Депутат Виктория Сюмар: Не вижу проблемы, если Порошенко примет решение не брать участия в президентской кампании

04.08.2018 – С Викторией Сюмар мы встретились на 12-м этаже отеля «Киев», что напротив Мариинского парка. Весь этот этаж гостиницы находится на балансе комитета Верховной Рады по вопросам свободы слова и информполитики, председателем которого является наша собеседница.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Сюмар – опытный медийщик. В свое время она работала внештатным корреспондентом «Голоса Америки», ведущей «5 канала», входила в общественный наблюдательный совет телеканала «Интер», возглавляла общественную организацию «Институт массовой информации».

Сейчас в политических кругах о Сюмар все чаще говорят не как о депутате или бывшем журналисте, а как о политтехнологе.

В 2014 году она стала близкой соратницей тогдашнего и.о. президента, нынешнего секретаря СНБО Александра Турчинова, впоследствии занималась кампанией партии «Народный фронт» на парламентских выборах. По спискам этой же партии Сюмар прошла в Верховную Раду.

На местных выборах 2015 года она вела уже другую партию – «Блок Петра Порошенко». Ее авторству принадлежит лозунг БПП «Сохраним страну». Фактически, с тех пор она начала работать с президентом Петром Порошенко. В команде президента депутат занималась наружной рекламой и ее наполнением. Однако с мая это сотрудничество прекратилось.

«У него (Порошенко) есть своя устоявшаяся команда во главе с Игорем Грынивым, с которой он привык работать. Идеи Грынива имеют больший отклик у Порошенко», – объясняет свой уход от президента Сюмар.

Недавно Александр Турчинов также публично отмежевался от кампании Порошенко, хотя до этого источники «Украинской правды» уверяли о его намерениях возглавить теневой штаб президента.

16 июля Порошенко собрал избирательное совещание образца 2014 года без Турчинова и Сюмар. Туда пригласили главного стратега президента Игоря Грынива, министра информполитики Юрия Стеця, спичрайтера Олега Медведева и первого заместителя главы АП Виталия Ковальчука.

В интервью «Украинской правде» Виктория Сюмар рассказала о том, как порвала с Порошенко, о своей неприязни к Виктору Медведчуку, тратах миллионов долларов на выборы, перспективах политического будущего Владимира Зеленского и намекнула на «политическую паузу» Владимира Гройсмана.

Читайте также: Давид Сакварелидзе: Луценко надеется стать премьером или преемником Порошенко

Первый помощник президента Юрий Онищенко: Иногда Порошенко сам собирает «девятку»

Генпрокурор Юрий Луценко: Я верю во второй срок президента Петра Порошенко

Связан ли президент Порошенко с сомнительной сделкой на 500 млн. долл.?

«Мне кажется, что к Медведчуку надо уделять больше внимания» 

– Несколько недель назад движение «Честно» опубликовало новость, что ваша мама владеет земельными участками и большим домом в Киевской области. Вы заявили, что эта информация является фейком. Объясните эту историю. 

– Я даже попросила маму достать все документы, но, к сожалению, движение «Честно» у меня ничего не спросило. Да, мама владеет недостроенным домом размером 200 кв. м. Стоимость земли – до 400 долларов за сотку, земля была залоговая в банке, поэтому стоила меньше. Но сейчас цена не изменилась, за эти же деньги можно купить участок рядом.

В целом стоимость земли вышла где-то около 13 тысяч долларов, поэтому, очевидно, мама могла купить себе участок на сбережения, кроме того, она продала квартиру в Погребищах.

– Дом в Киевской области?

– Дом в Киевской области. Он на этапе ввода в эксплуатацию, площадью 200 м. кв. Там комната мамы, моя, сестры и один общий зал с кухней. Строить его мы помогаем с сестрой. При разводе я отказалась от дачного дома, поэтому муж компенсировал мне 1 миллион гривен, и помочь маме я имею за что. Эти расходы будут указаны в моей декларации за этот год. Поэтому, откровенно говоря, я не вижу, в чем обнаружило проблему движение «Честно».

– Но 400 долларов за сотку – это что-то очень мало.

– Откройте сайты недвижимости и посмотрите на реальные цены. Четыре тысячи долларов за сотку – это откровенная манипуляция, вы не найдете там такой цены и близко. Поэтому делаю вывод, что это направленная кампания. Ключевой вопрос – кем она заказана?

– «Честно» опубликовали также выписки из реестров о недвижимом имуществе, там два земельные участки, записанные на вашу маму.

– Да, два участка общей площадью более 40 соток. Но дом на фотографиях – не тот дом.

– Тогда что это за фото?

– На фото – чужой имение, и я боюсь, что это было сделано сознательно.

– Вы говорили, что против вас ведется заказная кампания. Вы знаете, кто ее ведет?

– Я лишь могу догадываться, потому что на такие вещи нужны доказательства. Мы на комитете (комитет по вопросам свободы слова и информационной политики) разбираем все конфликты, связанные с журналистами. Одним из последних было рассмотрение дела об избиении журналиста Михаила Ткача и Кирилла Лазаревича охранниками Виктора Медведчука. Они сняли, как Медведчук прилетел прямо из Москвы чартером.

Хотя прямое авиасообщение с Россией запрещено, и в этом было нарушение закона. Охранники Медведчука мешали им это снять. Поэтому в этом я вижу нарушение прав журналистов и препятствование их профессиональной деятельности.

Эту ситуацию мы рассматривали на заседании нашего комитета. В ответ на это человек Медведчука, депутат Василий Нимченко, который присутствовал на комитете, подал на меня в суд с единственным требованием, чтобы я никоим образом как председатель комитета не вмешивалась в рассмотрение этого дела.

Позже за мной начали ездить различные автомобили. Когда я попыталась выяснить, что это за автомобили, оказалось, что это номера с машины, которая зарегистрирована в так называемой «ДНР», и сняты они с автомобиля ВАЗ, хотя за мной ездила черная КИА. Очевидно, что кто-то за мной следил и искал какую-то сенсацию.

– Вы обращались к правоохранителям, что это за слежка?

– Сообщение об этом авто было, но обращалась не я лично. Теперь, очевидно, сделаю обращение и от себя.

– В отношении Медведчука, на рынке сейчас много говорят о том, что он купил или покупает 112 канал NewsOne. Ранее были слухи о ZIK. Что вы знаете по этому поводу? Возможно, у вас есть какая-то информация? 

– Мне кажется, что к этой персоне нужно уделять больше внимания. Удивляет, что кум Путина спокойно ведет бизнес в Украине и может иметь отношение к покупке телеканалов. Но доказать это достаточно сложно.

По информационной политике мы можем только догадываться. Если это оформленные русскими какие-то офшоры через бывшую семью Януковича, и когда они там переоформляются на других лиц, то у них просто может появиться другой управляющий в формате того же Медведчука. Это может быть.

Хорошее исследование сделали коллеги из «Детектора медиа», которые показали, что за последний месяц Медведчука в эфире 112 канала появилось больше, чем за предыдущий год. Это о чем-то свидетельствует?

– Как доказать, что Медведчук может иметь отношение к этому телеканалу?

– Доказать сложно, потому что это лишний раз говорит либо о слабости украинских спецслужб, или об их нежелании это доказывать. Вы знаете, что Медведчука очень часто называют переговорщиком между украинским президентом и российским. И он давно выезжает на этой теме. Хотя я думаю, что к нему есть много вопросов.

– Один из лидеров «Народного фронта» Александр Турчинов работает секретарем СНБО. Он точно мог бы повлиять на это.

– Он не руководит СБУ. Секретарь Совета национальной безопасности готовит решение СНБО, которое является коллективным органом и главой которого, я подчеркиваю, является президент Украины.

– У Медведчука хорошие отношения с Петром Порошенко, правильно? 

– Это надо спросить или у Медведчука, или у президента. Но если этот человек беспрепятственно ведет бизнес на территории Украины, то, очевидно, СБУ не имеет к нему вопросов. Тогда у меня вопрос к СБУ, а у нас к нему действительно нет вопросов.

«Политики ведутся на настроение общества и отказались от конструктива» 

– Мы встречаемся в спокойный летний период перед фактическим стартом президентской кампании. Вы человек, который прошел не одни выборы. Можете ли рассказать, что делают будущие кандидаты в президенты в это время затишья? 

– Президентская и парламентская кампания будут очень связаны между собой, и порой участие в президентской кампании будет направлено именно на получение баллов в парламентской кампании.

Команды сейчас готовят в штабах базовые месседжи, ответы на ключевые вопросы, базовые продукты и событийные планы, каким образом разворачивать кампанию, стратегию кампании, которая фактически стартует с 24 августа.

День Независимости Украины – очень серьезная дата, и это тот момент, когда каждый должен что-то сказать. Уже сам этот старт будет означать достаточно активную борьбу. Борьба в украинских вариантах – это провоцирование конфликтов. Мы уже давно зашли в формат политики, когда больше всего баллов получает тот, кто провоцирует больше скандалов и конфликтов. Поэтому провоцирование конфликтов, поиск виноватых и критика – это те атаки, которые станут ключевыми с начала сентября для главных участников президентской гонки.

– Почему мы приходим в избирательный процесс именно с критики? 

– Такой настрой общества. Мы четыре года живем в среде страха войны. И это приводит к серьезной психологической апатии. Люди устали бояться, они устали от войны. И люди не видят света в конце тоннеля. Из-за этого возникает огромное недовольство политическим классом, которое не дает ответы на базовые вопросы, как же нам жить дальше. А от недовольства популярной становится критика.

Обществу хочется быстрого, безболезненного и положительного решения, что придет мессия, который все сделает. Совсем не хочется признания, что выход из кризиса потребует многих лет труда каждого из нас.

Политики ведутся на такие настроения общества, политики уже давно отказались от конструктива. Когда вы в последний раз слышали, что лидеры фракций собрались с президентом на выработку позитивной повестки дня?

– Вообще, когда они последний раз встречались? Они и раньше встречались, чтобы встретиться.

– Теперь что касается стратегической девятки, о которой много говорили. Какая стратегия была предложена относительно базовых проблем, которые сегодня есть в обществе? Базовая проблема сегодня – война.

Честный разговор кто-то начинал о пути решения этой проблемы? Все боятся. Все говорят: «Мы установим мир». Никто не говорит, как и какой может быть цена: от возврата в сферу влияния России через договоренности с Путиным, вплоть до военного освобождения и миллиардов долларов на возрождение тех территорий…

Вторая тема – экономика. Все говорят, что надо создавать рабочие места, поднимать зарплаты, пенсии, потому что люди выживают. Никто не говорит, за счет чего. Где брать инвестиции? В страну, где война, извне инвестиции не придут.

Далее, все говорят: «Надоело, что нам диктуют условия, мы вынуждены поднимать тарифы». Но никто не говорит, каким образом нам сегодня от этих заимствований отказаться.

– Вы говорите о том, что власть сама виновата в нелюбви к ней?

– А почему только власть? Политикум как таковой. По идее, если власть этого не делает, то оппозиция должна четко сказать – мы сделаем вот это, вот это и вот это.

Что вы сегодня слышите от оппозиции? Вы слышите новый курс, новая Конституция, мир. Каким образом? Какой план? Мы можем сколько угодно говорить, что мы будем печатать города на 3D-принтерах, но покажите мне путь. Вот вопрос в том, что никто этого пути не предлагает, и обществу предлагаются очень легкие формулы, которые не будут работать.

– Кстати, у Петра Алексеевича нелегкая формула – это Поместная Автокефальная Украинская православная церковь. Церковный вопрос может сработать на выборах?

– 20% граждан говорят о том, что для них это важно. И однозначно это может добавить ему на Западе и в Центре, и немного отнять на Востоке, особенно если вокруг этой темы начнутся конфликты. Но все вопросы будут зависеть от того, удастся ли правильно использовать эмоцию, если Томас будет получен.

Бесспорно, это важный шаг для независимости страны. Другое дело, станет ли это для людей той последней каплей, которая даст им возможность сделать выбор в пользу действующего президента.

– Мне кажется, люди сейчас ждут от него другого.

– И это показывает социология, что все равно есть четкий набор вопросов, по которым надо давать ответ. Война, рабочие места, цены, тарифы – это базовые вещи. И коррупция. 

«Мне кажется, что Зеленский пойдет на выборы» 

– Какие вы видите угрозы в следующей избирательной кампании? 

– Кампания будет интересной, потому что и на поле регионалов появляются новые игроки. А угрозы вполне понятны.

Во-первых, фальсификации. Кандидатов много, а структур, которые были бы способны защитить этот результат, очень мало. Поэтому попытки построить сети агитаторов, которым выдают деньги якобы за агитацию, но ключевое, чтобы они привели на участок членов своих семей и проголосовали, это будет. И некоторые кандидаты, которые уже прошли не одну избирательную кампанию, очень хорошо умеют с этим работать.

А если бы высунулся, условно, Вакарчук, у него, нет ни политической партии, ни структуры, ему защитить свой результат было бы чрезвычайно сложно, даже не говоря о том, чтобы построить сеть агитаторов. Поэтому фальсификации и сети приплаченных агитаторов, которые фактически будут сетью скупки, это опасность.

Вторая вещь – вы видите борьбу за ЦИК, и она не случайна. Потому что говорят, что побеждает не тот, за кого голосуют, а тот, кто считает. Вопрос, кто будет иметь большинство в ЦИК, крайне важный.

Еще одна важная угроза – роль олигархов. Олигархи будут ключевыми игроками. Я сейчас наблюдаю, что каждый из них играет не просто в кандидата. Каждый из них играет во второй тур, в который они ведут сразу обоих кандидатов. Зачем вкладывать в одного кандидата, если можно вложить в нескольких и 100% получить гарантию выигрыша?

Я думаю, что это не секрет, что у Медведчука есть давние контакты с Тимошенко, Нестором Шуфричем. Если у него еще есть кандидат Рабинович, то понятно, что для него выгодно, чтобы во второй тур вышли Тимошенко и Рабинович – это 100% выигрыш. Фактически, про каждого крупного олигарха можно сказать, что он хочет завести во второй тур двух своих кандидатов.

Электоральные поля в Украине очень интересно делятся. Вот условно, я рисовала поле Запад – прозападный электорат, вот Восток – восточный электорат. Вот молодежь – молодые избиратели, есть старые избиратели. Мы фактически идем на изломе. После того, как у нас был, есть неподконтрольный Донбасс, восточного стало меньше, чем прозападного электората, плюс неподконтрольный Крым. Поэтому основная борьба происходит за самый большой кусок электората, прозападный.

Что значит старый избиратель, старый электорат? Это консервативный электорат, который хочет выбирать проверенных лиц. Но мы сейчас живем на переломе эпох, когда подросло новое поколение, оно не смотрит телевизор, оно хочет новых героев, оно хочет новой стилистики в политике.

Последний яркий пример – это ролик Зеленского, который посмотрели на YouTube миллионы людей. Это уже не стандартный телевизор. И он говорит там только местоимениями: «Я да, а ты, потому что мы, а если мы, то всех». Всем, наконец-то, стало, понятно, о чем он говорит. Человек вложил содержание избирательной кампании в 15 секунд. Ну, такими навыками старые политики уже не обладают. «Длинные вещи» с пафосом не работают на этот молодой электорат.

– Вы думаете, что Зеленский может пойти на выборы?

– Мне кажется, что да. По крайней мере, эта ниша молодого Востока и Юга остается полностью пустой. На восточном поле работает Бойко в категории старых политиков. Рабинович пытается где-то показать, что он какой-то новый, но я думаю, что они между собой договорятся, и будет концентрация в одного кандидата. Но вот, ни один из них не придет в нишу молодых. Более того, эту нишу можно расширить за счет больших городов, которые постоянно хотят чего-то нового и яркого. Большие города хотят чего-то нового и желательно не подобного на другого.

– А если и Вакарчук, Зеленский пойдут на выборы, они друг друга сбивают?

– У них перетоки между собой. Это правда. Но они не сбивают друг друга, потому что один работает в нише молодых прозападных, а другой – в нише провосточных и южных.

И действительно это могла бы быть очень сильная связка на уровне стандартов новой политики против старой политики, от которой все устали. И это был бы тот конфликт, которого общество требует. Потому что каждые выборы – это конфликт власти и оппозиции.

Все будут играть на том, что власть повышает тарифы, власть сделала то, власть проиграла. Это будет говорить и Тимошенко, это будет вынужден говорить и Гриценко, это будет говорить Бойко. Но можно перевести в то, что вообще нужно новое качество политики. И это могут сделать только те, кто будут ассоциироваться с новой политикой.

– Если они идут на выборы, то действительно меняют политическую карту? 

– Однозначно и очень серьезно. Если они на выборы не идут, то в принципе мы можем говорить, что у нас есть лидеры – это Тимошенко, Гриценко, Бойко и Порошенко.

Если выходят Вакарчук и Зеленский, то предсказать результаты выборов чрезвычайно сложно. Они могут получить очень серьезно от всех, кто не определился с выбором, а это 25%. Если люди неопределенные в отношении старых политиков, значит, они ждут чего-то нового. Я часто слышу фразы, что мы дожились до того, что певец, комик могут быть кандидатами в президенты. На самом деле, это голосование не столько за Вакарчука или Зеленского. Это голосование с фигой в кармане старым политикам, которые достали.

– Но в этих новых лиц нет опыта. А чтобы управлять страной, надо знать, как все работает.

– А с другой стороны, им достаточно сказать – хорошо, опытные политики, и к чему вы привели страну, к каким результатам? То, может, ваш опыт работает против вас? Может, нам нужен новый опыт? Опыт без бюрократического опыта. Это я вам просто ответ сразу формулирую, который может дать новая политика.

С другой стороны, во время войны консервативный электорат ищет условного нового, и он его видит в Гриценко, который сейчас не ассоциируется с властью, но который уже имеет опыт государственного управления.

«На кампании тратят от десятков до сотен миллионов долларов» 

– Сколько реально сейчас стоит президентская кампания? 

– Смотря для кого. Для кандидата власти это однозначно дороже. Для нового кандидата, который работает с новыми медиа, это будет значительно дешевле. Порядок цифр напрямую зависит от того, сколько ты готов потратить на структуры, потому что это все люди, которым нужно заплатить деньги.

Если у тебя есть административный ресурс, то можешь тратить меньше, но это рискованная история. На кампании тратят, начиная от десятков миллионов долларов, доходя до сотен и даже сотен миллионов долларов.

– Например, сколько Порошенко может потратить на кампанию? 

– По состоянию на данный момент я не вижу больших вложений. Я вижу только бордовую рекламную кампанию, а это не стоит дорого.

– В июне мы вместе с моим коллегой Романом Романюком опубликовали текст об избирательном штабе Петра Порошенко. Мы писали, что вы занимаетесь медийной составляющей штаба. После публикации вы возмущались, что наша информация некорректна. Когда вы перестали работать с президентом? 

– Мы сделали исследование, провели фокус — группы, сделали свой вариант стратегии, предложили свои лозунги, которые не были до конца восприняты, и все. С мая прекратили сотрудничество.

– Из-за чего?

– Я не могу ничего плохого сказать о команде президента. У него есть своя устоявшаяся команда во главе с Игорем Грынивым, с которой он привык работать. Идеи Грынива имеют больший отклик у Порошенко.

Это абсолютно нормально. Каждый ищет себе технолога, кого он понимает и кто понимает его. И они вместе движутся к каким-то вещам. В конце концов, Гринев уже один раз поработал, чтобы Порошенко выиграл выборы. Понятно, что у президента есть к нему доверие и в отношении второго срока. То есть там есть другая команда, и она будет работать.

– Вы знаете, что старая команда будет работать, или только догадываетесь?

– Как я вижу, она сейчас работает.

– Грынив будет главным стратегом кампании Порошенко?

– По состоянию на сегодня он таким является. Что уже будет дальше – посмотрим, жизнь покажет. 

— Такая же история с Александром Турчиновым. Нам еще полгода назад говорили в АП, что Турчинов возглавит штаб Порошенко на президентских выборах. Но недавно Турчинов написал в Facebook, что заниматься выборами он не собирается. 

Александр Валентинович никогда не возглавлял штаб Порошенко. Его самоопределение в этой избирательной кампании – работать секретарем СНБО.

– Просто нам не один человек рассказывал, что именно в кабинете Турчинова происходили некоторые избирательные совещания… 

– Меня там не было, я не была на избирательных совещаниях в его кабинете.

– Я о другом. Со стороны кажется, что между Порошенко и Турчиновым произошел какой-то конфликт. Может, вы что-то проясните по этому поводу? 

– Президент Украины является главой СНБО. Секретарь СНБО является человеком, который готовит предложения для Совета национальной безопасности, является коллективным органом. Во время войны они обязаны работать в сфере безопасности и обороны. Я убеждена, что это сотрудничество чрезвычайно эффективно. Между ними наладились очень хорошие отношения, и я думаю, что в этом плане они будут продолжать работать. А избирательные истории – это уже совсем другое определение.

– Порошенко пойдет на выборы или нет?

– Я думаю, что до конца мы не будем иметь ответа на этот вопрос.

– Почему?

– Потому что задача Порошенко – удержать страну управляемой. В случае если будет понятно, что Порошенко на выборы не идет, то произойдут настолько хаотичные движения переориентации на разных кандидатов, что это может угрожать политической стабильности государства. Поэтому я думаю, что он сам будет определяться уже непосредственно на старте официальной кампании, вплоть до последнего дня.

– Перед Новым годом он скажет, идет или не идет?

– Да, я слышала от президента заявления, что он еще ни одни выборы не проиграл. Поэтому думаю, что он только зимой сможет оценить ситуацию, в состоянии ли он их выиграть.

Я не вижу проблемы, если Порошенко примет решение не баллотироваться в этой кампании. Свою историческую роль стабилизации государства во время войны он, очевидно, выполнил. Но, бесспорно, Порошенко является сильным политиком, и, бесспорно, он имеет амбиции выиграть второй раз и получить срок президента.

Напомню, что это удавалось в Украине только одному кандидату Леониду Кучме, из-за чрезвычайно отличных обстоятельств. Когда у Кучмы были и подконтрольные СМИ, когда интернет не был столь распространен, когда все олигархи сделали на него ставку, и когда и запад, и восток его поддержали.

– Верите ли вы, что Порошенко попадет во второй тур?

– Все может быть. Вспомните Кучму и его раскол оппозиции. Если он сможет распылить поля своих конкурентов – спокойно может попасть. Это напрямую зависит от того, как себя поведут властные партнеры Порошенко, то есть Гройсман, Кличко и Яценюк. Если кто-то из них пойдет на выборы, то выйти во второй тур Порошенко будет почти невозможно.

– Тогда кто больший конкурент для Порошенко? Гриценко или Тимошенко?

– То, что я вижу по перетоках, Гриценко. Вообще, Гриценко сегодня крупнейший конкурент для всех. Во втором туре он выиграет во всех кандидатов. У Тимошенко, Бойко и у Порошенко. Пока что условный кандидат Вакарчук и Зеленский не вышли. Но я так понимаю, что и у них тоже. Поэтому я думаю, что он, сегодня является самой опасной фигурой для всех остальных, именно через проекцию второго тура.

Я не чувствую, что «Народный фронт» на грани раскола 

– Вернусь к 2014 году. Вы были главным технологом партии «Народный фронт» на выборах в Раду. Расскажите, как вам удалось тогда выиграть? 

– Достаточно просто все было. В 2014 году к премьер-министру Арсению Яценюку было высокое доверие, люди реально очень переживали, что любая смена власти на уровне Кабинета министров приведет к невыплатам зарплат, пенсий и подобных вещей. Деньги были нужны и на армию, и на социальные платежи. Поэтому, конечно, лошадей на таких переправах не меняют.

Донести то, что он должен остаться премьером, – это было ключевым тезисом, и мы это сделали. Дальше уже произошло то, что произошло. Ему пришлось поднимать тарифы. Поднятие тарифов ожидаемо привело к падению рейтингов. Дальше было много скандалов и медийных атак. Как оказалось, общенациональный канал за месяц-второй может убить любого политика в Украине, включительно премьер-министра.

– Сейчас рейтинг Яценюка колеблется в пределах 1%. Будет ли ребрендинг партии? 

– Это будет решаться, я думаю, на съезде. Считаю, что это был бы логичный шаг, но это только мое мнение.

– К президентским выборам Яценюка не готовят? 

– По крайней мере, мне об этом неизвестно. Но я уверена, что если Яценюк будет готов принять участие в выборах, то партия его, во-первых, поддержит, а во-вторых, учитывая его политический опыт, это может быть достаточно яркая кампания. Он все-таки принадлежит к плеяде молодых, но опытных политиков.

Хотя сегодня рейтинги и негатив к Яценюку остаются на достаточно высоких подходах, как показывает опыт Тимошенко и даже Петра Порошенко, все реинкарнации в Украине возможны. Вспомните, какие рейтинги были у Порошенко после скандала в 2005 году. Вспомните, сколько падений пережила Юлия Тимошенко в своей политической жизни. И как она умеет порождать эти реинкарнации самой себя.

– А если бы Яценюк спрашивал вас, принимать ли ему участие в выборах, что бы вы ему ответили?

– Для политика его уровня очень сложно быть аутсайдером кампании. Мне кажется, что один цикл президентской кампании можно пропустить и серьезно поработать над конституционными изменениями, если это было заявлено базовой стратегией партии.

– Относительно «Народного фронта» ситуация немного неоднозначная. Я сейчас вижу, как дрейфует часть депутатов в сторону Тимошенко. Например, Емца открыто фотографируют, как он сидит на обсуждении конституционных изменений Тимошенко. Так же наши источники говорили о том, что Тимошенко постоянно встречается с Арсеном Аваковым, Николаем Мартыненко. Какова ситуация внутри партии? НФ на грани раскола?

– Я не чувствую, что партия на грани раскола. Но осенью партия будет решать вопрос о базовой стратегии участия в президентской или парламентской кампании.

– Премьер Владимир Гройсман активно демонстрирует свою близость с Арсением Яценюком. Могут ли они вместе создать свою партию? 

– Два премьера, которые подняли тарифы… Когда пережили одно цунами – давайте переживем второе и объединимся (смеется). Знаете, в политике возможно все. Но я не вижу целесообразности делать это, ни одному, ни другому.

– Как вы вообще оцениваете политическое будущее Гройсмана?

– Гройсман – это политический счастливчик. С мэра Винницы в спикерское и премьерское кресло – наверное, это самый стремительный скачок политической карьеры в Украине. Но мне кажется, что, пережив эту осень, ему придется набираться политического опыта, скажем так, с определенной паузой.

– Что вы имеете в виду? Вы намекаете на поднятие тарифа на газ для населения, что приведет к падению симпатий к Гройсману? 

– (Улыбается) Я лишь говорю о том, что в украинской политике существуют паузы, если ты был при власти.

Авторы: Роман Кравец, Эльдар Сарахман

Источник: Украинская правда

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий