Условия деятельности и риски банковского сектора Украины в 2019 г.

магазин продуктов, торговое оборудование, кондитерские холодильные витрины, бизнес, торговля, советы, оборудование, стеллажи, кассы, инвентарь, корзины, тележки, розница, камеры хранения

29.06.2019 – Кредитный риск в банковском секторе Украины в 2019 г. не изменился. Относительная долговая нагрузка на население низкая. Большинство займов – необеспеченные потребительские кредиты с крайне высокими эффективными ставками. Новому потребительскому кредитованию свойственна высокая платежная дисциплина. Об этом говорится в отчете Национального банка Украины о финансовой стабильности.

При этом кредитные риски корпоративного сектора снижаются медленно, существенно улучшившись после кризиса. На данный момент на рынке до сих пор достаточно высококачественных заемщиков.

Риск достаточности капитала не изменился

В целом сектор должным образом капитализирован: в большинстве банков капитала хватит даже в случае кризиса. Однако в некоторых госбанках достаточность капитала близка к допустимому минимуму. Следовательно, обязательство выплачивать дивиденды в госбюджет создает для них дополнительные риски.

Нынешнее стресс-тестирование 29 банков позволит обновить оценку уровня достаточности капитала в секторе.

Риск ликвидности не изменился

Средства физлиц приплывают к банкам высокими темпами. Но короткая срочность пассивов до сих пор является фактором риска для сектора. Весомых стимулов для изменения срочной структуры фондирования сейчас нет.

Впрочем, поскольку банки придерживаются нового норматива ликвидности LCR (большинство — со значительным запасом), они гарантированно смогут в полном объеме выполнить свои обязательства даже в стрессовых условиях.

Юридический риск возрос

Ряд резонансных судебных решений по делам о переходе «Приватбанка» в государственную собственность создает дополнительные риски. Если решения будут подтверждены, высокие риски сохранятся надолго, что грозит снижением доверия населения и бизнеса к банкам.

Валютный риск не изменился 

Валютный риск связан с высоким уровнем долларизации активов и пассивов банковского сектора, а эти показатели меняются медленно. Открытые валютные позиции банков не создают для них значительных рисков. Колебания обменного курса являются умеренными. НБУ не ожидает турбулентности на валютном рынке, если сотрудничество с МВФ быстро восстановится.

Риск прибыльности снизился 

На сегодня доходность сектора превосходит предыдущие ожидания НБУ, операционные прибыли стремительно растут, а отчисления в резервы довольно низкие. Ожидается, что высокая доходность сохранится и в следующих кварталах. Несколько улучшилась операционная эффективность государственных банков.

Объяснение:

кредитный риск отражает перспективы изменения уровня неработающих кредитов в портфелях банков и необходимости дополнительного формирования резервов под такие кредиты;

риск достаточности капитала оценивает возможности банков обеспечивать достаточный уровень капитала;

риск ликвидности показывает способность банков в полной мере и своевременно выполнять свои обязательства перед вкладчиками и кредиторами;

юридический риск оценивает способность банков защищать свои интересы с помощью юридических инструментов;

валютный риск указывает на то, насколько тенденции валютного рынка могут влиять на финансовый результат банков;

риск доходности касается способности банков генерировать чистую прибыль.

Структура банковских активов

Кризис в 2014-2016 годы привел к росту доли ОВГЗ в структуре активов банковского сектора и веса государственных банков в нем. От начала 2017 года оживление потребительского кредитования обусловливает рост доли чистых кредитов физическим лицам. Она будет расти и в дальнейшем. Продолжается дедолларизация активов: на конец апреля доля валютной составляющей была самой низкой за последние 10 лет и, видимо, будет сокращаться и в дальнейшем.

С начала кризиса доля корпоративного кредитного портфеля в чистых активах банков сократилась на 17.2 п. п. и на конец апреля составила 33.5%. Главный двигатель – резервирование банками кредитов, которые предприятия перестали обслуживать. Больше всего их было зарезервировано в «Приватбанке» после национализации, а также в других государственных банках.

Чтобы остаться платежеспособными после резервирования неработающих кредитов, госбанки неоднократно привлекали капитал от правительства в форме ОВГЗ. Поэтому на сегодня вложения банковского сектора в государственные ценные бумаги уже превышают объем корпоративных кредитов. Их доля выросла с 10.8% в 2013 году до 34.1% на конец апреля 2019 года. Сейчас 86.2% этой суммы – это вложения в ОВГЗ, а 11.0% – в депозитные сертификаты НБУ.

Докапитализация госбанков в форме ОВГЗ обусловила рост доли ОВГЗ у них вчетверо с 2013 года. Сейчас она составляет 47.5% чистых активов. Большинство из этих ОВГЗ имеет долгие сроки до погашения, поэтому они будут оставаться весомой составляющей активов госбанков к погашению в 2025-2032 годах. Продажа гособлигаций на рынке маловероятна. Тем временем иностранные и частные банки с украинским капиталом имеют значительно ниже доли ОВГЗ в активах – соответственно 6.0 и 9.3%.

В конце 2016 года доля кредитов физическим лицам достигла исторического минимума 6.1% и с тех пор благодаря интенсивному потребительскому кредитованию увеличилась на 3.0 п.п. (до 9.1%). В ближайшие несколько лет объемы кредитов физическим лицам будут расти быстрее, чем другие активы банков. Поэтому их доля будет увеличиваться.

Заметнее всего в активах сектора изменилась доля госбанков. Во время кризиса они оказались “тихой гаванью”, в которую перетекли значительные объемы депозитов населения и бизнеса. Государство неоднократно докапитализировало эти банки, поддерживая размер их активов.

В то же время в 2012-2014 годах доля крупнейших 5 иностранных банков падала: они не пытались активно кредитовать. Благодаря осмотрительности они легче прошли кризис, поэтому их доля в чистых активах начала расти до 18.8% на конец апреля.

После падения в 2014-2015 годах доля гривневых активов сектора вернулась на докризисный уровень и составляет 65.3%. Это самый высокий показатель за более чем 10 лет. Главные факторы дедолларизации активов – всплеск гривневого потребительского кредитования и вливания в госбанки гривневых ОВГЗ, что часто заменяли зарезервированные кредиты в иностранной валюте.

Риск потребительского кредитования

Потребительское кредитование продолжает расти и сохраняет чрезвычайную привлекательность для банков. Оно уже составляет более половины кредитного портфеля некоторых из них. Чтобы узнать о его особенностях и рисках, НБУ опросил самые активные в сегменте банки. Эти финучреждения планируют и в дальнейшем стремительно наращивать портфели, увеличивают клиентскую базу и выстраивают системы скоринга заемщиков.

Правда, они иногда недооценивают кредитные риски. Их модели оценивания необходимых резервов преимущественно нечувствительны к макроэкономическим параметрам. Поэтому банки могут вовремя не сформировать достаточные резервы, если макроэкономическая ситуация ухудшится. Принимая это во внимание, НБУ может повысить вес риска для необеспеченных потребительских кредитов в будущем.

Тенденция роста потребительского кредитования будет сохраняться в дальнейшем 

Потребительское кредитование активно растет уже более двух лет. После рывка с низкой базы темпы снизились, но до сих пор превышают 30% г/г. Кредиты на текущие потребности доминируют в портфелях ряда банков. Соотношение валовых потребительских кредитов к ВВП является самым низким в регионе – лишь 5.7%.

Долговая нагрузка на домохозяйства умеренная — всего 8.7% годового имеющегося дохода. Домохозяйства с самыми низкими доходами значительно больше закредитованы. (см. Вставку 3. Опрос банков о потребительском кредитовании: заемщики с низкими доходами закредитованы больше всего). Кредиты на текущие потребности составляют 70% розничного портфеля (еще 20% – на приобретение недвижимости, 7% – автокредиты и 3% – на другие цели).

Сразу после кризиса рост кредитования в значительной мере объяснялся отложенным потребительским спросом. Сейчас этот фактор не столь весомый. Определяющими являются высокие потребительские настроения и живой рост доходов населения. Первые побуждают население тратить будущие доходы на удовлетворение текущих потребностей. Вторые создают уверенность, что кредит не обременит семейный бюджет.

Высокий спрос на кредитные средства позволяет банкам сохранять высокие кредитные ставки. Впрочем, стандарты кредитования тоже смягчились: согласно опросам об условиях кредитования после кризиса банки значительно снизили требования к заемщикам. От середины 2018 года они снова начали расти, но до сих пор значительно мягче, чем в конце 2015 года.

Чтобы лучше изучить потребительское кредитование и оценить его риски, НБУ провел анкетирование семи банков и интервью с пятью банками, наиболее активными в сегменте. По данным банков, для кредитования на текущие нужды они применяют три основные каналы / инструмента: кредитные карты (с овердрафтом), кэш-кредиты и кредиты на приобретение товаров.

Цель получения кредита прямо фиксируется только для третьего: обычно это покупка бытовой техники. В других случаях, которых подавляющее большинство, ее невозможно отследить: привлеченные средства являются частью общего объема ресурсов, из которых домохозяйства финансируют текущее потребление.

Банки планируют расти с рынком и быстрее

Среди респондентов доминирует убеждение, что нынешний темп роста потребительского кредитования сохранится в ближайшие годы. По ожиданиям финучреждений средний размер кредита будет расти темпом 20% г/г. Численность должников также увеличится – на 10-15% г/г.

Финучреждения готовы удовлетворять спрос на кредиты до тех пор, пока он существует у заемщиков с приемлемой платежеспособностью. Уровень согласования кредитных заявок существенно зависит от банка и продукта. Он самый высокий в торговой сети – часто более 80%, а для карточных кредитов может быть значительно ниже – около 30%.

Лишь крупнейшие банки определили для себя целевые доли рынка. Но почти все планируют расти минимум на уровне рынка. Это может свидетельствовать, что банки, вероятно, руководствуются политическими целями, в частности максимизацией прибыли в краткосрочной перспективе, а не контролем над рисками.

Конкуренция за заемщиков усиливается

По словам банков, они и небанковские финансовые учреждения (НБФУ) ориентируются на различные группы должников, которые почти не пересекаются между собой. НБФУ привлекают клиентов более высокой доступностью услуг, низкими требованиями, быстрым рассмотрением кредитных заявок. Обратная сторона – высокая стоимость займов. Именно клиенты НБФУ часто обращаются за более чем одним займом, в частности для погашения полученных ранее кредитов.

Однако значительные расходы на обслуживание долга от НБФУ могут приводить к ухудшению платежной дисциплины и в банках, и в НБФУ. Банки часто считают, что получение займов от НБФУ – это фактор повышенного риска клиента, поэтому стараются ограничивать кредитование таких заемщиков.

Тем временем банки конкурируют между собой в сегменте надежных заемщиков, в котором кредитный лимит и средняя сумма кредита выше. В нем перекредитование случается реже, ибо клиенты в основном имеют достаточные кредитные линии в одном банке. Основными факторами конкуренции здесь является удобство предоставления услуг, простота продуктов, а иногда и цена.

Официальные доходы не определяют кредитное решение

Потребительское кредитование требует внимания к управлению рисками, потому что его продукты сложные, необеспеченные кредиты, а скоринг надо проводить быстро и для значительного количества клиентов.

Первый этап оценивания рисков происходит при выдаче кредита. Основной признак риска – нарушение дисциплины пользования кредитными средствами в прошлом. Банки получают эту информацию из собственных источников или из бюро кредитных историй. В оценках также используются анкетные данные из заявок, в том числе персональная информация о месте работы, семейное положение, количество детей и прочее.

Банки учитывают для оценки прошлые расходы должника, наличие загранпаспорта, поездки за границу. Более быстрая проработка кредитной заявки предоставляет банковское преимущество, поэтому они стараются запрашивать как можно меньше информации.

По свидетельствам финучреждений, они регулярно оценивают риски дефолта должников с учетом актуальных данных. Их скоринговые системы часто позволяют избегать мошенников, повышают эффективность работы с клиентами с признаками ухудшения платежной дисциплины на ранних стадиях.

Обычно банки не требуют документов о доходах, но иногда проверяют указанную в анкете сумму косвенными методами. Финучреждения просят официально подтвердить доходы только для крупных кредитов, для таких случаев каждый банк определяет свой порог. К сожалению, непонимание источников обслуживания долга и реальной долговой нагрузки создает дополнительные риски для кредитора.

Иногда банки недооценивают кредитный риск и недоформировывают резервы по розничным кредитам

Выдав кредит, банки обязаны консервативно оценить ожидаемые потери от реализации кредитного риска. Под них формируются резервы, сумма которых оценивается прямо как доля от портфеля (expected loss, EL) или же, как произведение двух параметров: вероятности дефолта (PD), потерь в случае дефолта (LGD). Оценивая EL и PD, банки учитывают фазу цикла, в которой находится экономика. Поэтому оценка потерь от реализации кредитного риска переменная и зависит от макроэкономических ожиданий банка.

Для расчета EL, PD, LGD при различных макроэкономических условиях банки применяют модели или простые статистические методы. По данным респондентов, средняя вероятность дефолта (PD) для потребительских кредитов на горизонте 12 месяцев сегодня составляет 3.8%, LGD – 74.3%. Следовательно, резервы под кредитный риск формируются в среднем на уровне 2.5% портфеля.

В большинстве банков оценки ожидаемых потерь соответствуют их стандартам отбора клиентов и макроэкономическим условиям современности. У нескольких финучреждений оценки недостаточно консервативны, поэтому НБУ планирует провести с ними консультации, чтобы выяснить особенности расчетов.

Однако банковские ожидания возможных потерь при неблагоприятных макроэкономических условиях интересуют НБУ значительно больше. МСФО 9 требует формировать резервы под ожидаемые убытки. Поэтому банки должны иметь надежные оценки качества кредитов в условиях кризиса. Важно, чтобы они были эластичны к макроэкономическим показателям. Чтобы это протестировать, НБУ предложил банкам оценить параметры ожидаемых убытков при двух неблагоприятных сценариях.

Выявлено, что при ухудшении предположений расчетный PD почти не меняется, а у некоторых банков даже улучшается.

Однако реальность иная: агрегированная статистика банков показывает, что в условиях кризиса доля дефолтов может достигать 13% за год и почти 21% за два года. Существенный рост доли дефолтов во время кризиса наблюдается во всех банках.

Поскольку условия предложенных банкам сценариев были близкими к условиям последнего кризиса, то такие результаты тестовых расчетов являются нелогичными. Возможно, их обусловило использование данных за короткий период без учета наблюдений кризисных времен. Другое возможное объяснение – некорректная спецификация моделей.

Банки не ожидают, что негативные макроэкономические сценарии реализуются в среднесрочной перспективе. Впрочем, отмечают, что имеют план действий на случай кризиса. Большинство респондентов утверждает, что сумеет пройти через возможный кризис со значительно меньшими потерями, чем сектор в целом, или же вообще без них.

Возможно их ответ на кризис – пересмотр кредитных лимитов, уменьшение доли удовлетворенных заявок. Большинство банков не рассматривает сценарий резкого сокращения кредитования. Но такой оптимизм не соответствует историческому опыту. Обычно во время кризиса качество кредитов падало, а объемы кредитования уменьшались.

Вывод НБУ является таким – банковские оценки потерь от реализации кредитного риска в сегменте необеспеченного потребительского кредитования в кризисный период, преимущественно не являются достаточно консервативными. Соответственно при макроэкономических шоках они, скорее всего, не предпримут достаточных заблаговременных отчислений в резервы.

Одной из реакций НБУ в ответ может стать установка дополнительных весов риска по таким кредитам. Это заставит банки держать больше капитала на покрытие внезапных убытков в случае наступления кризиса.

Стремительное развитие потребительского кредитования является естественным в период восстановления экономики после кризиса. Для банков это создает возможность высоких заработков, однако сопровождается рядом рисков:

население с низкими доходами более активно занимает – его долговая нагрузка стремительно растет;

в условиях высокой конкуренции банки снижают требования к заемщикам, чтобы сохранить динамику их притока, поэтому профиль усредненного клиента ухудшается;

банки иногда недооценивают кредитные риски (PD и EL) как по базовому, так и по негативному сценарию;

потребительское кредитование стимулирует спрос на импорт, что создает дополнительные риски для платежного баланса.

Учитывая указанные риски, НБУ планирует такие действия:

отслеживать модели оценивания параметров (PD, LGD) резервирования по МСФО 9.

Банки должны повысить их чувствительность к макроэкономическим условиям;

побудить банки постоянно актуализировать скоринговые модели и подходы к оценке кредитных рисков. Финучреждения должны накапливать качественную статистику по кредитным портфелям;

пересматривать регуляторные требования к расчетам пруденциальных резервов по необеспеченным потребительским кредитам;

рассмотреть возможность повышения риска для необеспеченных потребительских кредитов.

Вставка 3. Опрос банков о потребительском кредитовании: заемщики с низкими доходами закредитованы больше всего

Третий год подряд продолжается стремительное развитие кредитования физических лиц. В его основе лежит выдача необеспеченных потребительских кредитов. Чтобы тщательно оценить риски этого сегмента, во II квартале 2019 года НБУ опросил банки о характеристиках их клиентов в разрезе групп по доходам.

В опросе приняли участие 23 респондента, на них приходится 86% выданных розничных кредитов, в основном потребительских, включая автокредиты. Его результаты показали, что банковские портфели потребительских кредитов неоднородны, однако в них доминируют заемщики с низкими доходами и должники, по которым отсутствует информация о доходах. Обе группы создают определенный риск для банков. Тем временем кредиты домохозяйствам со средними и высокими доходами составляют небольшую долю портфеля и имеют значительный потенциал для роста.

В течение 2017-2018 годов кредиты на текущие нужды выросли почти вдвое. Это обусловлено, прежде всего, увеличением в 1.5 раза количества должников, но и средняя сумма одного кредита умеренно росла. Оба фактора – следствие повышения доходов населения, в частности зарплаты наемных работников, которые составляют 2/3 всех заемщиков.

Распределение кредитной задолженности по уровню доходов должника неоднородно. Банки имеют информацию о доходе 81% заемщиков. Среди них самая большая группа – должники с доходом в 7 тыс. грн. На нее приходится половина клиентов и почти треть задолженности. Впрочем, темп прироста кредитного портфеля у нее сравнительно невысок. Это группа выше среднего риска для банков. Данные респондентов указывают на то, что треть в ней составляют пенсионеры, другие получатели пособий, платежеспособность которых низкая и нестабильная.

Среди населения с доходами до 20 тыс. грн. самые популярные банковские продукты с коротким сроком и малой суммой: кредитные карты, мелкие кэш-кредиты (до 10 тыс. грн.). Значительная доля кредитов этой группы имеют просроченные более чем на два месяца платежи. Снижают риски кредитования этой группы зарплатные и социальные проекты.

Профиль клиентов с доходами более 20 тыс. грн. существенно отличается. Они берут кредиты в основном на покупку товаров длительного пользования, в том числе транспортных средств, на которые приходится почти треть от остатка долга. За два года количество заемщиков в этой группе росло быстрее, более чем в три раза. Однако средний размер кредита в ней растет медленно, поэтому ее доля в общем портфеле остается незначительной (4% по количеству и на 13% по сумме).

В группе заемщиков с доходом от 20 до 50 тыс. грн. две трети – наемные работники, а с доходом более 50 тыс. грн. больше половины – физические лица-предприниматели (ФЛП). Кредиты этих групп обслуживаются лучше: доля просроченных значительно ниже среднего значения по банкам.

Группа заемщиков, о доходе которых банки не имеют информации значительная, однако ее доля в общем объеме долга сокращается. В новых выдачах таких кредитов не более 8%. Остатки долга этой группы сформированы в основном кредитами, выданными давно. Большинство из них относится к портфелям иностранных и государственных банков, кроме «Приватбанка». Качество этих кредитов самое низкое: более 70% долга группы просрочены более чем на 60 дней.

Чтобы свести к минимуму кредитный риск, во время оформления договора банки оценивают финансовое состояние клиентов, в частности рассчитывая коэффициент платежеспособности DSTI. По оценкам НБУ, в сегменте потребительского кредитования между уровнями доходов должников и DSTI существует обратно пропорциональная зависимость: в группе с доходами до 7 тыс. грн. среднее значение показателя составляет 19%, а для заемщиков с доходом более 50 тыс. грн. – 8%. Это не превышает показателей для других стран региона.

Однако для должников с низкими доходами расходование пятой части дохода на обслуживание долга создает существенную нагрузку. Поэтому клиенты с самыми низкими доходами часто имеют достаточно высокий уровень закредитованности.

Опрос показал, что почти 90% кредитных договоров имеют DSTI ниже 20%. Но если учесть другие задолженности клиента в других банках или другими продуктами, то показатель может значительно повыситься. В частности в 2.4% всех договоров он превышает даже 50%. Это свидетельствует о том, что некоторые финучреждения готовы кредитовать заемщиков, несмотря на высокую долговую нагрузку.

Банки пытаются компенсировать связанные с этим риски, требуя залог или поручительства и устанавливая значительно более высокие процентные ставки (60-140% годовых). Но это только повышает долговую нагрузку на должников и создает дополнительные риски.

Развитие потребительского кредитования создает ряд потенциальных рисков. Их необходимо контролировать, чтобы избежать угроз для финансовой стабильности в будущем. Самый большой источник риска – задолженность населения с низкими доходами. Кредитные средства – один из основных двигателей роста потребительского спроса этой группы.

В то же время расходы на обслуживание кредитов уже составляют значительную долю дохода ее представителей. Другой фактор риска – должники, не заявляют и не подтверждают уровень своих доходов. Тем временем более надежные заемщики, с доходами свыше 20 тыс. грн., остаются недокредитованными.

С ростом конкуренции за клиента возможно дальнейшее ослабление стандартов выдачи кредитов, что повысит риски потребительского кредитования. Поэтому банки должны обращать особое внимание на их оценивание, используя все имеющиеся источники данных, в том числе собственную статистику.

Дополнительная информация о должниках доступна в кредитном реестре НБУ. Кредитный риск будет оставаться приемлемым только в том случае, если банки будут придерживаться консервативного подхода к потребительскому кредитованию и качественно оценивать платежеспособность заемщиков.

Качество кредитного портфеля

Уровень неработающих кредитов (NPLs) продолжает сокращаться, хотя и крайне медленно. Основной фактор – стремительный рост розничного кредитования, что статистически “размывает” долю старых недействующих кредитов. Большинство банков признало убытки от NPLs почти полностью, уровень их покрытия резервами превышает 90%.

Темпы расчистки банковских балансов от недействующих активов крайне низкие. Чтобы ускорить этот процесс, в ближайшее время НБУ примет положение об управлении проблемными активами в банках. Оно будет побуждать финучреждения активнее решать проблему NPLs. Тем временем правительство может сформировать общие рамочные правила работы с NPL для госбанков.

Доля неработающих кредитов медленно снижается, их объемы практически не меняются

С начала года доля недействующих кредитов продолжила медленно уменьшаться. Основная причина – статистический эффект от роста кредитного портфеля. Это особенно заметно в сегменте физических лиц: в нем за последние два года доля NPLs сократилась на 17 п. п. до 42.6%.

Между тем в корпоративном сегменте за этот период доля неработающих кредитов уменьшилась лишь на 2 п. п. до 54.9%. В нем объем кредитов рос медленнее, однако были проведены значительные реструктуризации госбанками. Они признали реструктурированные займы работающими после того, как в течение полугода заемщики вновь начали их регулярно обслуживать.

Доля и объем NPLs значительно уменьшились в иностранных банках: за два года в топ-5 из них доля снизилась с 34.0% до 14.3%. Это доказывает, что активная работа с недействующими кредитами дает хороший результат за относительно короткий период.

Банки получают почти все начисленные процентные доходы 

Соотношение между полученными и начисленными процентными доходами – один из надежных показателей качества кредитного портфеля и достаточности сформированных резервов. Финансовая отчетность по 2018 год показывает, что в большинстве банков этот показатель близок к 100%. Финучреждения в основном получают все начисленные проценты. Однако для трех из них индикатор ниже 80%. Эти банки должны адекватно оценить справедливую стоимость соответствующих активов.

Введение новых регуляторных требований, вероятно, заставит банки признать дополнительные убытки по NPLs

В целом по сектору доля NPLs остается крайне высокой. Но в основном банковская система уже признала убытки от ухудшения качества активов. Более 90% (85% без учета «Приватбанка») неработающих корпоративных кредитов покрыты пруденционными (согласно Постановлению № 351) или финансовыми резервами (в соответствии с МСФО 9). Со временем уровень покрытия NPLs резервами должен возрасти.

С 1 февраля начало действовать правило об амортизации залога, что привело к росту пруденциальных резервов. Сейчас для любого неработающего кредита, старшего за 4 года, банки не могут учитывать залог при расчете пруденциальных резервов. А после второго года существования NPL залог учитывается лишь частично. В течение следующих двух лет это правило может существенно повлиять на капитал отдельных банков, если не восстановится обслуживание кредитов, выданных ими под залог.

По оценкам НБУ, полная амортизация залога может увеличить пруденциальные резервы на более чем 30 млрд. грн. 

НБУ ужесточит требования к работе банков с проблемными активами

Большая доля недействующих кредитов – источник системных рисков в Украине. За последние три года прогресс в сокращении NPLs был едва заметным. НБУ намерен ускорить процесс, приняв Положение об организации процесса управления проблемными активами в банках Украины. Оно будет содержать следующие ключевые требования к финучреждениям:

рассмотреть целесообразность создания комитета правления банка по работе с неработающими активами (НПА) и создать постоянно действующее подразделение по работе с НПА, если банк имеет значительное количество проблемных активов;

организационно отделить подразделение по работе с НПА от других, занимающихся активными операциями, и сосредоточить его работу на урегулировании проблемной задолженности;

создать систему раннего реагирования, направленную на заблаговременное выявление потенциально проблемных активов. Для этого будут определены потенциально проблемные активы, которым банки должны уделять особое внимание;

разработать и внедрить стратегию управления проблемными активами и операционный план ее выполнения. Стратегия должна установить четкие цели для достижения в течение трех лет, а план должен содержать ключевые показатели эффективности и перечень мероприятий, направленных на снижение уровня проблемных активов.

Положение будет соответствовать лучшим европейским практикам, и будет основываться на руководящих принципах для банков в отношении неработающих кредитов ЕЦБ (Guidance to banks on non-performing loans, March 2017), установках Европейского банковского органа по управлению неработающими и реструктурированными экспозициями (EBA/GL/2018/06). Впрочем, во многих банках практика работы с NPLs уже соответствует указанным нормам.

В государственных банках проблема неработающих кредитов острейшая. Доля NPLs в их кредитных портфелях составляет около 66.2%. Доля государственных банков в общем объеме недействующих кредитов сектора составляет 69.8%, из них 40.7 п. п. в «Приватбанке». Из-за этого Министерство финансов как представитель акционера (государства) планирует обязать госбанки составить планы урегулирования NPLs и реализовать их в определенные сроки.

Фондирование и риски ликвидности

В конце апреля объемы клиентских средств превышали 80% от всего фондирования банковского сектора и продолжали расти. Даже валютное фондирование банки привлекают преимущественно на внутреннем рынке, где оно сейчас значительно дешевле, чем за рубежом. Сохраняются высокие темпы роста объемов средств населения на текущих гривневых счетах.

За последние полгода срочная структура фондирования практически не изменилась: в пассивах в дальнейшем преобладают инструменты со сроком до 1 месяца. Ликвидность банковского сектора высокая: большинство банков выполняет новый норматив LCR со значительным превышением минимально допустимого уровня.

Фондирование с внутреннего рынка доминирует

В конце апреля доля фондирования, привлекаемого на внутреннем рынке от населения, бизнеса и бюджетов всех уровней, составила 81.7% всех обязательств банковского сектора. Она растет в течение более десяти лет и в очередной раз обновила исторический рекорд. Половину обязательств перед клиентами формируют вклады физических лиц.

Третий год подряд средства государственных предприятий и бюджета находятся на высоком уровне около 11% общих обязательств. Это обусловлено улучшением финансового состояния государственных монополий и ростом ликвидности местных бюджетов благодаря децентрализации. Кредиты НБУ сократились до 0.9% – самого низкого уровня с 2008 года.

Слабый спрос на валютные пассивы предопределяет низкие ставки на них и уменьшение внешнего фондирования 

Спрос на валютное фондирование низкий из-за медленного восстановления валютного кредитования. Это давит на проценты по валютным депозитам, что уже три года находятся на исторически низких уровнях. На сегодня ставка по 12-месячным вкладам физических лиц в долларах составляет 3.2%. Однако это не препятствует притоку валютных средств с внутреннего рынка. На конец апреля средств в валюте от резидентов привлечено втрое больше, чем от нерезидентов. Сейчас клиентские валютные депозиты финансируют 88% валютных активов финучреждений.

Стоимость средств в иностранной валюте на внутреннем рынке в 2-3 раза ниже, чем за рубежом. Поэтому обязательства банковского сектора перед нерезидентами сокращаются четвертый год подряд. После частичного погашения еврооблигаций «Укрэксимбанком» и «Ощадбанком» на сумму 0.9 млрд. долл. валовой внешний долг сектора уменьшился ориентировочно до 5 млрд. долл. — минимума за более 13 лет.

На конец апреля валютные обязательства превышали валютные активы сектора в 1.2 раза. Однако государственные банки закрывали короткую валютную позицию индексированными к курсу доллара ОВГЗ. С учетом этих ценных бумаг валютная позиция сектора была практически сбалансированной.

Третий год подряд соотношение чистых кредитов и депозитов (LtD) близкое к 60%, ранее снизившись вследствие реструктуризаций, списаний, погашений кредитов в сочетании с ростом объемов депозитов. Это довольно низкий показатель в международном контексте. Он объясняется временным замещением зарезервированных активов в государственных банках, в частности «Приватбанка», на ОВГЗ, полученные для их докапитализации.

Растут преимущественно средства на текущих счетах

Оживленное кредитование в гривне, особенно потребительское, поддерживает высокий спрос на гривневые ресурсы. Поэтому на конец апреля объем депозитов населения в гривне вырос на 13.8% г/г, а с начала года – на 6.3%. А вот гривневые средства бизнеса более волатильные. Их объемы выросли на 4.2% г/г, но с начала года сезонно сократились на 4.3%. В ответ на это банки сохраняют высокие депозитные ставки для крупных корпораций и бюджета, от которых можно быстро привлечь значительные объемы фондирования.

На конец апреля объемы гривневых средств физических лиц по требованию выросли на 20.5% г/г, а вот срочных вкладов – лишь на 8.5% г/г. Причина разницы в темпах – значительные регулярные безналичные поступления на счета оплаты труда, пенсий и других доходов, которые составляют 45% от общего объема притока средств домохозяйств. Поэтому доля текущих счетов во вкладах населения сохраняется высокой – 37.4%. Еще треть поступлений на счета физических лиц имеет наличную форму. Это достаточно нестабильный источник фондирования, который сложно прогнозировать.

Развитие безналичных платежей и постепенная детенизация экономики будут способствовать росту объемов средств на счетах населения, однако это всегда короткий ресурс, что создает риски.

На сегодня разница в процентных ставках между гривневыми и инвалютными годовыми депозитами составляет около 12 п. п. Это стимулирует население экономить в гривне, а не в иностранных валютах. Между тем разница в ставках между короткими и длинными депозитами меньше 1 п. п. Этого мало, чтобы домохозяйства выбирали более длинные вклады.

Как следствие, уже несколько лет не наблюдается принципиальных изменений в структуре фондирования по срокам. 6-месячные депозиты в дальнейшем самые распространенные среди срочных.

На конец апреля доля обязательств с остаточным сроком погашения до 1 месяца составляла 63%, а отдельно в гривне – 76%. Это очень много, потому что, как и раньше, 65% активов имеют остаточный срок более 1 месяца.

Сейчас все более высокую конкуренцию депозитам создают вложения в ОВГЗ, особенно среди крупных вкладчиков – физических лиц. Их доходность выше депозитных ставок, а купонные доходы не облагаются налогом. Пока объемы вложений незначительны — 9.5 млрд. грн., однако крайне динамичны: на конец мая они выросли в 3.2 раза г/г.

Нынешняя структура обязательств делает сектор уязвимым к потенциальным шокам ликвидности. Поэтому банки должны держать достаточно высоколиквидных активов для покрытия возможного оттока средств. На конец апреля в частных банках соотношение ВЛА и обязательств составило 28.4%.

С 1 июня норматив ликвидности LCR вырос до 90% в целом и в инвалюте. На 10.06.2019 лишь один малый банк не выполняет общий LCR, а вот инвалютный выполняют все. Сейчас в 57% финучреждений по чистым активам норматив превышает 200%. Итак, сектор высоколиквидный и имеет достаточный запас прочности, чтобы полностью выполнить обязательства на случай шоков.

Риски доходности 

Банковский сектор существенно повысил операционную эффективность и получает высокие прибыли второй год подряд. Банки, на которые приходится около половины чистых активов сектора, имеют ROA более 3% и ROE свыше 30%. Это рекордные показатели для Украины. Основные причины – высокая чистая процентная маржа и рост комиссионных доходов, обусловленный повышением спроса на банковские услуги.

Чистые процентные доходы очень высоки вследствие стремительного развития розничного кредитования. Стоимость кредитного риска является низкой. Административные расходы растут, однако не угрожают прибыльности сектора. В следующие несколько кварталов благоприятные условия для роста банковского бизнеса, вероятно, сохранятся. Однако со временем доходность нормализуется, то есть уменьшиться. Банки должны закладывать такой сценарий в свои прогнозы и планы.

Банки прибыльные и эффективные второй год подряд

В I квартале чистая прибыль банковского сектора выросла на 48.8% г/г до 12.9 млрд. грн. 69 банков из 77 действующих были прибыльными. 12 финучреждений сработали с ROE более 30%. На них совокупно приходится около половины активов сектора. Среди них «Приватбанк» и в основном международные финансовые группы. Банкам с ROE более 10% принадлежит почти 70% активов банковского сектора. Это рекордные показатели доходности для украинских финучреждений. Они обусловлены ростом операционной эффективности и существенным снижением отчислений в резервы.

Впрочем, по итогу I квартала на рынке остается 10 банков, которые получили операционный убыток до формирования резервов. На них приходится менее 2.7% чистых активов сектора, поэтому они не создают существенных рисков. К тому же, половина из этих финучреждений в итоге получила чистую прибыль, расформировав резервы.

Чистый процентный и чистый комиссионный доходы банков сформировали 84.3% операционных доходов. По сравнению с прошлым годом операционная эффективность сектора существенно выросла: в I квартале соотношение операционных расходов к доходам (CIR) составило 47.6%. Улучшение произошло во всех группах, кроме банков с украинским капиталом. В «Приватбанке» оно было существенным. Два другие государственные банки получили операционную прибыль, хотя в прошлом году были операционно убыточными.

Сейчас сектор работает в благоприятных условиях: стремительно растут уровень проникновения банковских услуг и доля безналичных платежей, продолжается детенизация экономики. Кроме этого, после очистки банковской системы в течение 2015 – 2017 годов на рынке почти не осталось слабых финучреждений. Все это – предпосылки роста доходности банковского сектора.

По оценкам НБУ в среднесрочной перспективе сохранятся высокая операционная эффективность и прибыльность. Однако банки должны учитывать и закладывать в свои прогнозы и планы, что со временем доходность нормализуется, то есть уменьшиться.

Чистый процентный доход – один из самых высоких в истории, а отчисления в резервы – одни из самых низких 

Чистая процентная маржа украинских банков значительно выросла с 3.2% в 2015 году до 5.8% в I квартале 2019 года. Второй год подряд она превышает 5%. Такую динамику обусловили три фактора: высокий спрэд между процентными ставками по активам и пассивам в розничном сегменте, значительный спрос на розничные кредиты и большие объемы ОВГЗ в активах банков.

После кризиса 2014-2015 годов банки получают устойчивый прирост фондирования – его хватает для расширения кредитного портфеля. Это позволило значительно снизить проценты по депозитам физических лиц и общую стоимость фондирования. Тем временем банки не снижают ставки по розничным кредитам из-за высокого спроса на такие займы. В итоге в розничном сегменте наблюдается рекордно высокий процентный спрэд, который сохранится еще, по крайней мере, несколько кварталов.

В среднесрочной перспективе он, вероятно, снизится, ведь будет усиливаться ценовая конкуренция между банками за качественных клиентов. Однако нынешняя ситуация закономерна: повышение спрэдов после кризисов и их дальнейшее снижение подтверждает статистика.

Практически во всех банках эффективные ставки по необеспеченным потребительским кредитам превышают 30%. На конец I квартала розничные кредиты составили 18.4% кредитного портфеля банковского сектора, генерируя 39.2% процентных доходов от кредитования. Темп прироста розничного кредитования выше, чем корпоративного, и такая тенденция, вероятно, сохранится, по крайней мере, в ближайшие два года. Это приводит к увеличению доли кредитов физическим лицам в портфелях.

Как следствие – процентная маржа останется высокой, даже если уровень процентных ставок в экономике снизится. Однако потребительское кредитование сопряжено с рисками: в условиях кризиса короткие кредиты могут быть быстро погашены, их будет невозможно мгновенно заменить кредитами в других сегментах. Это снизит процентные доходы.

Украинские банки имеют большие объемы ОВГЗ в своих портфелях. Львиная их доля приходится на «Приватбанк», «Ощадбанк» и «Укрэксимбанк», получивших государственные ценные бумаги от правительства во время докапитализации. Поэтому на сегодня ОВГЗ составляют около половины чистых активов государственных банков и лишь около 10% – частных банков.

Купонные платежи по ОВГЗ формируют около 40% процентных доходов госбанков и 17% – частных банков. От начала 2019 года «Приватбанк» стал прибыльным даже без учета доходов от ОВГЗ, а вот в «Ощадбанке» и «Укрэксимбанке» эти доходы формируют чистую прибыль. В перспективе доля купонных платежей по ОВГЗ в процентных доходах госбанков будет уменьшаться вследствие постепенного погашения государственных ценных бумаг из их портфеля.

На сегодня стоимость кредитного риска для украинских банков близка к историческому минимуму. В I квартале отчисления в резервы составили около 1.5% от чистых активов в годовом измерении. Банки практически полностью сформировали резервы под старые неработающие кредиты, а качество новых займов пока выше. Пока будет сохраняться макроэкономическая стабильность, стоимость кредитного риска будет оставаться близкой к нынешней. Впрочем, банки должны быть готовы увеличить отчисления в резервы в случае, если макроэкономическая ситуация ухудшится.

Также финучреждениям стоит консервативно оценивать качество потребительских кредитов, несмотря на высокую дисциплину их текущего обслуживания.

Чистый комиссионный доход покрывает более 70% административных расходов

В прошлом году чистый комиссионный доход банковского сектора был почти вдвое выше, чем в 2013 году. В I квартале этого года прирост составил 17.7% г/г. Высокий темп роста обусловлен повышением спроса на банковские услуги, увеличением объемов безналичных платежей, а также бурным развитием потребительского кредитования, которое генерирует значительные комиссии.

В итоге за последние 5 лет соотношение чистого комиссионного дохода к чистым активам выросло на 1.1 п. п. до 3.0%. Эта тенденция однозначно является положительной для банков, ведь обычно комиссионный доход остается стабильным даже в кризисные периоды. Например, кризис 2014-2015 годов лишь замедлил рост комиссионных доходов: темп роста в 2016 году все равно приблизился к 15%. В I квартале комиссионные доходы покрывали 70.8% административных расходов – это самый высокий показатель более чем за десятилетие.

Административные расходы растут, несмотря на оптимизацию банковской сети 

С начала кризиса 2014-2015 годов банки оптимизировали филиальную сеть: количество отделений действующих на сегодня банков сократилось более чем на треть. Наиболее интенсивную оптимизацию провели государственные банки, кроме «Приватбанка», сократив 51% отделений.

Несмотря на это административные расходы финучреждений значительно возросли и сегодня составляют около 4.2% чистых активов сектора. Последний раз они были такими относительно высокими до начала кризиса 2008-2009 годов. Рост административных расходов в основном обусловлен двумя факторами:

увеличением заработной платы из-за крайне высокой конкуренции на рынке труда за высококвалифицированных работников. В I квартале средняя зарплата в банковском секторе почти вдвое превышала показатель 2016 года;

значительными инвестициями в информационные технологии для повышения качества банковских услуг и внедрением новых алгоритмов в систему управления рисками.

Высокие темпы роста административных расходов будут сохраняться и в дальнейшем, однако их соотношение к активам банковского сектора приближается к среднесрочному равновесию.

Источник: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий