Несколько фактов об украинской семье, которые вы могли не знать: снохарство, патриархальность, насилие

16.10.2017 – «Традиционными фактами для украинской семьи есть разве что недопонимание, вражда, насилие», – отмечает кандидат исторических наук, редактор сайта Historians.in.ua Владимир Маслийчук. Он работает, в частности, с материалами уголовных дел Слободской Украины XVIII-XIX вв.

«Сегодня в сельской местности брак регистрируют реже, чем в городской», – рассказывает кандидат социологических наук, докторант факультета социологии Киевского национального университета имени Тараса Шевченко, исследовательница гендерной политики Елена Стрельник.

Она анализирует, в частности, статистические данные о современной украинской семье.

Примеры, которые приводит Владимир, звучат неудобно, цифры Елены заставляют удивляться.

С ними обоими мы познакомились на форуме «Современная семья: традиции и вариации», его в конце лета провели в Харькове активисты Харьковского фонда психологических исследований, ОО «ХЖО «Сфера», «Автономия» при поддержке USAID/ENGAGE и Pact.

Цель его организаторов и приглашенных исследователей и исследовательниц – заставить украинцев избавиться от идеализированных представлений и развить публичный диалог о том, какой быть украинской семье.

Соглашаться с теориями и трактовками харьковского историка и киевского социолога или нет – каждый решит сам для себя.

Мы же только зафиксируем услышанные высказывания – Владимира и Елены.

ПАТРИАРХАЛЬНЫЕ, НЕСДЕРЖАННЫЕ, НЕЗНАКОМЫЕ

Владимир Маслийчук, кандидат исторических наук, редактор сайта Historians.in.ua

В украинской литературе, в фольклоре – равенство в семье, или любовь к детям, воспитание женщин, или их самостоятельность.

Помните песню, как женщины на базаре мужчин продавали? Но я как историк работаю не с фольклором, а с документами, которые сохранились с тех времен. В основном это уголовные дела.

Традиционная украинская семья была патриархальной и существовала как крупный институт угнетения женщины и младших членов семьи. Например, младшего сына, который достиг зрелого возраста, но не имеет хозяйства, или невестки, да и вообще, всех, кто не имел в семье своего голоса. Но этот голос доходит до нас опосредованно, через документы.

Весомую долю уголовных дел XVIII-XIX вв. составляют драки супругов или избиения мужем жены. Зафиксированы и сотни случаев убийств в семье.

Вот описание уголовного дела об избиении и убийстве мужем жены.

Это произошло в слободе Калач на территории Острогозкой провинции. Сейчас это город Калач Воронежской области России, однако, исторически это – Слободская Украина, где господствовали традиционные украинские отношения и господствуют кое-где и сейчас. Там, даже сегодня можно услышать суржик.

«Тимофей Кузьмич Швец, (или Шевцов – русифицированная фамилия), житель слободы Калач Острогозкой провинции. В сентябре 1770 года местные жители видели, как Тимофей сбрасывал с телеги в реку Подгорную тело своей жены.

На допросе 30-летний Швец признал факт убийства и рассказал подробности преступления.

Родившись в другой большой слободе Слонивце, Тимофей 15 лет назад переселился в Калач и здесь женился на дочери здешнего жителя Таранцовой Ирине. Жил с ней до момента убийства 13 лет, нажил шестерых детей, трое из которых умерло.

Из-за пьянства совершил прелюбодеяние со своей соседкой Прасковьей, женой калачевского жителя Кирилла Немого. Жена, зная об этом, иногда упрекала его, за что бывала наказанной.

23 сентября к Тимофею пришла любовница и пожаловалась, что их соседки Евгения Онущенко и Степанида Кучеренко во время ссоры упрекали ее, в частности, прелюбодеянием. Источником этой информации они называли Ирину. Прасковья требовала от Тимофея, чтобы он наказал жену за длинный язык. Однако воспитательные меры в отношении жены пришлось отложить, потому что Тимофея послали сопровождать каторжную колонну.

Вернувшись 25 сентября домой, муж взялся за воспитание жены. Чтобы женщина никому не трезвонила о его связи с Прасковьей и оставила любовников в покое, Тимофей свернул прут и бил ее по рукам, а спустя время, скрученными вожжами по всему телу.

В субботу Тимофей пошел к своему шурину Михаилу Таранцю, и целый день помогал ему молотить. Жена занималась «обыкновенной своею работой». Поужинав, семья легла спать: Тимофей – на скамье, а жена с детьми — на примостке…

Утром Тимофей заметил, что жена мертва. Он тайно вывез ее тело к реке и бросил в воду. А потом пошел по соседям, спрашивая, не видели ли они Ирину, потому что где-то пропала.

Позвав нескольких женщин, одна из которых была невесткой любовницы, пошел с ними к реке, где они быстро отыскали тело утопленницы. Но местный атаман, осмотрев тело, обнаружил следы побоев и взял Тимофея под стражу».

Большинство уголовных дел, в которых фигурантками являются женщины, касаются детоубийства. Появление внебрачного ребенка иногда наказывалась как обществом, так и церковью, и, в определенной степени, государством.

Приговоры по детоубийству на Слобожанщине смягчаются во второй половине XVIII века. Начинает распространяться мнение, что женщину, которая родила ребенка и лишила его жизни, не следует сурово наказывать, потому, что на это есть смягчающие обстоятельства.

В семейных и других делах компетенция церкви меняется. С 1780-х годов вводится совестный суд, который рассматривает дела между членами семьи, соседями, дела о колдовстве.

Поведенческие преступления считаются ошибками, заблуждениями, и их можно оправдать или исправить.

У российских и украинских переселенцев были разные традиции. Это заметно на примере снохарства – когда свекор спит с невесткой. Так было заведено в российских однодворских семьях.

От этого женщинам не было куда деться, даже церковь долго и упорно с этим боролась. Примеры снохарства были и в украинских семьях, которые жили по соседству с русскими.

Муж на приграничье мог покинуть семью и где-то исчезнуть. Ни церковь, ни государство долгое время не могли контролировать пограничья и его обычаев.

Исчезнуть из неудобного ей брака на пограничье могла и женщина. И тут женщина, кажется, выглядит более свободной – не нравится ей муж, собралась и убежала.

Но у этого решения есть обратная сторона. После побега она попадала в другое место, но в похожие отношения.

Есть дети – хорошо. Нет – надо родить. Вот и вся логика. Если почитать, например, как делали прививки детям от оспы на территории Роменьского района (это можно сделать в Сумском архиве) можно увидеть, что многие из крестьян отказывались.

Говорили «Бог дал, бог взял» или «Был бы коваль и ковалиха, то и нет того бедствия». Под «бедой» понимали детей.

Часто в семье толком не знали друг друга и практически не имели ничего общего. Даже сна. Приведу еще раз цитату из уголовного дела Михаила Таранця: «(Муж…) целый день помогал… молотить. Жена занималась «обыкновенною своею работой». Поужинав, семья легла спать: Тимофей – на скамье, а жена с детьми — на примостке…».

Значит, на общение времени у многих не оставалось.

В «верхушке общества» полного патриархального угнетения, доминирования мужчины не было. Здесь с женщиной приходило приданое, женщина могла наследовать статус и имущество, владеть, поэтому отношение к женщине среди элиты было другим.

И женщина, и ребенок были вытеснены из публичного пространства. Поэтому наше прошлое мы воспринимаем глазами мужчины, преимущественно, чиновника. Если смотреть на документы – там заметный взгляд на вещи того, кто пишет.

ВНЕБРАЧНАЯ, РАЗВЕДЕННАЯ, НЕ ЖИВЕТ ВМЕСТЕ. РАЗНООБРАЗНАЯ

Елена Стрельник, исследовательница по гендерной теме, кандидат социологических наук, докторант факультета социологии Киевского национального университета имени Тараса Шевченко.

Социологические опросы показывают, что ценность семьи и семейных отношений для украинцев никак не уменьшились за 25 лет. Вопрос в том, как они интерпретируют эту ценность.

Предполагаю, что современные люди создают семью не для того, чтобы воспроизвести население Украины, а потому что хотят быть счастливыми.

В 2015 году 21% детей в Украине рождаются в незарегистрированных браках, или просто вне брака. В 1991 году таких детей было 12%.

Демографы предполагают, что большинство этих женщин де-факто находятся в партнерстве и не являются одинокими матерями.

В сельской местности незарегистрированных партнерств больше, чем в городах. Возможно, из-за того, что мама, которая рожает ребенка вне зарегистрированного брака, получает статус мамы-одиночки и определенные выплаты.

43% зарегистрированных браков распадается. В течение последних 25 лет этот показатель не повысился.

Иногда говорят, что Украина входит в тройку лидеров по количеству разводов – это и правда, и неправда. По количеству разводов на 1000 населения мы в лидерах.

Но это потому, что в Европе браков на тысячу населения регистрируют значительно меньше.

Сейчас в Украине примерно 20% детей проживают в семьях с одним из родителей (это – средний показатель для Европы). Обычно, это мама.

У нас развод означает прекращение социального отцовства. Потому что папы, как правило, не выполняют своих родительских функций.

В 2015 году в Украине было вынесено 671000 исполнительных производств о принудительном взыскании алиментов.

Бывают и бинуклиарные семьи – такие, в которых, фактически, два ядра. Это семьи, которые формируют партнеры после развода, не теряя связь с бывшим мужем/женой.

Современная семья часто не живет вместе. По данным Министерства социальной политики, более 200000 украинских детей живут в транснациональных или дистанционных семьях, в которых один или даже оба родителя работают за границей.

В небольших городках человек может посещать семью по выходным, потому что работает и живет в областном центре.

Авторы: Денис Куклин, Иванна Скиба-Якубова.

Источник: «Украинская правда. Жизнь»

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий