Один день с министром инфраструктуры. Омелян о польском десанте, влиянии Авакова и безнаказанности

26.12.2016 – В 7.00 двери подъезда дома на улице Сечевых Стрельцов распахиваются, и передо мной предстает улыбающийся министр инфраструктуры Украины Владимир Омелян.

Читайте также: Владимир Омелян: Надеюсь, украинскую мафию в «УЖД» не заменит польско-украинская

Министр инфраструктуры Владимир Омелян: У меня очень много вопросов по Украинской железной дороге

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

– Доброе утро. Володя, – по-дружески протягивает руку, здороваясь со мной и своим пресс-секретарем Мариной Томко, и предлагает пройтись пешком до здания министерства.

Мы не против. Лишь просим подождать фотографа «Украинской правды» Дмитрия Ларина, который опаздывает буквально на минуту.

За это время Омелян успевает уточнить, не холодно ли нам будет, не нужен ли все-таки служебный автомобиль. Отказываемся. От дома Омеляна до министерства – минут 15 пешком.

Министр инфраструктуры скорее напоминает студента, который направляется на пары в университет. Без охраны, высокий и худощавый, в очках, одет в темное осеннее пальто, с рюкзаком за плечами, кепкой на голове и шарфом в фирменную клетку британского бренда Burberry.

Быстрым шагом мы направляемся в сторону министерства.

– А вот здесь находятся гаражи Кабмина, – кивает он на ворота, которые выходят на Сечевых Стрельцов, – Они не очень-то функциональны. У нас с Остапом Семераком (ныне министр экологии – УП) была идея сделать здесь арт-пространство, что ли. Но проблема в том, что процесс отчуждения госимущества длинный.

Через пару минут мы проходим мимо парка «Павловский сад».

– Место встреч. Иногда ко мне приходят те, кому нельзя отказать. Тогда я предлагаю прогуляться по парку. Выслушиваешь человека, объясняешь, и бывает так, что он после встречи идет с совсем другим мнением, чем было у него до встречи, – говорит Омелян, не называя фамилий своих собеседников. Летом в интервью «Экономической правде» он говорил, что старается избегать встреч в ресторанах.

Осторожность и в действиях, и в формулировках – одна из черт характера Омеляна.

В течение дня, проведенного с корреспондентами УП, он не называл фамилий депутатов, которые приходили к нему на встречу, тщательно подбирал слова во время интервью и старался держать дистанцию.

Возможно, свой отпечаток наложила его трудовая деятельность.

Омелян более 15 лет работает на различных должностях в системе государственного управления – начиная со специалиста второй категории отдела НАТО в министерстве иностранных дел, заканчивая должностью заместителя министра Андрея Пивоварского. После отставки правительства Яценюка 14 апреля этого года был назначен министром по квоте фракции «Народный фронт».

Складывается впечатление, что он – чиновник с многолетним стажем – только учится быть политиком и привыкает к публичности, которая стала неотъемлемой частью его жизни во время восьми месяцев работы на посту министра.

– Мы продолжаем встречаться с Пивоварским, но уже реже. Он переживает о реформах, о доведении до конца начатых инициатив, – говорит Омелян, когда на горизонте появляется здание министерства.

Мы спускаемся в подземный переход по другую сторону от здания и находимся уже возле него.

Министерство инфраструктуры – это 28-этажный стеклянный небоскреб, реконструирован в 2003 году во времена ныне покойного министра Георгия Кирпы. Здесь работают не только сотрудники министерства, но и компаний, которые ему подчиняются.

– Интересно, [Евгений] Кравцов уже есть? – с этими словами министр идет посмотреть на велопарковку возле здания министерства. Иногда его первый заместитель приезжает на работу на велосипеде. Этим утром парковка пустая.

Мы идем внутрь. В течение дня министерство напоминает гигантский муравейник – лифты постоянно работают, чиновники снуют туда-сюда, о чем-то общаются в коридорах, в холле – нескончаемый поток посетителей.

Просторная приемная и кабинет Омеляна расположены на пятом этаже. Размах, доставшийся в наследство от Кирпы, чувствуется во всем – во входной двери с вензелями, кожаной мебели, мраморных колоннах в кабинете министра, огромном аквариуме.

– Когда я стал министром, одна рыбка сдохла, – в шутку бросает Омелян.

В этом пафосном кабинете ему некомфортно, кресло руководителя он не занимает, отдавая предпочтение стулу возле журнального столика, или просто стоит, общаясь.

Все, что здесь есть «от Омеляна» – макет гранатомета, раскрашенный украинскими лентами, министру подарили.

В приемной его ждет уже упомянутый выше Евгений Кравцов. Просто сегодня он без велосипеда.

Омелян просит секретаршу сварить кофе и вместе с первым заместителем выходит покурить. Кофе и сигареты сопровождают министра во время работы. Иногда Омелян не успевает пообедать, как и в этот день, и перебивается только бутербродами.

7.30

Первым в просторную приемную министра заходит исполняющий обязанности руководителя «Укравтодора», поляк Славомир Новак, назначенный на должность в октябре этого года.

До этого он работал министром транспорта и водного хозяйства Польши, но в 2013 году был вынужден подать в отставку из-за скандала с его часами Ulysse Nardin за 5,5 тысяч долларов, которые он не включил в декларацию.

Теперь Новак часов не носит. Одетый сдержанно и стильно, с платочком в нагрудном кармане и безупречной прической, Новак скорее напоминает актера. В свое время его называли «плейбоем польской политики».

Омелян приглашает и.о. руководителя «Укравтодора» в свой кабинет, и за 13 минут на английском они быстро обсуждают важность привлечения инвестиций.

– Вы довольны Новаком? – спрашиваем у Омеляна сразу после совещания.

– Да, в принципе. Он меня пока радует. Посмотрим, как будет дальше. Люди – это всегда сюрпризы, – сдержанно отвечает он.

Переспрашиваю о громком скандале в Польше, после которого Новак приехал работать в Украину, но министр непреклонен.

– В украинских реалиях такой «скандал» выглядит даже несерьезно, мелко. Чтобы все скандалы были такого характера, работать было бы легче. На самом деле, в суде он отстоял свое честное имя, – говорит он, добавляя, что была еще одна история общения Новака с тогдашним главой департамента налоговых проверок Минфина Польши Анжеем Парафъяновичем относительно налоговой проверки счетов его жены. Но тогда, говорит Омелян, Новак уже не был министром транспорта Польши.

– Если мне удастся свести коррупцию в системе инфраструктуры до 5%, я буду счастлив. Сейчас у нас есть существенные злоупотребления, и это трудно преодолеть, – говорит он и спешит на аппаратное совещание, которое запланировано в соседней комнате.

8.00

За длинным и широким столом собрались десятка два людей – пять заместителей Омеляна, начальники отделов и департаментов, уже упомянутый Новак, его земляк из Польши, председатель правления «УЖД» и бывший рок-музыкант Войцех Балчун, председатели Госавиаслужбы, Госспецтрансслужбы, первый заместитель руководителя «Укрпочты», руководитель аэропорта «Борисполь».

Омелян по очереди слушает каждого из участников совещания, которые рассказывают ему о состоянии дел в своих сферах.

Первым на польском языке с переводчиком выступает Балчун, которого министр неоднократно публично критиковал, говоря, что процесс адаптации нового руководителя УЖД затянулся.

– Я могу его критиковать, когда нет результатов работы, и буду искренне его хвалить, когда они будут. У меня нет эмоциональной оценки ситуации, нет желания быть царем над всеми и рассказывать каждому, что надо делать. Моя цель – чтобы был профессиональный менеджер.

Меня беспокоит, что есть давление на УЖД со стороны людей, которые не имеют права этого делать, и меня удивляет, почему я узнаю об этом из третьих уст, а не лично от руководителя УЖД. Я спрашиваю у него откровенно, почему он не рассказывает. Он просто уходит от ответа или переводит разговор. Я считаю, это несерьезно для топ-менеджера крупной компании, – рассказывает Омелян.

Среди претензий министра – отсутствие разработанной стратегии развития УЖД, из-за чего непонятно, каким образом будет развиваться стратегическое для украинской экономики предприятие.

Омелян говорит, что в случае хорошей работы Балчуна, открытого конфликта не будет.

– Я готов приглашать его хоть каждое утро на кофе или же приезжать к нему со своим кофе, чтобы у него было хорошее настроение. Если будет работать плохо – буду говорить об этом откровенно. Дело в том, что это слишком важный актив для украинской экономики, для наших людей, а не только для отрасли, – добавляет он.

Несмотря на напряжение в отношениях с министром, во время аппаратного совещания Балчун держится спокойно и уверенно, последовательно и детально рассказывая о проблемах с топливом, которые удалось преодолеть, ремонте старых и строительстве новых вагонов, крупных инфраструктурных проектах, стратегии УЖД.

Омелян слушает сосредоточенно и внимательно, лишь иногда отвлекаясь на Кравцова, который сидит от него по правую руку и показывает что-то смешное на экране своего IPhone.

У министра много вопросов к Балчуну: и относительно кадровых назначений, и относительно работы с потенциальными инвесторами, и по подготовке к пассажирским перевозкам на праздники.

На часть вопросов Балчун отвечает сразу, часть тщательно записывает на альбомном листе бумаги.

В какой-то момент, уже слушая других участников совещания, Омелян снова обращается к руководителю УЖД:

– Войцех, кстати, читал про концерт УЖД ко Дню железнодорожника, конечно, поздравляю еще раз, но там состав этих артистов… У вас же прекрасный музыкальный вкус. Ну как у Гарика Кричевского, «мой номер 245…» – шутя, говорит Омелян.

– Я за эти вещи не отвечаю, – смеясь, разводит руками Балчун, чем вызывает смех у всех присутствующих.

Министр продолжает заслушивать других участников совещания. Когда очередь доходит до руководителя аэропорта «Борисполь» Евгения Дыхне – смеясь, поздравляет его с первым миллиардом прибыли.

Тот благодарит и отчитывается о напряженной неделе, о росте пассажиропотока на 35%.

– Вызывает серьезное беспокойство отсутствие скорректированного финансового плана 2016 года, в связи с тем, что мы планы 2016 и 2017 годов отправили на согласование. В связи с этим мы не сможем скорректировать план на 2017 год в случае, если не реализуем план на 2016 год. И такие процедуры, как строительство паркинга, разработка стратегического плана предприятия – останутся вне финансового плана 2017 года и будут невыполненными в 2016 году, – говорит он, добавляя, что Минфин считает необоснованным повышение на 15% зарплаты для сотрудников аэропорта.

Дыхне просит минутку у Омеляна, чтобы зайти чуть позже.

– Сделать селфи? – шутит тот.

– Да нет, кое-что нужно обсудить, – немного стесняясь, отвечает руководитель «Борисполя».

10.05

Далее по графику Омеляна на этот день – запись видеоролика в рамках информационной кампании министерства. Ее цель – обратить внимание общества на важность соблюдения водителями ограничений скорости, установленных правилами дорожного движения.

Мы с фотографом спускаемся на лифте, чтобы выйти на улицу. И снова встречаем Новака.

– Нравится ли вам работать в Украине? – спрашиваю у него.

Он сначала смотрит молча, а потом театрально бросает свой портфель на пол и отвечает на русском:

– Тяжеловато, но интересно.

На этом приходится прощаться. На улице уже стоит Омелян, правда, в одном костюме, без верхней одежды. Одеться он почему-то не успел. Поэтому мы ожидаем пресс-секретаря, который поднялся за пальто. Министр снова достает сигареты.

– Только, пожалуйста, не фотографируйте меня с сигаретой. Не будем пропагандировать нездоровый образ жизни, – обращается он к фотографу, признавая, что имеет вредную привычку.

Использую момент, чтобы поговорить о личном. Обращаю внимание на серый костюм-тройку Омеляна и красивую рубашку.

– Это вам жена помогает со стилем? – спрашиваю у него, имея в виду известного украинского дизайнера Светлану Бевзу, на которой женат министр.

Омелян немного краснеет.

– На самом деле я сам. Часть костюмов была приобретена еще до свадьбы. Но конечно, жена советует, когда рубашка не гармонирует с костюмом, – говорит он.

Получив пальто, направляемся к точке, где будут снимать ролик с участием министра. Там уже ожидает Владимир Кривенко, председатель Ассоциации систем безопасности дорожного движения, который является экспертом по средствам фиксации скорости движения.

Он демонстрирует министру прибор, который фиксирует скорость авто, рассказывает о том, что в странах ЕС существует концепция превентивного наблюдения – когда водители не знают, где размещены настоящие камеры, а где муляжи и как лучше размещать такие камеры на объектах.

После этого Омелян быстро снимается в ролике и снова направляется в министерство. Спрашиваю, учил ли он свои слова для ролика заранее.

– Я, честно говоря, проглядел сценарий наискосок, а остальное говорил от себя. По сценарию делать неинтересно, – улыбается он.

11.12

Мы возвращаемся в здание министерства, в ту же комнату, где еще несколько часов назад проходило аппаратное совещание. Сейчас здесь начнется заседание Совета реформ с участием представителей международных финансовых организаций и европейских учреждений.

Секретарь Нацсовета реформ Дмитрий Шимков, чье участие также запланировано, немного запаздывает и, пожав руку Омеляну, быстро садится на стул рядом с ним.

Все готовятся внимательно выслушать Александру Клитину, директора группы поддержки реформ, которая работает при министерстве инфраструктуры.

Клитина, невысокая хрупкая блондинка в белом пиджаке, больше получаса на английском языке рассказывает о трех ключевых направлениях реформ Мининфраструктуры, сроком до одного, до трех и более трех лет.

Речь идет о пересмотре транспортной политики, о создании морской администрации, о создании антикоррупционного департамента, о соглашении в части совместного открытого неба между ЕС и Украиной и многом другом.

Европейцы слушают очень внимательно, глядя презентацию на экране. После этого высказывают свои наблюдения, задают вопросы.

Присутствовавший во время совещания начальник отдела международных транспортных отношений Европейской комиссии Филипп Бургхелль-Воротит говорит о том, что важно определить долгосрочные перспективы.

– Прогресс есть, но надо выбрать четкие цели и города для реализации проектов, – говорит он, добавляя, что нельзя строить инфраструктуру без мыслей о бизнесе, экологии и других важных моментах.

Несколько минут еще говорят о важности привлечения инвестиций, антикоррупционных инициативах – и утверждают план на три месяца, который будет выполнять группа поддержки реформ под руководством Омеляна.

После совещания у нас появляется буквально несколько минут с министром, которые фотограф пытается использовать для хороших снимков и просит Омеляна немного задержаться в кабинете.

– Чтобы снять фото в стиле телесериала House of cards? – шутит тот.

– Мне говорили, что вы смотрите «Игру престолов»? – спрашиваю у министра.

– На самом деле, это два сериала, которые я посмотрел полноценно. Первые два сезона House of cards смотрел с восторгом. Дальше уже по серии, по полсерии, – отвечает он.

Что же касается «Игры престолов», то она вызывает восхищение, потому что фэнтези он любит еще с детства.

– Я Водолей по гороскопу, а водолеи любят все фантастическое, – рассказывает Омелян и просит прощения, поскольку спешит в Кабмин на совещание к премьеру Владимиру Гройсману, куда не может взять нас.

13.00-16.40

Нам ничего не оставалось, как ждать Омеляна. Он рассчитывал на час, однако кабминовская встреча затянулась. Поэтому это время мы провели с пользой – дремали на мягких кожаных диванах в той самой комнате, где ранее проходили совещания.

По возвращении министр быстро провел еще одно – с железнодорожной администрацией.

И именно вечером к нему пожаловал депутат, фамилию которого он наотрез отказался оглашать.

17.00

Омелян сообщает, что в шесть поедет на прием в честь 25-й годовщины независимости Туркменистана, а после – на совещание в Администрацию президента. Я спрашиваю, зачем ему в АП.

– А там пирожки вкусные дают, – снова уходя от ответа, полушутя говорит он.

Поэтому мы используем это время, чтобы задать все вопросы, которые нас интересуют, и едва ли не впервые за день имеем возможность спокойно поговорить с министром. Снова идем в кабинет и занимаем места возле журнального столика, где еще утром сидел Славомир Новак. Фотограф настраивает свет, он немного слепит министра. Шучу, это – пытки.

Мне не дают покоя фамилия и цель визита того депутата.

– Депутат, который сегодня приходил, был от фракции «Народного фронта»? И следующие, которые еще придут, будут также от этой фракции? – спрашиваю у него.

– Приходят все. Но подход ко всем одинаковый. Многих очень волнует состояние украинских дорог, некоторых волнуют отдельные инфраструктурные проекты. Мне очень приятно, что многие из них приветствуют приход на рынок крупных компаний. Потому что есть много иллюзий, ужасных стереотипов, что сейчас зайдет крупная иностранная компания и все уничтожит, заберет и оставит выжженную землю.

Я им объясняю, что на самом деле «выжженная земля» – уже является фактом. Нам нужны иностранные компании, чтобы они инвестировали в Украину, создавали новые рабочие места, дополнительный грузопоток, и только тогда мы сможем говорить о росте экономики. По-другому не получится.

Не будет эфемерных миллиардов инвестиций в ничто, не будет так, что кто-то будет приносить кэш в сумках, раздавать всем, и все будут счастливы, – говорит Омелян.

Он подчеркивает, что никогда не соглашается на просьбу, которая касается возвращения старых схем, откровенного лоббизма, потому что были и такие случаи.

Например, кто-то хочет, чтобы именно его компания выиграла тендер. Тогда он рассказывает о существовании системы Prozorro, через которую проводятся тендеры.

– Бывают случаи, что… – тут Омелян на секунду задумывается. – Взятки, слава Богу, не предлагают уже давно, но бывают намеки, мол, сделайте хорошо, и всем будет хорошо. Какое-то такое деликатное подмигивание. В воскресенье одного такого пришлось выставлять за дверь. Ну, ничего, пошел человек дальше.

Спрашиваю, что, по мнению Омеляна, мешает этим людям действовать честно. На этот раз он даже не задумывается и отвечает быстро.

– Это привычка. Безнаказанность. Уверенность, что за счет собственного статуса или статуса лиц, на которых он ссылается, можно получить какие-то преференции для собственного бизнеса. Я терпеливо объясняю, что такие времена прошли, – говорит он.

Однако назначение Омеляна на должность – тоже продукт кулуарных договоренностей, и иногда – людей, которые также могут иметь плохие привычки и чувствовать безнаказанность.

Уже давно среди депутатов бытует мнение, что деятельность Омеляна курирует министр МВД Арсен Аваков.

Омелян от этих обвинений открещивается: говорит, что Аваков у него никогда ничего не просил.

Он вспоминает, как выдержал двухчасовую дискуссию во время заседания фракции НФ накануне своего назначения на должность. Тогда у депутатов было много вопросов, начиная от профессиональных и заканчивая личными.

– Были забавные, например, о жене, что «она у вас дизайнер». Мне было это легко отбивать, поскольку она дизайнер уже десять лет, и стала им задолго до нашего с ней знакомства. Были вопросы, что, мол, я не был на Майдане и работал на Януковича. Я отвечал, что все так – но на Майдане был с первого дня и до последнего. И всегда работал на государство, – говорит Омелян.

Спрашиваю, не планирует ли классический чиновник Омелян стать политиком. На то есть несколько оснований: ведь срок жизни украинского Кабмина недолгий. Претензии к министру могут возникнуть в любой момент, и дальнейшая карьера во многом зависит, с какими результатами оставляешь пост.

Но Омелян, кажется, так далеко пока не заглядывает.

– У меня есть глупая черта моего покойного отца, – говорит министр. – Он всегда работал, никогда не думал о том, что выходило за пределы работы. Когда меня назначили на эту должность, мне, как человеку, который многое понимает, искренне хотелось заниматься всем, но я для себя определил, что буду заниматься инфраструктурой и теми проектами, которые в рамках сегодняшних реалий в этой стране возможны.

Он понимает, что с первого дня работы надо помнить о дне, когда придется уйти. И искренне надеется, что скандалов, связанных с его именем, удастся избежать.

– Теоретически, политика мне бы нравилась, однако украинский парламент не менее сложный, чем правительство. Я не хочу иметь очень низкий КПД. У меня есть много приятелей, которые работают в украинском парламенте, и им трудно. Откровенно трудно. Я не уверен, что смогу себя там реализовать, а быть «уличным политиком» мне неинтересно, – говорит он.

Почти в конце разговора он вспоминает собеседование с тогдашним премьером Арсением Яценюком. Омелян претендовал на должность заместителя министра инфраструктуры, а тогда всех потенциальных заместителей министров заслушивали во время заседания Кабмина.

– Он посмотрел на меня и сказал: «Да, Омелян, все хорошо, но ты слишком интеллигентен для этой работы». Возможно, во многих случаях надо было бы быть наглее. Я стараюсь найти более мягкий язык и объяснить оппоненту, что этот путь неправильный. Есть люди гораздо более жесткие, которые ставят точку в первые пять минут разговора.

Мне нужно иметь союзников, а не врагов. Плохой мир лучше хорошей войны, – говорит с улыбкой министр.

Он признается, что иногда чувствует себя одиноким. А еще вспоминает свою недавнюю встречу с Пивоварским.

– Я спросил у него: «У тебя кто-нибудь спрашивал о целостном видении реформы отрасли? То, что ты имел в голове и на бумаге?». Он ответил, что нет, – с грустью в голосе говорит министр.

Дмитрий просит Омеляна взять в руки макет гранатомета, чтобы сделать еще несколько фотографий. Тот немного смущается, но позирует.

На улице немного прохладный осенний вечер. Мы оставляем в кабинете чиновника, который учится быть политиком.

Автор: Мария Жартовская

Источник: Украинская правда

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий