Евгений Дикий: Впервые за 20 лет украинские женщины отправятся в полярную экспедицию

20.11.2018 – Ежегодно Украина отправляет в Антарктиду на станцию «Академик Вернадский» экспедицию. Сейчас продолжается отбор новой команды. В отряд зимовщиков ищут 12 человек: семь ученых, три специалиста инженерно-технического персонала (дизелист-электрик, системный механик, системный администратор), врача и повара. Зарплата – от 25 тыс. грн. в месяц.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Конкурс в экспедицию в этом году составляет более 10 человек на место. Чтобы попасть в команду полярников, надо быть гражданином Украины или иметь разрешение на постоянное проживание, владеть иностранным языком (английским или испанским), не иметь хронических заболеваний и противопоказаний к работе в экстремальных условиях Антарктики, как и быть готовым к тому, что экспедиция продлится целый год.

В марте уже сформированная команда ученых и технического персонала прибудет на антарктическую станцию Вернадский. Эта экспедиция – 24-я по счету, она должна стать особенной. Команду сформируют по открытому конкурсу, к которому допустят женщин. Присылать анкеты можно до 30 ноября 2018 года.

Читайте также: Как на украинской станции Вернадского в Антарктике считают пингвинов и китов

Предприниматель и футуролог Валерий Пекар – о том, каким будет мир в 2030 г.

Новый глава полярников Евгений Дикий: Антарктика теперь открыта для всех, независимо от пола

Практическая значимость прогнозов погоды

Синоптик Наталья Диденко: То, что человек боится глобальных проявлений природы – нормально

Инициатором изменений выступает Евгений Дикий – исполняющий обязанности директора Антарктического центра. Дикий – кандидат биологических наук, преподавал в Киево-Могилянской академии, был научным сотрудником Национальной академии наук и Национального педагогического университета им. Драгоманова.

Сейчас продолжается конкурс по отбору команды полярников 24-й антарктической экспедиции на станцию «Академик Вернадский». Это первый открытый конкурс?

По документам Антарктического центра конкурс был открытым и ранее. На сайте центра объявление о наборе команды вывешивали каждый год, но на практике состав экспедиции формировался вне конкурса.

Как до 2018 года проходил отбор участников?

Ранее глава центра единолично принимал решения, кого пускать, а кого нет. Я по себе помню, что это такое, когда просто из субъективных соображений ты «не подходишь». Начиная с этого года все решения по набору команды, будут приниматься коллегиально. Членов экспедиции, которая отправится на станцию «Академик Вернадский» на зимовку, будет отбирать специальная комиссия из 5-6 человек.

В Антарктиду отправляем и сезонный отряд ученых. В отличие от зимовщиков, которые будут жить на станции год и вести систематические наблюдения, сезонные отправляются туда максимум на два месяца, во время антарктического лета, когда лед размораживается и к материку можно добраться кораблем. За это время ученые отбирают необходимые биологические и геологические образцы, которые затем исследуют в лабораториях в Украине.

Отбирать научные проекты, которые ученые будут реализовывать во время этой экспедиции, будет специальный научно-технический совет.

И уже ориентировочно 18-20 января 2019 года планируем отправить на станцию «Академик Вернадский» сезонный отряд, чтобы он проработал там около двух месяцев — до конца марта.

«В этом году 20% заявок в команду полярников подали женщины» 

Много ли поступило заявок от желающих поехать в Антарктиду? 

Уже подано 130 заявок (по состоянию на начало ноября). Больше всего желающих в этом году на должность ИТ-специалиста — системного администратора, вошли 36 человек, из которых 35 мужчин и одна женщина. На втором месте – позиция повара. На эту вакансию подано — 23 заявки: 13 мужчин и 10 женщин. Еще девять заявок на должность механика, 11 — на дизелиста, 20 — на врача, из которых восемь заявок от женщин. Пока мало заявок от ученых. На семь должностей поступило только 17 анкет, среди них семь женщин.

Прием заявок продлится до конца ноября.

Есть ли заявки от молодых ученых?

Есть и даже от очень молодых.

Ведь раньше вы жаловались, что в антарктическую экспедицию хотят попасть преимущественно пожилые люди, и это является проблемой.

Да, есть проблема смены поколений. Люди, которые подались на конкурс, в возрасте от 18 до 65 лет. Но самому младшему конкурсанту на должность ученого 23 года, для научной работы требуется высшее образование.

По возрасту, мы никого дискриминировать не будем. Разве что состояние здоровья у тех, кому за 55 лет будут проверять тщательнее.

Кстати, бейз командеру — нынешнему начальнику экспедиции, он, сейчас, на зимовке, Виктору Сытову как раз исполнилось 60 перед отправкой экспедиции.

Еще одно отличие будущей экспедиции: открыт набор и для женщин.

Да, в течение последних 20 лет Антарктида была закрыта для украинок. Но в первых украинских экспедициях женщины участвовали. Например, в 1997 году на зимовку в составе команды из девяти человек отправили четырех женщин.

Насколько я понимаю, решение не брать женщин в последующие экспедиции принималось, исходя из абсурдных соображений. Часть мужчин жаловались, якобы их в Антарктиду жены не пустят, если на станции будут другие женщины. Но никто не задумывался, что это их личные проблемы. Почему из-за этого женщина-ученый не имеет права работать в Антарктиде? Логика примерно такая, по которой мусульманок заставляют носить чадру, чтобы якобы те своим видом не соблазняли мужчин.

Даже некоторые врачи позволяли себе утверждать, что организм женщины не приспособлен к условиям Антарктики. Рядом с нами работает американская станция «Палмер», где такие же погодные условия, и там половина команды – женщины. Директором полярных программ Национального научного фонда США является Келли Фолкнер, которая в течение пяти лет была начальником на американской антарктической станции «Амундсен-Скотт», расположенной непосредственно па Южном полюсе. И это не мягкие условия на станции «Академик Вернадский», а это -80 градусов зимой.

Но запрет женщинам был неофициальным? Как именно он реализовался на практике?

Неофициальный, но очень жесткий. На сезон, то есть на короткий период антарктического лета, два или три раза женщины пробились все-таки на Антарктиду на протяжении последних 20 лет. Но заявки на зимовку даже не рассматривали. Кстати, нам даже пришлось анкеты для участников отбора переделать, потому, что они были прописаны исключительно под мужчин. Например, были пункты, где надо было указать «жену», но не было вопроса о «муже».

В состав 23-й экспедиции, которая находится в Антарктиде с марта 2018 года, входят только мужчины, потому что формировался он еще до смены руководства центра. Но уже в составе сезонной экспедиции в этом году успела поработать биолог Оксана Савенко. Результатом ее труда стал совместный украинско-американский проект по изучению генетики антарктических китов и тюленей.

В этом году из 116 заявок на зимовку 20% — женские. И я думаю, что примерно где-то в этой пропорции будут распределены места в 24-й экспедиции. А в сезонную экспедицию, надеюсь, добьемся приблизительного гендерного паритета.

Есть ли в других странах такой запрет?

Руководителем Турецкой антарктической экспедиции является женщина Бурджу Озсой, хотя Турция – мусульманская страна. Насколько я знаю, в белорусские экспедиции пока женщин не берут. Россия отправляет достаточно крупные экспедиции, поэтому я думаю, хоть небольшое количество женщин все же попадает в состав команды, но там также засилье «суровых бородатых полярников».

Есть информация, что табу на женщин ввели, ссылаясь на опыт немцев, потому что якобы в 1991 году немецкая станция отправила в экспедицию только женщин, которые «сломали всю инфраструктуру». Вам что-то известно об этой истории? 

Что интересно, в немецких источниках я никакой информации об этом не нашел. Это обычные байки. Такое впечатление, что есть определенный круг мужчин-шовинистов, которые считают себя супер крутыми мачо, потому что когда-то побывали на станции «Академик Вернадский».

На самом деле год на станции в Антарктиде можно сравнить с годом на Востоке – ведь на фронте каждый 10-й боец ВСУ – девушка. Значит, на войну женщин брать можно, а в курортных условиях станции «Академик Вернадский» они будут создавать проблемы?

Для женщин, которые изъявят желание отправиться в Антарктиду на зимовку, будут такие же правила отбора, что и для мужчин? 

Абсолютно. Мы создаем действительно равные условия, и поблажек женщинам не будет.

Насколько сложные погодные условия в широтах, где расположена станция «Академик Вернадский»?

Если британцы еще на станции Фарадей (такое название имела станция «Академик Вернадский», пока ее не продали украинцам за символическую сумму в 1 фунт в 1996-м) зафиксировали самую низкую температуру в -46 градусов, то за 22 года украинцы уже зафиксировали самую низкую температуру в -35 градусов. Летом там температура вообще колеблется в пределах от -5 до + 5 градусов. Это не Южный полюс, где зимой бывает -80 градусов.

Но на острове Галиндез, где расположена украинская станция, очень высокая влажность около 90-100% практически в течение всего года. Поэтому эти -35 градусов человеком воспринимаются как все -45 градусов.

Кроме того, на станции бывают очень сильные ветры: шквалы до 40 м/с довольно распространенное явление. Как бы это странно не звучало, но из-за этого мы не можем на станции вести ветровую энергетику, потому что при таких сильных порывах ветровые генераторы просто сорвет.

С точки зрения погодных условий, там нет чего-то такого фантастического, экстрим там заключается в другом.

Что же является самым сложным для жителей станции? Психологический момент? 

Там жизнь четко делится на сезон и не сезон. Три месяца открытая вода, могут заходить корабли. Это называется сезоном, тогда есть контакт с внешним миром. А дальше девять месяцев станция закрыта: из-за льда к ней не пробиться. И вот тогда эти 12 человек, которые отправились на зимовку, в течение девяти месяцев не видят никого кроме друг друга. Причем они вместе находятся круглосуточно: наносит под два метра снега, то есть далеко от станции, никуда и не пройдешь — все крутятся в ее пределах.

Кроме того, шесть месяцев с тех девяти они не видят солнца: длится полярная ночь.

На Антарктическую программу в год тратится 72 млн. грн. Достаточно?

Столько средств выделили на программу в этом году. Но это рекорд — никогда так много не выделяли. Лилия Гриневич – это первый министр образования и науки, который наконец-то позаботился не только о том, чтобы обеспечить экспедицию, но и о ремонте и модернизации станции. А ее не ремонтировали еще с британских времен!

И вот эти 72 млн. грн. включают 15 млн. грн. именно на ремонт и модернизацию. До этого года выделяли до 60 млн. грн., и в следующем году Минфин вновь хочет предложить нам 60 млн. грн. Видимо, в их понимании, если за 22 года не ремонтировать станцию, то достаточно один раз выделить 15 млн. Но чтобы станцию осовременить, надо еще, хотя бы в течение двух лет выделять средства не только на экспедицию, но и на ремонт.

Вам за год удалось сэкономить на публичных закупках через систему Prozorro?

Сэкономить удалось, но не так благодаря, как вопреки Prozorro. Авторы этой системы публичных закупок не предусмотрели, что время также является ресурсом. Prozorro позволяет практически неограниченное количество раз оспаривать каждый из этапов закупки, и на рассмотрение каждой жалобы отводится по 18 дней.

А для нас затягивание времени выглядит катастрофическим. Станция открыта для кораблей только в течение трех месяцев в году, и за это время нам надо успеть завезти туда команду, провизию и горючее на будущий год.

Если не успеем, люди на станции рискуют остаться забаррикадированы льдом без запасов, и как их эвакуировать – неизвестно.

Два года подряд, в 2017-2018 при разных директорах проведение торгов через систему Prozorro затягивалось, доходило к моменту, когда уже вот-вот закроется станция льдом. Поэтому в Центре были вынуждены объявлять чрезвычайную ситуацию и в связи с этим переходить к процедуре переговоров.

В 2017 году переговорная процедура была проведена с одной компанией, которой пришлось отдать всю сумму, которая была заложена в бюджете. За время моего руководства мы уже на переговорную процедуру пригласили все компании, которые подавались на Prozorro. Пришли представители двух из них. Переговорную процедуру провели прямо в зале Министерства образования и науки с онлайн-трансляцией, пригласили прессу. И когда компании «столкнулись лбами», еще и под видеозапись – цена упала. Таким образом, нам удалось сэкономить около 10 млн.

Хочу добавить, что по нашей просьбе народный депутат Игорь Лапин подготовил и зарегистрировал в Верховной Раде законопроект №9155, который предусматривает выведение закупок для станции «Вернадский» и экспедиции с электронной площадки закупок Prozorro.

Объясню нашу позицию. В Украине нет конкуренции среди компаний, которые организуют отправление антарктических экспедиций. Однако она есть среди компаний, работающих в южноамериканских портах – Пунто-Аренас в Чили, или Ушуайя в Аргентине. Но Украина не делает у них крупных заказов – бюджет антарктической экспедиции очень мал, поэтому у этих компаний нет стимула, нанимать знатоков украинского права и украинского языка, чтобы принимать участие в торгах Prozorro.

А украинские компании, которые предлагают Антарктическому научному центру свои услуги по логистике, в результате нанимают потом в чилийских портах субподрядчиков, заложив себе немалую маржу.

Значит, через Prozorro вы можете приобрести в Украине только услуги посредника, а с помощью законопроекта стремитесь покупать товары и услуги напрямую?

Да. Притом этих компаний, даже посредников, очень мало, тогда как там, вблизи Антарктики, формируется полноценный конкурентный рынок логистических услуг. Соответственно, убрав посредников – почти монополистов, можно будет существенно сэкономить. Мы хотим и можем ехать в Чили или в Аргентину и договариваться на месте, но для этого нужно откорректировать закон.

Кроме того, есть смысл кооперироваться с чехами, поляками, болгарами, у которых тоже достаточно малобюджетные антарктические программы. Мы могли бы закупать определенные услуги по транспортировке грузов и членов команд в складчину. Тогда как Prozorro этого не предусматривает.

Вообще, когда законодатели принимали закон о публичных закупках, о нас просто забыли. Закон предусматривает, что все украинские посольства, консульства и иные учреждения за границей проводят закупки на месте, в стране пребывания, а не через Prozorro. У нас точно такая ситуация, но об этом не упомянули, поэтому теперь пробуем, это исправить.

Уточняю, мы просим вывести закупки исключительно для «Вернадского» и экспедиции, а не все расходы Антарктического центра. Все товары и услуги центра в Украине, мы, конечно же, будем закупать на Prozorro, а вот для Антарктики, сорри, это не работает.

На что планируете потратить сэкономленные 10 млн. грн.?

Часть из них пойдет на морскую экспедицию, часть – на модернизацию станции, потому что выделенных из бюджета 15 млн. не хватило на все нужды. А еще часть потратили на то, чтобы погасить долги Украины перед международными организациями в системе договора об Антарктике.

Украина несколько лет не платила взносы в комитет исследований Антарктики SCAR, из-за этого с полноправного члена нас снизили до наблюдателя.

«Очень остро стоит вопрос восстановления украинского научного флота» 

Вы вспомнили о морской экспедиции, расскажите о ней. 

В экспедиции примут участие девять сотрудников Антарктического научного центра, надеюсь, что и я в том числе.

Судно нам обеспечивает украинская частная компания Interpromflot. Это будет рыбопромышленный крылевой траулер «Море содружества», на котором вылавливают антарктическую креветку, криль в водах вокруг Антарктики.

15 ноября мы выходим из порта Кейптаун, пересекаем Южную Атлантику в направлении Антарктиды.

Основная часть научной команды — восемь человек — планируют отработать на судне месяц, после чего вернуться домой. А кандидат биологических наук, ихтиолог (ученый, который исследует рыб) Карина Вишнякова останется там на все время промысла, до мая следующего года.

На протяжении всего пути Атлантикой геофизики Национальной академии наук во главе с членом-корреспондентом НАН Николаем Якимчуком будут выполнять геологические исследования: они «просканируют» земную кору методами магнитного резонанса до глубины около 100 км.

Когда же судно выйдет в район пролива Брансфилд, основная работа ляжет на плечи биологов. Они впервые после 2001 года будут измерять количество запасов атлантического криля на полигоне, который выделила Международная комиссия с морских живых ресурсов Антарктики.

Одна из уникальных особенностей этого рейса: на корабле «Море содружества» будет установлен целый комплекс океанографической аппаратуры, интегрированной в так называемый FerryBox. Он позволяет все время, пока судно будет на промысле, а это вплоть до мая 2019 года, измерять 14 параметров морской воды: начиная от таких простых, как температура и соленость, заканчивая пигментным составом, чтобы знать, какие группы водорослей на каком участке океана преобладают.

В Южном океане (совокупности южных частей Тихого, Атлантического и Индийского океанов, окружающих Антарктиду) таких исследований никто еще не делал. Сама технология является очень новой — такие FerryBox появились менее 10 лет назад. Преимущественно их используют сейчас в Северном море и на Балтике.

А в Антарктике украинская компания будет первой, которая потратила средства на приобретение такого комплекса стоимостью 160 тыс. евро.

Благодаря этому исследованию ученые смогут создать уникальную базу данных для экологического мониторинга Южного океана.

Это будет первая морская научная экспедиция для Украины с 2001 года? В чем причина такой долгой паузы?

Самое слабое место нашей антарктической программы — отсутствие собственного флота. Весь наш флот – обычные надувные лодки с подвесными моторами на станции «Академик Вернадский». На них можно отплывать максимум в пределах 30 км вокруг станции. И это еще нарушая правила безопасности, по которым вообще не рекомендуется отплывать на этих лодках дальше, чем на 12 км от берега.

На момент обретения независимости нам от Советского научного флота досталось 36 кораблей, но до сегодняшнего дня, ни одного живого не осталось. Вопрос восстановления украинского научного флота стоит очень остро.

Пока что работаем над тем, чтобы восстановить малый научный флот, а именно восстановить парусную яхту «Антарктика», которая принадлежит Национальному университету кораблестроения имени адмирала Макарова. Мы договорились с ректором о том, чтобы совместными усилиями университета и Антарктического центра попробовать восстановить эту яхту, чтобы уже следующей зимой она смогла выйти в воды Антарктики.

По станции «Академик Вернадский», какие изменения ее ожидают? На что пойдет 15 млн.?

На станции будет полностью заменена энергетическая система, системы отопления, опреснения воды, крыша.

Дизельные генераторные установки обеспечивают энергией всю станцию. Их не заменяли с 1980 года. И нам очень повезло, что они так долго смогли проработать. Это дизели шведской компании Volvo Penta. Даже сам производитель шокирован тем, что их продукт проработал 38 лет в условиях Антарктики – не без помощи украинских полярников. Volvo Penta даже говорили, что если бы была техническая возможность, забрали бы эти генераторы в свой музей.

Но, наконец-то, мы покупаем новые дизельные установки, причем в этой же компании – Volvo Penta. Не через площадку Prozorro, но если нас кто-то в этом будет упрекать, объясню: мы будем платить напрямую шведскому заводу, который нам продает установки по заводской цене – за 193 тыс. евро. В стоимость входят три дизельные генераторные установки, запасной мотор и набор запчастей и ремкомплект на три года вперед. Очень сомневаюсь, что кто-то мог бы купить их за меньшую сумму.

Будет на станции заменена опреснительная установка. Она работает с 1986 года, и сейчас ее состояние аварийное. Мы покупаем новую итальянскую установку стоимостью около 30 тыс. евро.

Котлы отопления заменялись один раз за 22 года – с того момента, как станцию передали Украине. Тогда установили самые дешевые российские котлы, которые уже почти непригодны к работе. Поэтому мы покупаем новые.

Отремонтируем также топливный бак – это единственное капитальное сооружение, которое было построено за 22 года. Но построили так, что в этом сезоне должны ремонтировать. Притом что бак, который устанавливали британцы, до сих пор нормально функционирует.

Планируется и ремонт крыши. Последний раз ее меняли в 1970-х годах британцы. Сейчас она протекает.

«Казалось бы, смешно везти в Антарктиду морозилки»

Знаю, на станции очень дорогая интернет-связь: 1 Мб трафика стоит около $200. Станет ли интернет доступнее для полярников?

Когда я только возглавил центр, полярникам были доступны лишь 0,5 Гб интернет-трафика в месяц. Они имели возможность только отправлять текстовые сообщения раз в неделю со станции «Академик Вернадский» в Киев, и раз в неделю принять на станции электронное письмо с Украины. И это в 21 веке!

Пока что мы смогли себе позволить увеличить месячный лимит до 10 Гб. Это немного, но по крайней мере у полярников есть возможность поговорить с родными по скайпу, а также пользоваться индивидуально по электронной почте, а не получать раз в неделю письмо на общий адрес. Эти 10 Гб обходятся нам в $3,5 тыс. в месяц.

Интернет для станции «Вернадский» поставляет компания Inmarsat – единственная, которая обеспечивает связь в любой точке планеты.

Еще несколько лет назад ей не было альтернативы. Но сейчас появляются новые спутники, которые покрывают территорию Антарктиды. Мы думаем над тем, чтобы в сезоне 2019 года оставить Inmarsat только как резервную связь, потому что она все-таки наиболее надежная, и при этом попробовать перейти на один из аргентинских спутников, чтобы примерно за те же деньги иметь безлимит на станции. Но пока только думаем над тем, как технически воплотить эту идею в жизнь.

Я не готов дать гарантию, что проблему с полноценным интернетом решим уже в этом сезоне. Но точно решим.

Сколько средств из сэкономленных пойдет на научные исследования?

Будем полностью обновлять метеостанцию, потому что климатические наблюдения — одни из важнейших вопросов на станции «Академик Вернадский». Украинские метеорологи ведут самые длинные во всей Антарктике ряды наблюдений. В частности, на станции был обнаружен самый высокий темп глобального потепления: средняя годовая температура поднялась на три градуса с 1970-х годов. Чтобы вы понимали, это разница между Киевом и Таллинном (Эстония), если сравнивать климат.

Очень важно, чтобы наблюдения за изменением климата осуществлялись с помощью новых современных приборов. Назад за 37 тыс. евро мы покупаем полностью финскую автоматическую метеостанцию.

Также закупаем малые автоматические метеостанции для изучения изменений микроклимата на нашем мониторинговом полигоне, дополняем парк автоматических фотокамер, которые у нас ведут непрерывные наблюдения за гнездовыми колониями пингвинов в рамках длительного международного эксперимента по мониторингу состояния Южного океана. Существенно дополняем биологическую лабораторию новыми приборами для сохранения отобранных образцов, например, покупаем морозильные камеры на минус 80 градусов.

Казалось бы, смешно везти в Антарктиду морозилки, но такое глубокое замораживание образцов необходимое для современных биохимических и генетических исследований, время спирта и формалина давно истекло. Работаем над восстановлением актинометрии – непрерывного измерения колебаний солнечной активности, которое когда-то вели британцы, но после выхода из строя их приборов, к сожалению, измерение было прервано, между тем это тесно связано с изучением проблемы озонового слоя, поэтому надеемся это направление возобновить.

Вы много надежд возлагали на сотрудничество с зарубежными коллегами, в частности с Канадой. Удалось ли договориться о совместных проектах?

Двое украинских ученых представят свои доклады на крупнейшей Арктической конференции, которая в декабре пройдет в Канаде. Мы убеждены, они вернутся оттуда с конкретными совместными проектами, и уже в следующем арктическом лете будут работать на канадских полярных станциях.

Кроме того, мы подпишем соглашение с Итальянским советом научных исследований о том, что мы позволим итальянцам работать на станции «Академик Вернадский», а украинцы получат возможность проводить исследования на двух итальянских базах: «Марио Цукелли» и «Конкордия» в Антарктиде и на базе «Дирижабль Италия» на Свальбарди (Шпицберген).

Договор подписали — теперь задача наполнить его конкретными двусторонними проектами, в которых будут заинтересованы и наши исследователи, и итальянские. Есть конкретный дедлайн: в июне 2019 года в Италии будет проводиться конкурс на финансирование проектов, куда уже должны быть поданы, в частности, совместные украинско-итальянские проекты.

От нас уже даже есть первые заявки. В частности, от ученых Николаевской астрономической обсерватории Министерства образования и науки. На станции «Академик Вернадский» они не могут проводить оптические наблюдения из-за постоянной облачности. Для этого им подошла бы обсерватория, расположенная на самом континенте Антарктида. Поэтому николаевские ученые предлагают итальянцам установить комплекс своих приборов на базе «Конкордия». Думаю, шансы, что итальянцы пойдут на это предложение, велики.

Чем сейчас занимаются полярники в Антарктиде, которые ведут наблюдение?

Работы зимовщиков и сезонного отряда очень разные, и они не заменяют, а дополняют друг друга. Зимовальный отряд – это в первую очередь «стражи», которые должны быть ежедневно, а в отношении некоторых измерений много раз в день, совершать одни и те же наблюдения. Главная ценность полученных данных – именно в длительных непрерывных рядах. Это касается климата, физики атмосферы, в частности озонового слоя магнитосферы Земли.

Сезонный отряд – «охотники и собиратели». Их задача за короткое время антарктического лета отобрать необходимые биологические и геологические образцы, которые потом весь год будут обрабатывать в лабораториях в Украине, или как мы говорим «на материке».

Ежегодно расширяется диапазон тем научных исследований в Антарктике. Уже во время 24-го сезона биологи планируют начать исследования генетики антарктических китов – такого украинцы еще никогда раньше не делали. Это совместный с американцами проект. Самое сложное для исследователя — взять образцы у китов на биопсию. Делать это необходимо специальным арбалетом. Кстати, Оксана Савенко, которая работала в сезоне этого года, от американских коллег получила весь комплекс оборудования.

Уже несколько лет на станции работает система Харьковского радиоастрономического института. Ученые исследуют данные, поступающие с трех антенн, одна из которых расположена на станции «Вернадский», одна — на Шпицбергене, и еще одна — под Харьковом в селе Мартовая.

По этим трем одновременно работающим антеннам харьковские исследователи мониторят изменения грозовой активности по всей планете. По этой грозовой активности ученые делают выводы о последствиях глобального потепления. Потому постоянное измерение температуры ведется только на суше — а это всего лишь 30% площади планеты.

Харьковчане решили проблему, как делать измерения над поверхностью океана. Чем больше нагревается поверхность Мирового океана, тем больше из него испаряется влаги, а чем интенсивнее испарение, тем интенсивнее грозовая активность. И харьковчане благодаря данным, которые собирают из антенн в Арктике, Антарктике и средних широтах Северного полушария, имеют независимые от данных метеостанций доказательства глобального потепления.

Автор: Яна Степанковская

Источник: Главком

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий