть дата отнесения банка в Фонд гарантирования, и есть один год до этого. Чтобы попасть в список, ты должен быть руководителем банка в течение любых 6 месяцев в этом году. Почему не на дату вывода с рынка?

В НБУ спрашивают: «Почему вы не сделали дисквалификацию только относительно тех, которые были в банке на момент отправки его в Фонд гарантирования?». По владельцам вообще более жесткая норма – это любой владелец на любую дату отнесения банка к категории неплатежеспособных. Чтобы упредить эти ситуации, когда искусственно сбрасывается банк на подставных лиц, и сделана такая норма.

Также в НБУ обращалось примерно 50 человек за получением согласования как руководителей, и им было отказано по причине деловой репутации. 25-ти было отказано в приобретении акций банка существенного участия за испорченную репутацию.

Есть такая процедура, которая называется «восстановление деловой репутации», так званое «отбеливание». Она была введена под давлением банковского сообщества, которое говорило, что некоторые лица попали под эту дисквалификацию несправедливо. Действительно, такие ситуации были.

Например, член правления находилась в декретном отпуске уже два года до того, как банк вывели с рынка, и после того. Или человек имеет объективные подтверждения, что он либо не голосовал за решения, которые привели к неплатежеспособности, или другие причины. Для этого была введена специальная процедура восстановления деловой репутации. Всего — 13 человек обратились за два года по этой процедуре.

Это говорит о том, что те банки, которые остались на рынке, не очень желают брать на работу на руководящие должности лиц, которые имеют проблемы с репутацией. По 7 из этих кандидатов Национальным банком было принято положительное решение, другим лицам было отказано.

Реформа корпоративного управления 

Реформа корпоративного управления, пожалуй, одна из важнейших реформ, которые сейчас происходят. Ее недооценивали. Корпоративное управление – это тематика больше юридическая, чем экономическая, но от качества этой реформы, от того, как она завершится, зависит очень много экономических процессов.

Есть документ, ключевой в этой сфере: руководящие наставления по корпоративному управлению в банках. Они утверждены Базельским комитетом по вопросам банковского надзора. Этот комитет говорит о том, что корпоративное управление – это система отношений между собственниками, акционерами, руководителями, менеджерами, другими работниками банка, и что важно, используется еще термин «стейкхолдеры».

«Stakeholder» — английский термин очень похож на термин «shareholder», но шейрхолдер -это владелец акции, а стейкхолдер — это тот, кто имеет интерес. Кто имеет интерес у банка? Прежде всего, вкладчик или кредитор. Еще тот, кто держит бумаги этого банка, если это, например, облигации, выпущенные этим банком. И многие другие лица. Так вот, корпоративное управление, по мнению мировых экспертов по этому вопросу – это отношения не только внутри самого банка, но и то, что находится за его пределами.

И здесь включается риск-менеджмент, аудит и т. п. Что такое риск-менеджмент? Это сопоставление бизнесового интереса, потому что у каждого юридического лица интерес один – получить прибыль, и риск, к которому получение прибыли в той или иной степени приводит банк.

Правление всегда заинтересовано в получении прибыли, потому, что они менеджеры, они зарабатывают. Риск-менеджер обязан своевременно их осаждать. Базельский комитет говорит о том, что эффективное корпоративное управление критически важно для надлежащего функционирования экономики в целом.

Трудно оценить, какую важность международные эксперты МВФ, которые у нас постоянно работают и приезжают, придают этому вопросу. Настолько важно, что сейчас Национальным банком будет проводиться проверка первых 20 банков на предмет «коллективного соответствия менеджеров». НБУ должен оценить, эффективно ли сотрудничают между собой члены правления, члены совета, система риск-менеджмента, внутренний аудит и т. д. Это обязательно делается во время инспекционных проверок банков, это делается безвыездным надзором.

Но МВФ делает это структурным маяком одного из следующих траншей, важность этого вопроса трудно переоценить. Первоочередная цель корпоративного управления – защита интересов акционеров банка, но чем это отличается от обычного акционерного общества? Тем, что есть социальный интерес, тем, что есть вкладчик. И как раз относительно банков идет оговорка: «в согласовании с публичными интересами на постоянной основе».

И отдельно указано, что если имеется конфликт между интересом вкладчика и интересом акционера – интерес вкладчика должен преобладать, для этого существует корпоративное управление.

Что сейчас происходит с реформой корпоративного управления? Во-первых, усиление роли наблюдательных советов. Согласно закону совет осуществляет контроль над менеджментом, в состав совета должно входить не менее 5 человек, из них четвертая часть, то есть 2 лица, должны быть независимыми. НБУ ужесточает требования к независимым членам и увеличивает их количество.

Теперь их должна быть треть от состава совета, если соответствующий закон будет проголосован. Или, если это 5 членов совета – минимальное количество, то их должно быть не меньше трех, то есть, большинство. Наблюдательный совет в банке – это, наверное, самый важный орган. Не акционеры, и не правление, а именно наблюдательный совет. По крайней мере, по идеальной модели мира.

Во-первых, потому что в наблюдательном совете обязательно должны быть независимые члены. В Украине, к сожалению, критерий независимости и реальное соответствие независимости не высокого качества, мы над этим работаем. Но именно на наблюдательный совет возлагается очень важная ответственность.

Во-вторых, это усиление функции внутреннего аудита и риск-менеджмента. НБУ согласовывает не только руководителей банков на должности, но еще и аудиторов. Очень интересные происходят беседы и интервью с этими аудиторами. У НБУ есть квалификационная комиссия, в нее входит 6 директоров, и они принимают предварительное решение о согласовании аудиторов, бухгалтеров, их лиц, которые ответственные за финансовый мониторинг.

Так вот, очень часто спрашивая у аудитора: «Скажите, пожалуйста, вы работали в банке, который некогда был признан неплатежеспособным. Этот банк занимался отмыванием средств. Вы это видели?» – ответ: «Нет». Вроде бы человек профессиональный, имеет диплом, проработал 20 лет, но посмотрев на его аудиторские отчеты, которые он делал в банке, по которым потом работают правоохранительные органы, возникает вопрос: «Может ли он работать дальше в системе? По крайней мере, какое-то время после того, как все это произошло?» – ответ отрицательный, и для этого существует квалификационная комиссия НБУ.

Это изменение подходов в согласовании руководителей, это расширение организационных форм банков: банки сейчас могут быть только публичными акционерными обществами или кооперативными банками. Национальный банк добавляет возможность банкам быть частными акционерными обществами. Это повышение роли независимых директоров, оценка коллективной годности и упрощение процедур консолидации. Это законопроект 6010, который постоянно публично презентовали – это закон об упрощение процедур капитализации и присоединении банков.

Какое в нем ноу-хау? Это, во-первых, упрощенное объединение банков, а также возможность цивилизованного выхода из рынка, если банк не может выполнять нормативы НБУ. Сейчас отзыв лицензии имеет следствием исключительно ликвидацию, шансов выжить нет. Эта новая процедура дает возможность сдать банковскую лицензию, получить, например, лицензию на финансовые услуги и продолжить работать.

Потому что основное, что пугает акционеров, которые уже и не хотят, но тянут этот банк – это то, что им приходится проходить 3, 5, 10 летние, налоговые проверки. Потому, что в Украине закрыть бизнес очень трудно. Открыть гораздо легче. И для того, чтобы эту угрозу снять, НБУ создал эти упрощенные процедуры.

Появляется новая функция для украинских банков, но совершенно не новая для банков иностранных банковских групп – комплаенс. По сути комплаенс — это соответствие всему: законодательству, нормативам, линиям контроля и т. д.; функция внутреннего аудита.

Важно, что аудит подчиняется не правлению, а совету банка. И это политика вознаграждений, раскрытия информации, роль регуляторов. Свою роль НБУ осуществляет тем, что согласовывает всех менеджеров, и сейчас, по рекомендации МВФ, будет также осуществлять оценку коллективной пригодности менеджеров и их влияния на реальное функционирование банка.

Другие реформы корпоративного управления

У Национальной комиссии по ценным бумагам сейчас очень мощная команда, которая делает новые законопроекты. Они меняют рынок ценных бумаг, потому что сейчас он наполнен мусором. Все то, что называется «публичными акционерными обществами» — никогда публичным не было. Это решение проблемы выкупа миноритарных акционеров.

Кроме того, это проблема «ваучерной приватизации», которая тянется годами, и которая не позволяет Украине привлекать капитал. На самом деле в Украине не функционирует ни одной цивилизованной биржи. Они есть, но то, что на них вращается — это нельзя назвать ценными бумагами. Должно быть иначе. И это то, что пытаются сделать коллеги, принудительно, условно говоря, конвертируя те акционерные общества, которые не являются публичными, в частные.

Автор: Денис Мурза

Источник: LB.ua

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий