Депутат Виктор Пинзеник: Риск дефолта всегда является спутником долгов

29.08.2018 – Экс-министр финансов, депутат Верховной Рады от БПП Виктор Пинзеник отказывается говорить с журналистами о политике. «Меня постоянно спрашивают о группах влияния во фракции, а я этого не знаю. Я даже не вхожу во фракционные группы в мессенджере», – объясняет Пинзеник. Однако экономические вопросы он обсуждает с удовольствием.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Виктор Михайлович был депутатом семи созывов, министром финансов, министром экономики и вице-премьером нескольких правительств. В декларации за 2017 год кроме заработной платы и пенсии отражены проценты по депозитам, доход от предоставления имущества в аренду и доход по гособлигациям.

Читайте также: Виктор Пинзеник: Мы должны научиться жить по доходам

Государственные финансы: пропасть на горизонте

Памятка заемщика, имеющего задолженность перед банком по потребительскому кредиту и, который попал в трудное финансовое положение

В интервью LB.ua Виктор Пинзеник объясняет, есть ли риск дефолта в стране; что происходит на рынке недвижимости; чем грозит массовая миграция украинцев за границу, и сколько Украина будет платить по соглашениям Яценюка-Яресько 2015 года за «списание» украинских долгов?

Андрей Яницкий: Есть разные оценки роста ВВП. Одни говорят про долларовый ВВП +20% в прошлом году. Другие о росте реального ВВП +2,5%. Как вы оцениваете темпы роста?

Виктор Пинзеник: Зачем брать доллар? Давайте возьмем венесуэльский боливар — тогда будет не на 20,5% роста ВВП, а в сотни раз. Никто, кроме США, не оценивает динамику экономики в американских долларах. Все оценивают рост в сопоставимых ценах в национальной валюте. Поэтому нет двух оценок роста ВВП — в долларах и реальном измерении. Специалист не будет говорить о +20,5% роста ВВП. А реальный текущий рост ВВП составляет сейчас около 3,6% (II квартал). Точка.

Теперь относительно этой цифры: плохая она или хорошая? Конечно, хорошо, что экономика растет вообще, что это происходит третий год подряд (2,3% в 2016 году, 2,5% в 2017, более 3% ожидаем в этом году). Но Украина не может довольствоваться такими темпами роста. По итогам трех лет это будет чуть больше 8%, что перекрывает только половину сильного спада ВВП в 2014-15 годах.

Это еще даже не уровень 2013 года. А мы должны помнить, что было падение в 2009 году, то есть еще есть куда «расти», чтобы восстановить докризисный уровень.

Второй элемент оценки темпов экономического роста — это качество этого роста. Нынешний рост не отличается от прошлогоднего результата. Но последнее очень ярко демонстрирует его природу. Почти по нулям промышленность. В минусе село (-2,7). Но плюс 2,5% роста. Откуда? Рост дал второй по значимости для ВВП сектор — торговля, +8,8%. И торговля преимущественно не украинскими, а импортными товарами. За счет продажи импортных товаров выросла украинская экономика, потому что в торговле тоже создается добавленная стоимость.

В этом году промышленность демонстрирует лучшие темпы +2,5%, село в небольшом минусе, локомотивом и дальше остается торговля. Поэтому ни темпы роста ВВП, ни качество этого роста не могут нас устраивать.

Чего не хватает, чтобы промышленность и село показали лучшие темпы? 

Нет фундаментального фактора — инвестиций. Ибо только они могут создать базу для устойчивого экономического роста. Не может радовать, что экономику тянет торговля, а сама торговля растет за счет, как ни странно, популизма. Из-за политики значительного опережения роста зарплат и пенсий к экономической динамике мы получаем рост по спросу на импорт. А это не только формирует искаженную форму роста, но и давит на обменный курс гривны.

В прошлом году зарплата в экономике и пенсии выросли на 37%. А экономика лишь на 2,5%. Незначительная часть этого роста является следствием легализации зарплат. Вторую часть покрытия взяла на себя инфляция и, в конечном счете, обменный курс (из-за импорта).

Как понимаю, инвестиций ждать в ближайшие годы не стоит, поскольку сейчас будут президентские выборы, потом парламентские… Нестабильная ситуация. 

Это не является причиной отсутствия инвестиций. Выборы проходят во всех странах. Да и последние три года у нас выборов не было, и что? Почему же не пошли инвестиции сразу после последних выборов? Инвестиции составляют у нас в последние годы от 13% до 15% ВВП. А не так давно были под 25%, что давало возможность экономике относительно быстро развиваться.

Сегодняшний масштаб инвестиций недостаточен для того, чтобы говорить о стабильном экономическом росте, тем более что большая часть инвестиций обеспечивает просто воспроизведение или восстановление изношенного оборудования.

Не говорю, что выборы — это хорошее время страны. Но основная проблема в бизнес-климате, в рисках для инвесторов. Это сдерживает не только внешние, а в первую очередь внутренние инвестиции.

Значит, реформы, которые произошли после революции, например, антикоррупционные, не исправили ситуацию?

Коррупция – проблема? Безусловно. И давайте оглянемся на 10-15 лет назад. Тогда коррупции не было? Была. Но экономика росла значительно быстрее. Значит, есть важный, фундаментальный фактор, которого не исправить, только борьбой с коррупцией. Этот фактор лежит в плоскости невозможности спрогнозировать результаты предпринимательской деятельности хотя бы на краткосрочную перспективу.

Непредсказуемые темпы инфляции. Вспомните недавние темпы инфляции 43% в годовом измерении, последние годы меньше двузначной инфляции мы не получали. Только сейчас, по оперативным данным, можно говорить об инфляции менее 10% в годовом измерении, но я не уверен, что в конце календарного года этот показатель удержится. Не забудем трехкратную девальвацию и трудно прогнозируемый обменный курс. До сих пор, к сожалению, не устранены факторы такой непредсказуемости.

Относительно коррупции, то эта проблема имеет два аспекта. Первый — наказать виновного, это борьба с последствиями. Второй — устранить саму возможность коррупции. Под давлением МВФ, других внешних кредиторов принято немало решений об улучшении борьбы с этим причудливым явлением.

Есть хороший прогресс в системе закупок и в нефтегазовом секторе. Хотя в последнем еще много не решено, не завершено выравнивание цен, нет конкуренции.

Меня беспокоит, что очень мало обращают внимание на устранение причин коррупции.

В парламенте часто рассматриваются законопроекты с большими коррупционными рисками. Например, законопроекты, которые, по сути, предоставляют право чиновнику освобождать кого-то от налогов (технологические парки, индустриальные парки, разрешение освобождать от НДС импортные товары для отдельных компаний).

Каждую неделю такие законопроекты появляются в парламенте. Небольшая группа депутатов пытается их остановить. Один уже почти год заторможен. И большинство успешно одобряется. Никакие аргументы не действуют.

Чем Украина от Кипра отличается. Кипр — это офшор для всех, а Украина — для избранных. У нас законом определено, что один предприниматель может продавать воду без НДС, а другие — с НДС, одним граница открыта, а другим – таможенные платежи. И как тут бороться с коррупцией, когда плодятся такие решения?

Вы говорите о курсе и об инфляции. Но реформа, которую провел НБУ, кажется, уже эти вопросы решила? Еще и банковский сектор почистили…

Отпустили обменный курс. Вещь простая, элементарная, профессиональная. Сколько лет говорили об этой проблеме? Надо было провести Украину через несколько кризисов, чтобы принять очевидное решение. Хотя на самом деле курс сам опустился. Просто не было чем его держать, не было валютных резервов. Но хорошо, что Нацбанк держится этой политики, это очевидно, правильное решение.

Банковский сектор. Украина имела очень серьезные проблемы, и большая их часть снята. Не хочу оценивать, как именно это было сделано. Очевидно, здесь есть много вопросов. Но очищение произошло. Потому что не может экономика развиваться без здорового банковского сектора. И то, что очистились от гнили и заразы, которая отравляла экономику, это хорошая часть работы. Банковский сектор сегодня в значительно лучшей ситуации, чем ранее.

Но банковский сектор так и не стал партнером роста украинской экономики. Парадокс, но украинская экономика растет, в то время, когда кредитование (реальное, не номинальное) уменьшается.

Проблема таргетирования инфляции, когда Нацбанк ставит ориентиры инфляции вместе с правительством и под эти ориентиры планирует монетарную политику. Хорошая, правильная идея. Но давайте вспомним события месячной давности. На счетах казначейства нет денег, а надо платить пенсии, и уже идет задержка.

Где правительству взять деньги, когда нечем платить, куда обращаться? От учреждения, которое говорит, что у него ориентиры инфляции? И что будет для власти важнее — пенсии или таргетирование инфляции? Отсюда вновь возникает риск роста инфляции.

Правительству надо не только давать деньги Пенсионному фонду на пенсии. Есть еще долги.

Проблема долгов остается очень острой. А кроме старых долгов, которые можно рефинансировать, надо привлекать новые средства (долги) на покрытие текущих дыр (дефицита). А дыра этого года превышает 80 млрд. гривен. И это без учета других потребностей — денег на рекапитализацию государственных банков, на поддержку Фонда гарантирования вкладов.

А потому ситуация, когда нечем платить, является неизбежным спутником жизни, с колес, с постоянным дефицитом и его дитем – нарастающим долгом.

В 2015 году удалось договориться с кредиторами. Даже пошли на списание 20% долга в обмен на варианты — производные ценные бумаги, выплаты по которым зависят от темпов роста экономики Украины. Как вы оцениваете то решение Яресько — Яценюка? 

Давайте разделим этот вопрос на две части. Там, где речь шла о реструктуризации долга, особых вопросов нет. Но не там, где речь шла о якобы списании долгов… Когда списывают долги, то никаких дополнительных обязательств по ним не возникает. И это не наш случай. Потому мы выпустили обязательства выплат по «списанным» долгам…

Нас укачивало заверениями, что платить по этим обязательствам придется только с 2021 года и то при условии, что экономика будет расти более 3%, а долларовый эквивалент ВВП превысит 125 млрд.

Хорошая игра в рулетку. Только барабан украинского нагана оказался заполнен патронами. Как не крути – выстрелит.

Уже в этом году наша страна достигнет критериев, необходимых для выплат. И по условиям этого года мы уже должны были платить от 40 до 100 млн. долл. (в зависимости от конечной динамики ВВП).

Но давайте обратим внимание на первую часть данного соглашения на реструктуризацию долга. Эта часть стоит почти 8% годовых. Сейчас правительство занимает на внутреннем рынке менее 6% (в долларах). Я не говорю, что можно легко заменить одни долги другими. Но я не вижу достаточных усилий в этом направлении, попыток привлечений более дешевых средств на украинском рынке. Тем более что у граждан Украины сегодня нет реальной альтернативы.

Потому что во многих банках дают ноль процентов, а максимум я видел 4% в долларах и 2% в евро. Правительство должно запустить привлекательный для граждан инструмент. В простой и удобной форме. Потому что это, по сути, мало чем отличается от привычного для граждан депозита.

Значит, программа внутренних валютных заимствований могла бы помочь правительству реструктуризировать внешние долги на внутренние?

Я говорю о росте доли внутренних заимствований. И не только валютных, но и гривневых. К сожалению, это проблема для граждан. Не все банки предоставляют соответствующие услуги. Некоторые требуют суммы, которые составляют миллионы. У людей почти нет осведомленности о таком инструменте сбережений как ОВГЗ.

Возможно, в этом заключается секрет бума на рынке недвижимости? Удобно инвестировать. 

И да, и нет. Да, этот рынок растет. Строительство в хорошем плюсе. А, с другой стороны, есть ощущение перегрева этого сектора. Объявлений о продаже жилья полно, предложение немалое. К тому же ипотека не работает, банковский сектор развивает преимущественно потребительское кредитование, что, кстати, тоже поощряет импорт и влияет на курс.

Риски на рынке недвижимости — это риски для отдельных инвесторов или для экономики в целом?

Думаю, здесь в первую очередь существуют риски для тех, кто покупает жилье, или тех, кто инвестирует в строительство жилья. А сам сектор не является очень весомым в ВВП и менее чем когда-либо связан с финансовым сектором.

Читайте также: Риски рынка недвижимости в Украине в 2018 г.

Геннадий Балашов: Самую дорогую недвижимость у меня покупала Раиса Богатырева

Как получить гражданство Евросоюза с использованием инвестиций в недвижимость и ценные бумаги

Бизнесмен Марк Гинзбург: Со временем может появиться долларкоин или еврокоин – государственная криптовалюта, что критически повлияет на курс биткоина

Каковы ваши прогнозы относительно экономического развития? Ждать нам дефолта или все будет хорошо?

Риск дефолта всегда является спутником долгов. Вот как только вы одолжили, у кого-то гривну, возникает угроза, что вы ее не вернете. Так и в стране. Есть ли причины для волнений именно сейчас? Конечно, есть. Период сложный, война, устаревшие экономические проблемы. Мы ушли от очень серьезных проблем 2015 года, но недалеко. Ситуация осложняется тем, что мы задолжали уже не десятки миллиардов, как было 10 лет назад, а триллионы. Для избегания неприятностей здесь нас ждет немалый пакет непростых решений.

Одна из больших проблем — сотрудничество с МВФ. Почему это важно? Потому что у нас есть дисбаланс во внешних платежах. У нас импорт вновь начал превышать экспорт. В прошлом году почти 3 млрд. долларов минус. Это значит, что стабильный источник снабжения долларами меньше, чем их расходование. В этом году дисбаланс усиливается.

Имеем большие внешние долги, рефинансировать которые нам самим крайне трудно. И именно здесь МВФ очень важный, ибо других кредиторов пока нет, а точнее они появляются только при условии сотрудничества с МВФ. Потому что на это сотрудничество нанизываются остальные элементы поддержки, открываются возможности выхода на внешние рынки.

Все-таки, следует ожидать экономических потрясений?

В короткой перспективе, до президентских выборов я не ожидаю каких-либо потрясений, хотя очень хотел бы, чтобы сотрудничество с МВФ было продолжено. За попытки действовать иначе придется платить позже более сложными решениями и в сложных условиях.

Украина не в том состоянии, в котором она могла бы спокойно отказываться от сотрудничества с Фондом. Поэтому надо иметь не просто диалог, а сотрудничество. И новую программу в следующем году, потому что срок этого истекает.

Напоследок вопрос о нехватке трудовых ресурсов и украинских трудовых мигрантах… 

Никто не имеет права упрекать этим людям. Они не имеют здесь возможности зарабатывать, поэтому ищут лучшие условия. Это их право. Можно ли эту проблему решить? Можно. Первый вариант — запретить выезд за границу.

Это не вариант.

Я думаю, у нас есть горячие головы, которые готовы и такой вариант обсуждать. А правильный вариант — создать условия, при которых люди будут здесь оставаться или возвращаться в Украину. Как создать эти условия? Опять возвращаемся к инвестициям. Инвестиции поднимают экономику, создают спрос на рабочую силу, соответственно, растут зарплаты. Этого не делают лозунги, лозунги, заклинания.

Я не вижу трагедии в том, что люди работают за рубежом. Абсолютное большинство не уехало навсегда, люди просто обеспечивают своим семьям лучшую жизнь. Будет возможность – они вернутся. Поэтому проблема не в миграции, проблема во внутренних условиях. Люди с удовольствием будут работать в родной стране. Создайте соответствующую среду.

Читайте также: Миграция в расцвете сил

Социальная адаптация работников-мигрантов в условиях евроинтеграции

Автор: Андрей Яницкий

Источник: LB.ua

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий