Александр и Галина Гереги: Какая разница, придете ли вы в «Эпицентр», или в продуктовый магазин, или в аптеку?

19.05.2020 – «Нас часто называют «строительный гипермаркет». Некогда так оно и было, но мы постоянно развиваемся и уже давно стали значительно шире, чем этот «строительный гипермаркет». Сейчас сами увидите!», – Александр Герега встречает нас прямо на крыльце главного офиса компании «Эпицентр».

Перед интервью должна состояться детальная экскурсия: во дворе – спортивные площадки для мини-футбола, баскетбола, даже сквоша; на десяти этажах офиса – многочисленные оупен-спейсы, митинг-румы, переговорные, собственные ресторан для сотрудников, поликлиника, спортзал, даже салон красоты.

Отдельная гордость – центр анализа, где в режиме реального времени можно наблюдать за объемами продаж в целом и в каждом торговом центре в частности (рейтингование популярных товаров, соотношение расчета наличными — картой и тому подобное). Несмотря на вечер пятницы, руководители ключевых направлений находились на работе – охотно рассказывали о своей деятельности.

«Здесь у нас жить можно», – шутит Герега. Если его жена, Галина Федоровна – человек публичный, она была секретарем Киевсовета, и.о. городского главы Киева в 2012-2014 гг., то для него самого – несмотря на депутатство трех созывов – наше общение стало де-факто первым опытом большого интервью.

На экскурсию мы потратили около часа. Чувствовалось, что Александру и Галине Герегам важно показать масштаб своей компании, ее «продвинутость» и универсальность. Собственно, эта масштабность, по мнению собеседников, является одной из причин, почему «Эпицентр» получил привилегированное положение во время карантина, получив право не закрываться – в отличие от небольших продавцов строительных или промышленных товаров.

Владельцы компании признают, что стоило настаивать, чтобы правительство разрешило работать всем продавцам непродовольственных товаров, поскольку эксклюзивное отношение властей ударило по репутации.

Разумеется, мы довольно подробно разобрали ситуацию с рейсом «Мрии», почему груз коммерческой компании встречал лично президент, о текущих отношениях крупного бизнеса и власти. Отдельно – о земельной реформе и «агропроизводстве», так как компания активно развивает соответствующее направление. И даже немного о футболе.

«Наши люди на местах объезжали больницы, потому что все то, что сверху спускается – одно, они там сидят в кабинетах и не все видят» 

Соня Кошкина: Если Галина Федоровна плюс-минус публичное лицо, то Александр Владимирович — совсем нет. Разве что во время выборов, да и то по необходимости. Поэтому, это ваше первое большое интервью. Верно?

Александр Герега: Ну, примерно.

Соня Кошкина: Хорошо. Начнем с того, что стало информационным поводом для встречи – история с «Мрией».  

Александр Герега: Не совсем это так. «Эпицентр» на сегодняшний день – многовекторная компания и многофункциональная. Мы работаем во всех областях и отраслях нашей экономики. Конечно, во многих направлениях и моментах мы можем подсказать, например, как правильно двигаться и куда. Вот и все.

Соня Кошкина: Вы были на встрече президента с крупным бизнесом?

Галина Герега: Я была. Однако не в тот день, когда собирались все, а на следующий. Непосредственно в тот день мы отсутствовали.

Наш разговор был очень коротким и конкретным.

Президент спросил: «Знаете ли вы, что состоялась такая встреча?». Конечно, знаем. «Вы, как представители крупного бизнеса, сможете приобщиться к помощи медицинской отрасли в это непростое время?». Я, не думая, сразу сказала: «Конечно, да! Мы будем помогать столько, сколько будет нужно». Озвучили тогда, что бизнесмены выбирали себе зоны ответственности.

Я тогда сама предложила, что было бы уместно взять Хмельницкую область – мы ее очень хорошо знаем, много сделали в этой области. Александр Владимирович родом из Хмельницкой области, работал там, является депутатом по 192-му округу. Словом, я сказала, что да, мы будем работать. С кем координироваться?

Соня Кошкина: с Трофимовым (первый заместитель главы Офиса президента, координирует региональную политику)? 

Галина Герега: Нет. Сказали с губернатором Хмельницкой области. У меня его контактов не было. У нас в областном совете депутатская группа от нашей политической силы является наибольшей. (Александр и Галина Гереги являются сопредседателями партии «За конкретные дела»).

Мне дали его телефон, я на второй день ему позвонила. Сказала, что, пожалуйста, у меня телефон работает 24/7. Я включаюсь в работу, потому что ситуация непростая. Весь мир сейчас включился в борьбу с COVID-19, все знаменитости, все известные люди, все бизнесы подключаются. Проблема в средствах не стоит, сколько нужно, мы поможем. Что нужно в первую очередь – купим.

Мы предложили, чтобы в штаб, который уже был сформирован при администрации, приобщить наших людей. Губернатор сказал: «Без вопросов, давайте свои кандидатуры». Мы отправили туда наших представителей – Ульяну Ткаченко, которая является депутатом Хмельницкого областного совета и Светлану Павлишину, которая работала в администрации одним из заместителей и как раз отвечала за гуманитарную часть. Очень хорошо знает вопрос больниц – их оснащение, все проблемы. С этого дня началась работа, и контакт с ними был постоянным.

Я лично с губернатором каждую неделю тоже контактировала и спрашивала, что еще нужно. Наши люди на местах объезжали больницы, потому что все то, что сверху спускается – одно, они там сидят в кабинетах и не все видят. Больше нужно прислушиваться к мнению врачей. Они знают, что им нужно.

Соня Кошкина: Вы сказали интересную деталь – что у вас даже телефона не было губернатора. Это характеризует, скорее, центральную власть, самого губернатора, а не вас.

Галина Герега: А почему у меня должен быть телефон губернатора?

Олег Базар: Потому что вы влиятельны в регионе. А предшественник действующего губернатора был вашим ставленником.

Александр Герега: Его предшественник – Вадим Лозовой – не был нашим ставленником, он был одним из топ-менеджеров нашей группы компаний. Он пришел к определенному уровню, и мы его вывели на другую орбиту. Он был депутатом Хмельницкого облсовета с 2015 года, и, вы знаете, был неплохим губернатором.

Я, например, против такой практики что, когда приходит новое руководство, то всех нужно уволить. Но ведь не у всех своих имеются профессиональные люди. Если Криштиану Рональду перешел в «Ювентус», то для «Реала» не стал чужим, он – история. Вадим Лозовой был хорошим губернатором, и в таких случаях нужно дать людям месяц, два-три – если ты справляешься с обязанностями, то какие вопросы, работай дальше.

«Если бы не бизнесмены мы бы были там же, где Италия и Испания» 

Соня Кошкина: Давайте поговорим о «Мрие». В релизе вашей компании есть цитата о том, что с началом распространения коронавирусной инфекции компания «Эпицентр» откликнулась на инициативу президента Украины. Кому принадлежала идея с «Мрией»? Кто был первый – вы или ОП? Как сложился этот диалог? 

Галина Герега: Еще до встречи с президентом мы заключили три контракта на закупку аппаратов ИВЛ.

Соня Кошкина: Еще до встречи?

Галина Герега: Да. Когда началась пандемия, мы уже работали с контрактами на средства защиты и медицинское оборудование, потому что видели горькую судьбу Италии. Поскольку у нас есть партнеры в Италии, они нам дали информацию, что в первую очередь необходимы аппараты ИВЛ. Мы сразу начали искать, где можно их купить. Нашли поставщика, получили хорошие условия. Первый контракт заключили на 100 аппаратов, сделали им предоплату, второй контракт – на 32, третий – на 18. Мы уже уплатили деньги и ждем выполнения контракта.

И когда я пришла на встречу к президенту, я озвучила, что мы не только будем помогать Хмельницкой области, потому что это будет несправедливо – «Эпицентр» присутствует в каждом областном центре и в районных центрах, поэтому мы хотим помочь всей Украине. Поэтому я тогда рассказала, что у нас уже сделана предоплата, и мы готовы распределять аппараты по всей территории Украины.

Соня Кошкина: Мало купить сами аппараты – их нужно куда-то подключить, и это совершенно не везде можно сделать.

Галина Герега: Да, мы понимали, что кроме аппаратов ИВЛ нужны еще кислородные концентраторы, мониторы пациента, отсасыватели. И прежде всего – специалисты. Но когда мы начали общаться с врачами, они все в один голос сказали: «Нам нужна, прежде всего, защита – комбинезоны, очки, маски, респираторы». Поэтому в этом направлении и начали работать. Мы «раскидали» запросы во все страны Европы. И, бесспорно, в Китай – там у нас есть офис в Шанхае.

Соня Кошкина: Вы сразу планировали, что аппараты ИВЛ – это будет гуманитарная помощь? 

Александр Герега: Да, только гуманитарная помощь.

Соня Кошкина: А защитные костюмы?

Александр Герега: 50 на 50.

Галина Герега: Да, изначально мы планировали распределить 50/50, потом оказалось, что это специфический товар, который предназначен только для медиков, что он не годится для торговли. Поэтому из 116 тысяч тех костюмов, которые были в «Мрие», 75 тысяч мы распределили по рекомендациям МИНЗДРАВА по всей Украине. 8 мая закончили развозить. 4 тысячи сразу отдали на Хмельнитчину, 10 тысяч в резерве на складе в Хмельницком на случай какого-то пика – чтобы можно было в больницах обновить запасы.

Мы распределили так, чтобы им хватило на 2-3 недели, а остальное можно было со склада оперативно подвезти в районные опорные медучреждения. Всего 79 тысяч костюмов были сразу розданы, а 10 тысяч лежат, зарезервированными на складе. Осталось 27 тысяч, из них, по-моему, 6 тысяч продали. Остальные, повторяю, все на складе, на случай если в каком-то регионе будет вспышка и нужно будет быстро помочь.

Олег Базар: Так кто же был инициатором использовать «Мрию»?

Александр Герега: Краткое введение. Чтобы насытить рынок средствами защиты, мы начали искать. Включили свои возможности, и они вывели нас на идею привезти за один раз большое количество средств защиты – масок и комбинезонов.

Спаси того, кто спасает жизни – это был наш принцип и по этому принципу мы шли.

…Когда началась вся эта история, мы взяли девиз «Эпицентр – аптека для вашего дома». Людям нужны были товары первой необходимости и средства защиты, и мы, по сути, были единственной сетью в стране, которая имела многолетние контракты с поставщиками, которые позволили обеспечить всю Украину этими товарами.

Галина Герега: Я убеждена, что если бы не бизнесмены, мы бы были там же, где Италия и Испания. Когда там уже все горело, мы имели еще месяц времени, чтобы подготовиться быстро и эффективно. Поверьте, бизнес оперативно принимает решения, без бюрократии и долгих тендерных процедур. Думаю, органы государственной власти с этой задачей так оперативно не справились бы.

Никто не мог купить большие партии товара в Китае, тем более средства защиты такого высокого класса. Был ажиотаж, весь мир стоял в очереди. Имея более 25-летний опыт внешнеэкономической деятельности, имея контакты, имея доверие, имея офис в Шанхае, мы смогли это сделать.

Александр Герега: Для всего рынка это – такое большое событие как рейс «Мрии» с грузом из Китая. Для нас это – одно из событий. Почему?

Олег Базар: Видимо, потому что Офис президента сообщил, что глава государства встречает гуманитарный груз, который заказала Украина. А потом выясняется, что это – коммерческий груз «Эпицентра». 

Галина Герега: Незначительная часть груза была коммерческой. Вот мы вам сказали, что привезли 116 тысяч комбинезонов. Из них у нас на складе осталось 27 тысяч. 75 тысяч комбинезонов и 30 тысяч очков, ушли на гуманитарную помощь. 2 миллиона масок из этой партии ушло также в медицинские заведения, 500 тысяч масок мы оставили для нужд компании, потому что работникам каждый день нужно менять маски. И только часть масок – для торговли.

Александр Герега: Действительно, груз был частично гуманитарный, частично коммерческий. Мы – нормальная коммерческая структура.

Галина Герега: Из 116 тысяч защитных костюмов у нас осталось 27 тысяч, и они не пойдут в коммерцию, в случае необходимости мы их раздадим на благотворительность, 30 тысяч очков пошли на благотворительность. Я считаю, что большинство товара – гуманитарная помощь, это моя точка зрения.

Соня Кошкина: Как происходила коммуникация о встрече президентом «Мрии» в аэропорту?

Александр Герега привлекает к разговору Владимира Гончарова – заместителя генерального директора «Эпицентра», который непосредственно занимался рейсом.

Владимир Гончаров: Мы заказываем себе товар, оплачиваем. И заказываем борт по этому контракту. У нас готовый груз. В то же время параллельно, как мы потом выяснили, Офис президента также работает над своим грузом и они, также понимают, что им нужна помощь от «Мрии». Конечно, получив информацию, что уже есть контракт, подписанный «Эпицентром», Офис президента обращается к нам. Если государству нужно, мы всегда идем на встречу и ставим интересы государства на первое место.

Но когда они проработали этот вопрос более основательно, оказалось, что имеются проблемы со стороны Китая, у них груз не готов, ни на 16, ни на 17, ни на 23 апреля. Их груз прилетел 6 мая. Когда выяснилось, что их груз не готов, а наш готов, контракт подписан, оплачен, было принято решение – поскольку это для Украины груз в огромном количестве на гуманитарные цели, на благотворительность – его будет встречать президент.

Соня Кошкина: Сколько стоил рейс?

Владимир Гончаров показывает контракт на полет «Мрии»: Миллион триста тысяч долларов. Это только стоимость авиаперевозки, без стоимости груза.

Соня Кошкина: Груза государства на этом рейсе не было, да? 

Александр Герега: Весь груз, который доставлен «Мрией», – это полностью в адрес компании «Эпицентр». Часть ушла на благотворительность, часть – чисто коммерческая. Маски мы брали, чтобы частично раздать по всей Украине, а частично – продать. Скоро закончится карантин, всем нужны будут маски, прежде всего – предприятиям, которые начнут работать. И мы эти маски аккумулировали.

Галина Герега: Я свою позицию не меняю, потому что я знаю, что с этого груза большинство мы отдали по всей территории Украины как помощь от компании «Эпицентр». И я считаю, что это гуманитарная помощь. Также хочу обратить внимание, что, согласно изменениям в законодательство, все медицинские товары освобождаются от уплаты ввозной пошлины и НДС, независимо от того этот груз гуманитарного, или коммерческого назначения.

Соня Кошкина: Просто рейсы «Новой почты», Ярославского или других бизнесменов президент не встречает.

Владимир Гончаров: Президент встречал украинский самолет «Мрия». Два года «Мрия» не осуществляла грузовых перевозок.

Олег Базар: В контексте этого рейса была странная история: мэр Киева получил письмо от вас на депутатском бланке с предложением купить маски. Вы часто рассылаете коммерческие предложения на депутатском бланке?

Галина Герега: А вы видели, что там была его подпись?

Соня Кошкина: Мы видели бланк народного депутата, этого достаточно.

Александр Герега: Я вам расскажу. Во-первых, сегодня у меня закончился больничный – я на больничном листе, нахожусь уже третий месяц. Ольга Александровна, моя помощница, совершила ошибку.

Мы ее десять раз спрашивали: «Ольга Александровна, скажите, как же так». Она сказала, что не может это объяснить. И смех, и грех.

Соня Кошкина: Ошибка? Такие же письма на бланке получили ряд народных депутатов.

Александр Герега: Да, она всем разослала письма. Хотела помочь, проявила излишнюю инициативу. «Я думала, что так будет весомее и привлечет внимание». Привлекло, имеем, что имеем.

«Мы обратились с письмом к премьеру и в течение одного дня получили ответ» 

Олег Базар: 18 марта «Эпицентр» обратился к премьер-министру с просьбой дать разъяснение, можно ли работать и как работать в условиях карантина. Буквально в тот же день получили ответ. Поделитесь, как заставить правительство так быстро отвечать?

Александр Герега: Мы обратились с письмом к премьеру и в течение одного дня получили ответ. Мы просто попросили ответить оперативно, потому, что мы уже работали над средствами индивидуальной защиты. Мы аккумулировали их в большом количестве. Это была наша единственная цель. И никто в Украине настолько оперативно не работал, как это делали мы. Ни у кого не было такого количества средств защиты и дезинфекции.

У нас аккумулировано 50 тысяч товаров, которые нужны для населения Украины. Весь ассортимент «Эпицентра» – это полмиллиона SKU (идентификатор товарной позиции, используемый в торговле). Но мы выделили только 50 тысяч товаров первой необходимости, которые нужны, как раз во время этого трудного периода.

Олег Базар: В Украине очень много оперативных предпринимателей. 

Александр Герега: Только все говорят, а мы работаем.

Олег Базар: Мы недавно провели опрос среди мэров украинских городов в контексте карантина. И несколько мэров, не сговариваясь, сказали дословно такое: «Почему «Велюру» и «Эпицентру» можно работать, а другим нет?». Вы стали определенным символом несправедливости.  

Соня Кошкина: Никогда бы не подумала, что мэры Одессы и Ивано-Франковска будут говорить одно и то же. Точь-в-точь.

Александр Герега: Мы вам сегодня немножко рассказали, что такое «Эпицентр». Это большая система. Мы ее создавали таким образом, чтобы она могла работать при любых кризисах. Если, например, кризис в одном направлении, то задействуется другое направление.

Я, скажем, не очень одобряю то, что происходит сейчас в Украине. В Польше ни одно строительное заведение, ни заведение, которое продает хозяйственные товары, не закрывалось. Зачем их закрывать?

Тем более приехала куча работников из заграницы. Скажите, пожалуйста, с чем они приехали? Они приехали со средствами. Что бы я в этом случае сделал. Жесткие меры санитарной безопасности, но стройте, уважаемые.

Я считаю, что все строительные магазины должны работать. При жестком режиме санитарного контроля, конечно. Сидите, дома семьей, имеете время, вместо того, чтобы грызть друг друга, почему бы не облагораживать, не ремонтировать и не строить?

А насчет «Эпицентра», то это не строительный магазин. Доля нашего строительного направления лишь 6,9%.

Олег Базар: Вы говорили премьеру, что работать должны все?

Александр Герега: Конечно. Министерство здравоохранения, к большому сожалению, и многие другие эту позицию не разделяли. Может, страх сработал, потому что никто не понимал, чего ждать, может другие факторы…

Какая разница, вы придете в «Эпицентр» или в продуктовый магазин, или в аптеку?

Жалею, что тогда не настоял на этой позиции, что работать должны все магазины бытовых товаров. Поймите, это не вопрос конкуренции, мы ее не боимся, мы ее любим, она нас стимулирует. Это вопрос экономики страны.

Соня Кошкина: Факт в том, что публично вы попали под «раздачу» – несмотря на то, что активно занимаетесь благотворительностью, возите гуманитарную помощь…

Александр Герега: Потому что мы остались на рынке одни.

Соня Кошкина: Вы уже думали, как коммуникационно преодолевать этот негатив? Потому что вызов довольно серьезный. 

Александр Герега: Мы будем стоять в авангарде, требуя, чтобы ни малому, ни среднему бизнесу запретов в будущем не было. И я буду среди тех, кто возглавит это движение. Не нужно было запрещать работать хозяйственным и тем более строительным магазинам. Когда приехала масса работников из-за границы и привезла средства. Куда их деть? Они же не будут приходить 3-4 раза за день в продуктовый магазин покупать еду.

Олег Базар: Благодаря Шмигалю у них вариантов не было. Они должны были идти только в «Эпицентр».

Галина Герега: Шмигаль же не позволял только нам работать. В этом постановлении речи не было про «Эпицентр» конкретно. Мы просто хотели разъяснения. Потому что когда позакрывали все магазины, у нас начались проверки. Сколько их было за все время? Более четырехсот. Поэтому мы хотели получить разъяснения, правильно ли мы двигаемся, или не правильно.

Александр Герега: Мы соблюли все требования, большинство отделов были закрыты лентами… Но случаи были – звонили Галине Федоровне или мне, просили тот или иной товар в магазине отпустить. Прорвало трубу у людей, что им делать? Вам из онлайн немедленно не привезут. Что людям оставалось? Они ехали в «Эпицентры», а им не отпускали. И мы от людей больше услышали жалоб, чем от средств массовой информации и из интернета.

Галина Герега: Звонил один телеведущий: «Такое-то случилось, помогите купить срочно». Я ему: «Извини, но я не могу сказать директору «Эпицентра», чтобы он нарушил постановление, потерпи». Он говорит: «Вас ругают люди, потому нельзя ничего купить».

Александр Герега: Люди могли сделать заказ онлайн и забрать товар в наших центрах выдачи заказа. Однако, к сожалению, не все пользуются этим сервисом. Через десять лет, конечно, этой проблемы уже не будет.

«Крупный бизнес не может быть в оппозиции» 

Соня Кошкина: С премьер-министром вы давно знакомы?

Александр Герега: Мы с ним знакомы недавно. Конечно, каждому премьер-министру хочу пожелать больше самостоятельности… Но ему нужно дать возможность работать.

Олег, приходите в «Эпицентр» и станьте генеральным директором. Сколько вам времени нужно будет, чтобы вы разобрались в этом? Как вы думаете?

Олег Базар: Год.

Александр Герега: Минимум. Президенту сколько надо времени, чтобы разобраться? Мы не говорим сейчас, этому президенту. Нет. Украина избрала президента, и это выбор народа. Чтобы ему разобраться во всем – хотя бы два года нужно.

Соня Кошкина: Вы за него голосовали?

Александр Герега: Нет. Но сейчас я стою на том, что надо дать возможность ему поработать.

Соня Кошкина: На протяжении вашей депутатской деятельности вы всегда были с теми, кто в данный момент находился у власти. Вы дружили с Партией регионов, были в их фракции, голосовали за законы 16 января и вышли оттуда только тогда, когда она посыпалась 20 февраля. Затем – сотрудничество с Петром Порошенко.

Александр Герега: Госпожа Соня, даже в доброй старой Англии быть в оппозиции трудно. А в Украине, России и других странах – это смерти подобно. Мы уважаем институт президентства. Большой бизнес не может быть в оппозиции. Почему у нас не было телефона губернатора? Для чего он нам?

Олег Базар: Раньше же был нужен для чего-то свой председатель ОГА. 

Александр Герега: Раньше был наш топ-менеджер, и попросила нас прошлая власть: «Можете ли вы взять на себя обязанности по области?». Можем. Взяли. Поработали, пожалуйста. Я думаю, если взять работу Лозового, никто не скажет, что это был плохой губернатор.

Олег Базар: Как вы оцениваете уровень экономической компетентности премьера Шмыгаля? Он на своем месте? 

Александр Герега: Я считаю, что каждому руководителю нужно дать время, чтобы он сначала выучил хозяйство, а дальше мог нормально работать.

Олег Базар: Вы очень большой работодатель. Вы не можете не понимать, что в Украине заманивать людей на дорожные работы зарплатой 6-8 тыс. гривен – это издевательство.

Александр Герега: Я вам расскажу, что делал бы Александр Владимирович Герега на месте премьера. Все очень просто.

Двадцать два года назад мы приехали с Галиной Федоровной в Польшу. Разговариваем с нашими бизнес-партнерами. Я им говорю: «Слушайте, у вас нормальных дорог вообще нет». Украина тогда еще не имела такого транспортного потока, и советские дороги были более-менее нормальные – не было ям, таких как в Польше. Я говорю: «Сколько вы их будете делать?» Они: «Двадцать лет». Мы посмеялись с них. Мы приезжаем сейчас в Польшу — вся страна в автобанах.

Окей, Польша – другая история. Есть Евросоюз, был страх у всего мира, что Россия заберет Польшу под себя. Поэтому им и долги списали, и средства дали. А мы можем по-другому сделать. Скажите, пожалуйста, что нам мешает привлечь крупные немецкие компании, французские, итальянские и дать им подряды? Когда приходит немецкая компания, она приходит со своим капиталом, ее финансирует немецкий банк. На 15-20 лет кредит ей дадут без проблем под государственные гарантии.

Мы раздаем участки автодорог по Украине по 500 км, 1000 км огромным компаниям. Они начинают делать автобаны. Мы, во-первых, возвращаем из Польши и из России всех крановщиков, всех бульдозеристов, водителей самосвалов. Во-вторых, запускаем все наши карьеры, песок, цемент, щебень. Вы представляете, какой гигантский маховик должен закрутиться? Вы думаете, это трудно закрутить? Нет, это не трудно. Нужно просто желание и понимание.

Олег Базар: Действующая власть тоже говорит о «большой стройке». 70 миллиардов гривен на этот год.

Александр Герега: Мы не можем внутри страны выделять средства, они должны прийти извне. А внутренние средства, 100 миллиардов, должны пойти на дороги местного значения. На межрайонные дороги, которых вообще не существует.

Олег Базар: Значит, иностранцы должны строить за свои средства, а потом собирать плату за проезд?

Александр Герега: Это должен быть долгосрочный контракт с крупными компаниями, которые придут без проблем.

Как пример. Мы строили элеваторы. Провели крупный тендер, в котором приняли участие семь компаний из нескольких стран. Выиграли поляки. Почему? Страховая компания, которая работает от правительства Польши, застраховала польскую компанию. Далее польская компания взяла под эту страховку кредит под 3,8% для «Эпицентра» на 7 лет. И мы построили элеваторы.

Если в «Эпицентре» можно это сделать, то почему на уровне государства мы не можем это сделать? Вы представляете, какой мы запустили бы механизм? Вернули бы всех работников из-за границы! Все металлургические заводы заработали бы на внутренний рынок. И инвестиции на это все придут извне. Не нужно клянчить деньги – «пожалуйста, дайте нам миллиард» – инвестируйте в страну!

«Мы же не работали на полную мощность – где-то на 30-40%» 

Соня Кошкина: Ирина Венедиктова заявила, что офис генерального прокурора будет изучать ситуацию с «Эпицентром» и «Мрией». Были уже какие-то запросы к вам? 

Галина Герега: Не было. Но вы собственными глазами видели контракт, мы к проверкам готовы.

Олег Базар: Было также заявление Антимонопольного комитета о начале расследования о получении неправомерного преимущества над конкурентами, сетями «Эпицентр» и «Новая линия», которые принадлежат вам.

Александр Герега: Я владею ситуацией, но не вмешиваюсь в управление компанией, этим занимаются топ-менеджеры. Знаю, что юристы уже работают с Антимонопольным комитетом.

Олег Базар: Министр внутренних дел сообщил, что составили 29 протоколов о нарушении вашими магазинами режима карантина. Вы будете их оспаривать? 

Александр Герега: Дело в том, что полиция составляет протоколы, но решение принимает суд. Эти протоколы будут направлены в суд. В суде «Эпицентр» будет отстаивать свою позицию.

Соня Кошкина: Вы подсчитывали, были ли убытки у компании в связи с карантином?

Галина Герега: Мы же не работали на полную мощность – работали где-то на 30-40%. Январь-февраль был результативным, затем половину марта мы еще работали в привычном режиме. Но в апреле уже идет существенный спад по сравнению с прошлым годом. Но я вам хочу сказать, что компания «Эпицентр», если я не ошибаюсь, за первый квартал перечислила в бюджет налогов и обязательных платежей свыше 1 млрд. гривен.

Соня Кошкина: Два года назад были публикации о том, что ваш бизнес якобы продолжает работать в Крыму. По крайней мере, то, что раньше было «Эпицентром», сейчас называется иначе, но работает. У вас его просто забрали? Или все-таки вы оставляете какие-то юридические контакты с этими структурами?

Галина Герега: Абсолютно никакого отношения к этим объектам не имеем. Так же как и на неподконтрольном Донбассе. Кому они подконтрольны, мы не знаем, мы только знаем, что один в Луганске сожгли, один работает.

Соня Кошкина: Недавно у нас вышло интервью вице-премьера Алексея Резникова. Он говорил в частности, что Украина будет разрабатывать механизмы реституции и рано или поздно, владельцы вернут свое имущество. Ваша компания уже подавала ли какие-либо иски в международные институты относительно того имущества, которое осталось на территории Крыма, Донбасса?

Александр Герега: мы еще в этом направлении не работали, но знаем, что уже первые прецеденты есть.

Олег Базар: В России вы работаете сейчас? 

Александр Герега: В России мы не работаем. До 2014 года у нас было открыто там три офиса. Мы провели встречи с губернатором, были готовы приходить полномасштабно в Россию. Шли завоевать рынок раз и навсегда.

Галина Герега: Но Бог нас остановил и не дал нам что-то купить там.

Александр Герега: Такие сети, как «Эпицентр», должны развиваться. Если бы, например, Индия выделяла большую площадь – 40-50-60-100 гектаров – и приглашала системы такого плана, как мы, «Эпицентр» был бы среди первых. Мы бы и американцам, и немцам не проигрывали. Ни в коем случае! Потому что наша система на сегодняшний день может существовать при любых условиях. И вот это событие (эпидемия) также показала, что мы можем работать в любых ситуациях.

«Если открыли шлюзы, то в принципе покупать землю нужно» 

Олег Базар: У вас большой агробизнес, обрабатываете 140 тысяч гектаров земли. 

Александр Герега: Уже 160.

Олег Базар: При этом вы как народный депутат не голосовали за рынок земли. 

Александр Герега: Почему я не голосовал за рынок земли? Во-первых, я был на больничном. Во-вторых, аграрии против этого. Я считаю, что каждое дело нужно делать правильно. Сначала необходимо сделать полностью весь аудит земельного банка Украины. Восстановить кадастр, чтобы мы четко понимали, где, чья земля и сколько у нас есть земли в целом.

Далее нужно принять правила игры. Например, есть 100 гектаров паев. Одни паи ваши, другие мои. Ваши паи внутри этих ста гектаров. Что делать? Какой механизм? Нет механизма. Вы мне продадите, и сосед продаст. А другое лицо продаст другому землевладельцу. Какой механизм? Нет четкого механизма. Вот пока это не работает, я не мог голосовать за этот закон. Я считаю, что мы не готовы к этому.

Хотя, я считаю, что некоторую часть земли все же нужно продать, и продать недешево. Государственную землю 5 млн. гектаров можно продать по 20 тысяч за гектар и заработать 100 млрд. и вложить их в строительство автострад, чтобы Украина стала великой транзитной державой.

Олег Базар: Почему государственную землю можно продать, а свою частную – нет? 

Александр Герега: Стоимость земли – тысяча или две тысячи долларов за гектар. Вы продадите свои четыре гектара и получите четыре тысячи долларов?

Олег Базар: Рынок и нормальные цены не появятся, если не разрешить продавать землю. 

Александр Герега: Я за продажу земли. Только цивилизованно и сначала надо навести порядок в этом.

Олег Базар: Вы планируете, выкуп тех земель, которые арендуете? 

Александр Герега: Да. Мы сейчас на стадии переговоров с серьезными банковскими структурами, которые могут аккумулировать большие средства. Потому что если открыли шлюзы, то в принципе покупать землю нужно. Почему мы построили большое элеваторное хозяйство? Это основные средства. Завтра, если мы захотим взять большой займ или выйти на, те же евробонды. Какой залог? Что мы скажем? У нас есть договоры аренды. Извините, это не ваша земля. Поэтому, таким образом, мы обеспечили основные средства, которые могут быть залогом. Это уже начало крупного бизнеса.

Мы сегодня сделали первый шаг и на половине второго. Далее, я считаю, мы должны заниматься только переработкой. И все усилия нужно сосредоточить в этом направлении. Голландия выращивает 9 миллионов тонн зерна и из них получает 100 миллиардов евро. Мы имеем 50 миллионов тонн экспорта, получаем из них 12 миллиардов евро.

Галина Герега: Кстати, мы уже пришли в переработку. Продаем муку собственного производства в нашей сети.

«Я хочу приезжать на футбольный стадион и оттуда выйти с нормальным настроением, а не чтобы сердце выпрыгивало» 

Олег Базар: В свое время вы хотели купить футбольный клуб «Карпаты». Почему не удалось, и имеете ли амбицию быть владельцем клуба высшей лиги? 

Александр Герега: У нас с Галиной Федоровной есть продолжение от нас – это Тарас Герега. Он, как вся наша семья, фанат футбола.

Тарас получил европейское образование в сфере спортивного менеджмента.

Проходил практику в Федерации футбола Испании, в футбольном клубе немецкого Вольсбурга, а также в ФК «Барселона». А когда в Киеве был финал Лиги Чемпионов, Тарас от Федерации футбола Украины сопровождал делегацию «Реал Мадрида».

Сейчас он занимается проектом социально-спортивной школы фонда «Реал Мадрид» в Украине. Первая школа – в Тернополе, вторая – в Ирпене, третья – в Хмельницком, четвертая будет в Киеве. Это внеклассное воспитание детей, в большинстве из неблагополучных семей. Сугубо социальный проект, который финансирует «Эпицентр». Мы ремонтируем спортивные залы, и послы из «Реала» приезжают каждый месяц. Нам очень нравится этот проект, детям же просто на ура.

Компания «Эпицентр» на 2019-2020 годы имеет контракты со стадионами «Сантьяго Бернабеу» (Мадрид), «Кампе Ноу» (Барселона), «Месталья» (Валенсия), Ювентус Стедиум» (Турин), «Парк де Пренс» (Париж), и с другими. Почему? Лучшие работники из наших торговых центров ездят по этим городам, но они едут не только на матч. Обязательно – культурная сторона, историческая, экскурсии, кухня.

Футбол – это часть нашей жизни, поэтому вполне логично, что мы интересуемся тем, что происходит в футбольном мире Украины.

Олег Базар: Все-таки, футбольный клуб «Карпаты».

Александр Герега: Действительно была такая идея. Мы встречались с одним из владельцев клуба. Мы разговаривали, но «Карпаты» не продавались. Но даже если бы продавались, меня футбольный клуб не интересует. Я хочу приезжать на футбольный стадион и оттуда выйти с нормальным настроением, а не чтобы сердце выпрыгивало, нет.

Соня Кошкина: Последний вопрос. В какую цифру вы оцениваете собственные доходы?

Александр Герега: Я знаю, сколько инвестиций мы сделали.

Соня Кошкина: Были две публичные оценки. 10 место в рейтинге ТОП-100 журнала «Фокус» с 930 миллионами долларов в 2018 году. И седьмое место в рейтинге НВ и Dragon Capital в 2019 году, сумма та же. 

Галина Герега: Для меня это не основное. Я не знаю, кто делает эти рейтинги, но всегда смеюсь с этих оценок. Честно, не знаю. Есть какое-то обоснование каждой цифры? К нам никто не обращался, не смотрел ни финансовые показатели, ни наши инвестиции в капиталовложения. Поэтому на основе чего все это сделано?

Александр Герега: Оценивайте сами: система «Эпицентр» инвестирует в среднем 300 миллионов долларов каждый год в экономику Украины. И только в Украину.

Авторы: Соня Кошкина, Олег Базар

Источник: LB.ua

Перевод: BusinessForecast.by (читайте также канал BusinessForecast.by в Яндекс Дзене)

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий