Председатель АРМА Антон Янчук: Бизнес должен осознать, что нет никакого смысла в напряженной борьбе с нами

Председатель АРМА Антон Янчук

03.02.2019 – В интервью УНИАН председатель Национального агентства Украины по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученными от коррупционных и других преступлений, Антон Янчук объяснил принципиальные основы работы агентства и почему АРМА зависит от других правоохранительных органов.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Кроме того, он рассказал об угрозах со стороны владельцев активов, о поиске управляющих для Межигорья и «Росток-Холдинг», а также о том, почему работа АРМА выгодна налогоплательщикам.

Читайте также: Руководитель САП Назар Холодницкий: Квартира депутата в центре столицы – это победа, а авто министра – измена?

Адвокат Алексей Баганец: Юрий Луценко действует как политик: работает ради пиара

Представитель Интерпола Василий Неволя: Нам запрещено любое вмешательство в дела политического, военного и религиозного характера

Банковский хагер-магер: как в Национальном банке Украины распутывали структуры собственности украинских банков

Директор НАБУ Артем Сытник: Знал, что будет тяжело, но не думал, что будет такое сопротивление

Для рядового гражданина АРМА остается малоизвестным органом, а принцип вашей работы до сих пор многим непонятен. Зачем Украине нужна ваша структура?

Для создания АРМА были как внутренние, так и внешние предпосылки. У АРМА есть несколько функций, из них сейчас ключевыми являются две. Первая – это розыск имущества для целей его ареста в уголовном производстве. И вторая функция – это управление уже арестованным имуществом только в уголовных процессах.

Что касается первой функции, то внутренняя причина создания АРМА заключалась в том, что государственным языком называется «низкой институциональной способностью правоохранительных органов к поиску имущества, на которое можно наложить арест». У стороны обвинения (следователей, прокуроров, детективов) обычно нет специфических знаний, технических средств, доступа к источникам информации и даже времени этим заниматься. Тем более, если речь идет о розыске имущества за границей.

Простой пример: если следственному органу в Украине нужно узнать о наличии или отсутствии имущества у определенного лица на территории, условно, Германии, то при отсутствии такого органа, как АРМА и сети аналогичных органов в Европе, возникли бы вопросы. К кому обращаться? Это же надо обратиться на немецком языке, а языковой барьер? А если речь идет о розыске имущества на территории десяти стран, задача усложняется еще больше.

Обычно правоохранительные органы этим либо не занимались, либо на примитивном уровне писали письменные запросы некоторым держателям государственных баз данных, и неделями ждали ответа.

Внешняя предпосылка создания АРМА известна (здесь нет тайны) – в рамках диалога по введению безвизового режима европейская сторона прямо рекомендовала Украине создать организацию, которая бы специализировалась на розыске имущества для целей его ареста.

На уровне стран-членов ЕС еще с 2007 года стало обязательным внедрение в пределах каждой юрисдикции такого центрального органа, который бы занимался этими вопросами и чтобы не только оперативно предоставлял информацию правоохранительным органам, но и ускорял трансграничный обмен информацией о розыске активов.

Каким образом происходит этот трансграничный обмен информацией? 

На самом деле, разыскивать за рубежом имущество, на которое необходимо наложить арест, в пределах инструмента международной правовой помощи – сотрудничества государств в рамках гражданских и уголовных производств. Это широкий и мощный инструмент с большим недостатком – медлительность. Если им пользоваться для розыска активов, то это займет от нескольких месяцев до нескольких лет. В ЕС это поняли, поэтому была создана сеть органов с гораздо более узким мандатом: создавать запросы, обмениваться информацией для розыска активов для целей их ареста.

Модель, созданная европейской стороной, предусматривает, что соответствующие органы должны быть своеобразными хабами для трансграничного обмена информацией, так как все они объединены соответствующими международными сетями. Чтобы войти в такую сеть, надо отвечать по мандатам их требований, присоединиться к правилам процедур обмена информацией. Одна из наиболее известных сетей – CARIN – объединяет 56 юрисдикций.

АРМА является полномочным членом CARIN от Украины. Если нам нужно достать информацию об имуществе, какого-либо лица на территории любой из стран в этой сети, мы обращаемся к их уполномоченному органу. Он обязан нам ответить. Так же, если этот орган запрашивает информацию у нас, мы обязаны ответить.

К каким еще сетям уже присоединилось АРМА?

На сегодня АРМА является членом всемирных глобальных сетей CARIN, StAR, Интерпол, Европол. Кроме них, есть так называемые региональные сети. Например, сеть стран по розыску имущества в пределах Карибского региона, Африканского региона, Тихоокеанского. Таких региональных сетей около восьми, во все эти сети АРМА вошла как авторизованный член. Мы имеем технические и юридические возможности обмениваться с ними информацией.

Вы упоминали, как правоохранители могли неделями ждать ответ… Как быстро теперь вы можете получить нужную информацию, благодаря коммуникации с аналогичными мировыми структурами?

В каждой из сетей свой регламент обмена информацией и требования к степени защиты информации. Также каждая сеть имеет свои требования к минимальным, максимальным, номинальным срокам ответов.

В CARIN обмен информацией происходит путем направления запросов электронными средствами с определенной степенью шифрования, у спрашивающего есть возможность самостоятельно устанавливать временной режим ответа на запрос. Минимальный срок составляет восемь часов, несмотря на текущее время суток. Чтобы быть должным членом CARIN, надо соблюдать правила процедуры. Поэтому, если нам придет запрос дать в течение восьми часов ответ – мы должны это сделать.

…даже если у нас на часах одиннадцать вечера?

Абсолютно верно. Юридически мы имеем такую же возможность.

Сейчас мандат АРМА на трансграничный обмен информацией признается аналогами по всему миру, не только ЕС. Весь обмен информацией происходят на началах взаимности: я тебе, как ты мне. Поэтому эффективность предоставления информации иностранными органами на запросы АРМА напрямую зависит от того, насколько мы качественно и быстро будем предоставлять им информацию. Мы для этого делаем все возможное, теперь дело за дальнейшим постепенным налаживанием сотрудничества.

За прошлый год мы прислали более 80 запросов через подобные сети о розыске активов. И получили 15 запросов от иностранных государств о розыске активов на территории Украины. Но это, же только первый год работы. Напомню, что на уровне всех государств-членов ЕС подобные учреждения стали обязательными в 2007 году решением Совета Европы, но вводилась система еще с 2000-х.

Назовите главные принципиальные основы работы АРМА по розыску имущества. Что главное в этом процессе?

Мы не имеем права самостоятельно решать, что разыскивать. Простое сравнение: если правоохранительный орган узнает о признаках совершения преступления, например, со СМИ, он может начать уголовное производство. А если будет журналистское расследование, из которого следует преступность происхождения определенных активов – АРМА не может начинать активности по розыску имущества.

У нас исчерпывающий круг лиц, которые вправе поставить нам эту задачу – следователь, детектив, прокурор, орган досудебного расследования, орган прокуратуры, следственный судья, суд. Конечно, к нам обращаются и другие, не зная, как работает система. Но мы не можем разыскивать имущество по запросам журналистов, обманутых вкладчиков коммерческих банков, народных депутатов.

Второе правило: содержание наших розыскных мероприятий прямо пропорционально содержанию запроса. Значит, если в запросе указано «просим разыскать имущество, принадлежащее гражданину Х на территории Украины прямо в праве собственности» – АРМА не может обращаться в иностранную юрисдикцию, искать третьих лиц.

Мы начали свою работу в октябре 2017 года, в целом за 2017 год у нас было около 70 запросов о розыске имущества. В 2018 году – более тысячи. Сейчас мы присоединились к девятнадцати государственным реестрам и большому количеству других источников информации.

На сегодня практически все правоохранительные органы поняли, что для них это интересная опция. Потому что вместо того, чтобы самостоятельно разыскивать имущество, им достаточно направить нам запрос. Кроме того, по запросу АРМА без судебного решения мы имеем доступ к «банковской тайне», а этого у правоохранительных органов нет.

Вы вспомнили народных депутатов. Они к вам обращались?

В моей памяти не обращались.

Хорошо, в целом, довольны ли вы сотрудничеством с правоохранительными органами? 

В общем, да. Все правоохранительные органы мы рассматриваем как партнеров. Во-первых, не выделяем среди них хороших или плохих. Мы осознаем, что лишь ровное и добросовестное отношение к каждому из них приведет к положительному результату в сотрудничестве. Во-вторых, мы во многом зависимы от их активности. Если будут от них запросы о розыске – будет поле для нашей работы и развития. Количество и содержание этих запросов также влияет на нашу активность.

Согласно слов Андрея Потемкина, можно сделать вывод, что в АРМА есть определенные разногласия с прокуратурой, которая, например, несет ответственность за все, что произошло в Межигорье. Из-за того, что имущество разворовано, а непонятные личности развели предпринимательскую деятельность… 

Правоохранительная система Украины – это огромный организм, который исчисляется сотнями тысяч сотрудников. Конечно, у нас не может быть стопроцентной синергии с каждым ее представителем. Но если говорить о сотрудничестве в целом с правоохранительными органами, которых в Украине достаточно много, и с органами прокуратуры, то оно является абсолютно оптимистичным.

… по словам Потемкина, в конкурсе на руководство Межигорьем участвовали только два кандидата. Один среди них – это те лица, которые сейчас там руководят. Он объясняет такую непривлекательность актива «медийным негативом» вокруг актива. А вы как считаете?

Межгорье является чрезвычайно известным объектом в Украине, который воспринимается, как некая константа, нечто целостное, некий ассоциативный ряд с событиями Революции достоинства. Но когда речь доходит в практическую плоскость, все становится намного сложнее.

Юридически Межигорье является комплексом разнообразных активов. Это движимые и недвижимые вещи, земельные участки, часть активов была арестована в одних уголовных производствах, часть – в других. Почему процесс передачи начался только, если не ошибаюсь, осенью? – Нужно было ждать возможность передачи в управление этого комплекса.

Да, публично правоохранительные органы инициировали передачу нам в управление того, что называют Межигорьем, довольно давно. Но на практике это были отдельные элементы. Например, движущиеся вещи в середине недвижимых… Тогда мы заняли твердую позицию: мы готовы принимать в управление комплекс. Когда речь пойдет о комплексе, а не только о чашках или ложках.

Когда правоохранители собрали сдачу имущества в рамках уголовных производств, которые возможно передать – началась передача. Также мы осознавали большие риски в вопросах инвентаризации. Насколько публичное восприятие того, что там есть, отличается от реального состояния дел по результатам двух лет хозяйничанья определенной общественной организации – большой вопрос.

Учитывая общественный резонанс, мы старались как можно шире осветить возможность участия в этом конкурсе для всего мира. Максимально поставить в известность игроков на разных рынках. Но реальность оказалась довольно суровой.

Мои впечатления – интереса у бизнеса к этому объекту не было вообще. Возможно, это действительно отвращение к чрезвычайно пристальному медийному вниманию. Возможно, осознание рисков, ведь сейчас там находится некий квази-субъект, убежденный в своем «понятийном» праве на этот объект, который не имеет надлежащих юридических прав на него, однако не собирается его покидать.

Как уже стало известно, прием заявок на управление Межигорьем будет продлен еще на месяц. Плюс, в АРМА пристали на предложение общественности устроить публичное рассмотрение. Почему этого не было сделано раньше, почему до последнего держалось в секрете, кто второй кандидат?

АРМА не столько пристала на предложения, сколько привлекла должное внимание общественности и надеемся – крупного бизнеса. Как уже сообщалось, летом 2018 года АРМА обращалась с письмами к более 30 компаний с мировым именем, среди которых такие известные, как украинские – PinchukArtCentre, Национальный комплекс «Экспоцентр Украины», Выставочный центр «Киевэкспоплаза», и зарубежные – Metro-Goldwyn-Mayer, Lego Company, Warner Bros. Stidio, 20th Century FOX Studios, Paramount Pictures.

Целью таких обращений было, с одной стороны, поиск идей, исследование мнений, обмен опытом, что должно способствовать налаживанию прибыльного управления резиденцией «Межигорье». Путем ее использования, как парка развлечений, выставочно-образовательного центра, обеспечивать управление, которое генерировало бы большие поступления в государственный бюджет, что является второй по важности задачей АРМА – чтобы активы работали на государство, приносили доход государству.

С другой стороны, такими обращениями АРМА изучала заинтересованность титулованных мировых бизнес-лидеров в управлении резиденцией «Межигорье».

К сожалению, никто не проявил заинтересованности управлять этими активами, а АРМА получила вежливые письма, в которых говорилось о незаинтересованности этих компаний в управлении активами резиденции «Межигорье».

Дальше, объявив публичный конкурс, который уже длится более 2 месяцев, АРМА анонсировала его проведение не только через соответствующее объявление на своем официальном веб-сайте, а также на сайтах партнерских организаций, к примеру, Трансперенси Интернешнл. Кроме этого, более 45 всеукраинских СМИ помогали АРМА в анонсировании начала проведения конкурса, привлекая внимание общества и бизнеса, например, Украинская правда, Укринформ, LB.ua, РБК-Украина, канал 112, Радио Свобода, Общественное телевидение…

Более того, АРМА и Трансперенси Интернешнл дали совместное видео-интервью ТК Эспрессо TV, по вопросам управления резиденцией «Межигорье», а Цензор.Нет поместил большое интервью одного из работников АРМА на эту тему.

Поэтому можно говорить о беспрецедентных мерах АРМА по освещению процесса конкурсного отбора управляющего. К сожалению, также следует отметить, что за две недели конкурса АРМА не получила ни одного письма от СМИ или иной заинтересованности освещать ход проведения конкурсного отбора и его результатов.

Мы благодарны журналистам за внимание к вопросу отбора управляющего «Межигорьем» и отныне имеем надежду, что это внимание привлечет дополнительный интерес бизнеса к участию в конкурсе. Ведь мы убеждены, что управление «Межигорьем» может быть коммерчески выгодным и для управляющего, и для государства.

Еще один скандал – обвинение АРМА в непрозрачном проведении конкурса для управления «Росток-Холдинг». В СМИ сообщается, что активы были переданы компании с очевидным реальным и таким конфликтом интересов – прямому конкуренту «Росток-Холдинг»… 

Такие обвинения являются искусственным созданием негатива вокруг деятельности органа государственной власти. Активы этого агрохолдинга являются вещественными доказательствами, на которые наложен арест в уголовном производстве, и в отношении которых следственным судьей, по соответствующей инициативе органов досудебного расследования и прокуратуры, установлен специальный порядок хранения. Путем передачи в управление АРМА для осуществления мероприятий по сохранению этих активов, в порядке и на условиях предусмотренных специальным законом.

В разрезе поднятого вопроса АРМА является сугубо сервисным органом и своей работой способствует процессуальной деятельности следователей, прокуроров и судей. АРМА не является ни участником, ни стороной уголовного производства, и не принимает участия в соответствующих судебных заседаниях, а также никоим образом не влияет на то, какие активы и на каких основаниях признаются вещественными доказательствами, арестовываются, передаются в управление.

АРМА получает от прокурора постановление следователя, судьи, согласно статье 129-1 Конституции Украины оно является обязательным к безусловному выполнению на всей территории Украины.

Согласно УПК Украины процессуальное руководство в уголовном производстве осуществляет прокурор, а судья совершает судебный контроль. Именно эти должностные лица следят за законностью всего, что происходит с активами, которые передаются в управление АРМА.

Насколько нам известно, владельцы активов агрохолдинга не обращаются с заявлениями к прокурорам и судьям, которые обеспечивают досудебное расследование в данном уголовном производстве. По крайней мере, нам о таких обращениях ничего не известно, а если такие и есть, то пока никаких вопросов органы прокуратуры и суда по поводу этого дела к АРМА не ставили.

Поэтому есть все основания говорить, что АРМА управляет активами в порядке и в пределах полномочий, предусмотренных Конституцией и законами Украины.

Объясните нашим читателям принципы управления активами? Каких именно, это касается активов?

Вообще управление арестованным имуществом предусматривает две опции. Первое – это его продажа. Полученные в результате продажи денежные средства размещаются на депозитных счетах, они не перечисляются в государственный бюджет, на них начисляются проценты. Значит, в случае отмены ареста владелец получит стоимость своего имущества на момент продажи и начисленные проценты. Вторая опция управление арестованным имуществом – это передача его в управление по договору управляющему.

Функция активного управления еще не конфискованным, а арестованным имуществом, существует в мире параллельно с активностями по розыску имущества для целей их ареста. Ведь вследствие активного развития рынка, появляются такие виды имущества, для сохранения, стоимости которого в ходе ареста не достаточно просто ничего с ним не делать. Арест может длиться и год, и пять лет.

Десятки лет назад можно было приводить классический пример о пищевых продуктах, которые имеют срок годности. Но сейчас типов имущества, которое быстро теряет стоимость, гораздо больше. Но на самом деле, функция управления арестованным имуществом у государства была еще до создания АРМА. Просто о ней никто не знал.

Государство так же могло продавать арестованное имущество или передавать его в управление. Логика продажи была примерно следующая: по решению следственного органа определенное имущество, которое, по их убеждению, быстро теряло свою стоимость, передавалось торгующей организации. Она по своему усмотрению его продавала.

Содержание этих операций, прозрачность или дальнейшая судьба денег оставались в тени. Никто толком не знал, как все это происходит, в этой функции не было никакой субъективности – не было определенного центра, в который можно было обратиться, покритиковать.

При возможности передать имущество в управление, органы прокуратуры подавали ходатайства в суды о передаче определенного арестованного имущества определенным ими предприятиям в право ответственного хранения с правом оперативного управления. Это, кстати, некий гибрид не сочетаемого — ежа с апельсином. Потому ответственное хранение – это вид деятельности по хозяйственному праву, который требует определенной разрешительной документации.

А оперативное управление – специфический титул владения имуществом, которым могут обладать только государственные предприятия по Хозяйственному кодексу. Эти предприятия управляли определенным активом без договоров, правил или границ. По своему усмотрению несли расходы, получали прибыли. Речь не шла о возможности перечисления каких-либо доходов в государственный бюджет.

Интересно, что даже с созданием АРМА никто не ввел запрета для озвученной мной активности органов прокуратуры и судов. Все еще выносятся судебные решения о передаче определенного имущества на ответственное хранение с коммерческим управлением неизвестным организациям. Они его эксплуатируют, но об этом никто не знает. Потому что, во-первых, не возможно промониторить абсолютно все судебные решения в этой стране. Во-вторых, они не всегда есть в реестре судебных решений в открытом доступе. В-третьих, участники производства и виды имущества в этом реестре обезличенные.

Поэтому когда сейчас возникают вопросы к управлению арестованным имуществом АРМА и привлеченными им управляющими, я часто прошу сравнить с тем, как это было раньше. Спросите, в чем есть позитив от внедрения АРМА? – Все на виду. Наши действия, решения, сделки можно оспорить во всех видах судов в Украине, к нашей работе можно привлекать внимание общества.

Уточните принципиальный момент: в управление АРМА могут быть переданы активы, исключительно по решению суда? 

Так же, как и с функцией розыска имущества, АРМА не может решать, чем управлять, а чем — нет. Инициирует этот вопрос исключительно прокурор. Он может обратиться к следственному судье или суду с ходатайством о передаче определенного арестованного имущества лишь в уголовном производстве в управление АРМА.

АРМА может управлять любыми видами имущества, которые арестованы в уголовном производстве. У нас нет никаких ограничений. Причем, не имеет принципиального значения вид преступления. Значит, это совсем не обязательно так называемые коррупционные преступления. Это могут быть преступления против собственности без всяких коррупционных признаков.

Так, в уголовном процессе мы обычно, узнаем о передаче того или иного актива в управление постфактум. Когда к нам приходит по почте обращение прокурора о передаче имущества в управление с копией соответствующего постановления. Также, замечу, что мы не можем ничего обжаловать в уголовном производстве. Не можем ничего отрицать.

…насколько я помню, есть минимальная стоимость актива, который вы можете взять в управление. 

Да, есть довольно простые условия, какое имущество может быть передано в управление АРМА. Во-первых, стоимость активов должна превышать двести прожиточных минимумов. Во-вторых, активы должны быть арестованы в рамках уголовного производства. Арест в хозяйственном производстве или в гражданском судопроизводстве не подходит. Арест должен обязательно предусматривать запрет осуществления права пользования или права пользования и распоряжения имуществом.

Такая передача не должна вредить ведению уголовного производства. Имущество должно быть признано вещественным доказательством. В принципе, все.

Продажа происходит на аукционе. Что нужно, чтобы принять участие в таком аукционе?

Закон предусматривает, что продажа может происходить путем электронного или классического аукциона. Сейчас у нас нет нормативной базы для проведения классических аукционов. И в определенной степени классические аукционы себя дискредитировали. Гораздо более прозрачными и справедливыми считаются электронные аукционы. Порядок торгов арестованным имуществом на электронном аукционе.

У нас есть предприятие по реализации – это государственное предприятие «СЕТАМ». Сообщение о проведении торгов размещается на их сайте, и часто на нашем. Принять участие в торгах может любой желающий.

Читала, что фигуранты уголовных дел, которые не хотят, чтобы их имущество обесценилось, пока длится следствие, могут сами инициировать передачу его в управление. Были ли уже такие случаи? 

Да, если владелец видит, что что-то может угрожать его арестованному имуществу, он может передать это имущество нам в управление. Пока таких обращений не было, думаю, это вопрос коммуникации. Хотя если это касается вещей, которые быстро теряют свою стоимость – это особенно логично.

Или если бизнес считает, что есть искусственные основания для открытия уголовного производства, что это результат недобросовестного поведения контрагентов, конкурентов, то, на самом деле, ходатайство о передаче арестованного имущества нам – обезопасит его имущество. Ведь появится ответственное лицо, которому можно ставить вопрос, с которым можно оспаривать в судах. Владелец вправе регламентировать и определить границу нашего мандата по управлению имуществом.

Например, он может запретить нам его продажу: «Я передаю вам в управление имущество, но без права его продажи». Это все создает определенную субъективность, которой нет, когда арестованное имущество просто.

Также функция передачи в управление арестованного имущества может быть интересна в абсолютном большинстве владельцам денежных средств. Объясню, почему.

Если средства в безналичной форме и на них наложен арест, то по законодательству Украины, банк не имеет права с такими средствами работать. Соответственно, на них не начисляются проценты. Но если эти средства передаются в управление нам – это единственное исключение из правил, когда государственный банк имеет право работать с арестованным средствами.

Относительно изъятия наличности, особенно по результатам обыска, ареста и ее дальнейшее хранение в правоохранительных органах – это создает определенный дискомфорт для владельцев. Наступают известные риски – возможность полностью или частично потерять средства, в некоторое время средства исчезают, оказывается, что часть из них фальшивые… Тем более что на наличные не могут начисляться проценты.

Если же владелец арестованной наличности передает ее нам в управление, то возникает ряд плюсов. Во-первых, любой перевод наличных денег в безналичную форму – это уже привлечение средств в банковский оборот, детенизация экономики. Во-вторых, это возможность начисления процентов. А главное, это возможность возврата средств владельцу в безналичной форме со счета на счет с понятным и законным происхождением. Я убежден – это один из инструментов, почему АРМА может быть полезным обществу, особенно, бизнесу.

Был ли уже прецедент, когда имущество вернулось владельцу? 

У нас был прецедент передачи в управление 180 миллионов гривен. Эти средства были размещены на депозитном счете в государственном банке, на них начислялись проценты. Со временем владелец добился отмены ареста на половину этих средств. Мы вернули ему 90 миллионов, плюс все начисленные проценты по ним.

А как насчет выгоды от работы АРМА для налогоплательщиков? Какие финансовые преимущества от деятельности АРМА получило государство за прошлый год? 

В 2018 году впервые обеспечено поступлений в Государственный бюджет Украины 9 020 064,25 гривен от управления арестованными активами.

Депозитный портфель АРМА на конец 2018 года состоит из: 107 016 289 гривен 36 копеек, 208 751 долларов США, 1 167 170, 98 евро, что в гривневом эквиваленте составляет 149,8 миллиона гривен.

Средства депозитного портфеля АРМА состоят из средств, непосредственно переданных АРМА в управление в наличной и безналичной форме, в указанных валютах, и средств, полученных от реализации арестованных активов.

В течение 2018 года АРМА передано в управление 188 559 300 гривен, 205 900 долларов США и 1 154 550 евро в наличной и безналичной формах. На указанные средства были размещены на депозитных счетах в государственных банках, в течение 2018 года было начислено процентов в сумме 16 421 902,91 гривен, 2 922,49 долларов и 13 020,70 евро.

В случае применения конфискации или специальной конфискации к арестованным средствам на счетах АРМА, указанные проценты автоматически станут доходами государственного бюджета. В случае же отмены ареста – соответствующие средства и начисленные на них проценты будут возвращены владельцам средств.

От реализации арестованных активов на счета АРМА в государственных банках поступило – 3 116 555,86 гривен в 2018 году, 2 492 637,86 гривен в 2017-ом. Они также были размещены на депозитных счетах в государственных банках, и в течение 2018 года на них было начислено процентов в сумме 519 021 гривна 98 копеек.

Прекрасная арифметика. А сколько сейчас активов в управлении АРМА?

На декабрь 2018 года в управление АРМА передано более 700 объектов. Приблизительная стоимость их превышает три с половиной миллиарда гривен. Это движимое и недвижимое имущество, транспортные средства, недвижимость, доли в уставных капиталах, денежные средства…

А сколько вы получили дивидендов?

Сейчас у нас нет примеров выплат части прибыли от хозяйственной деятельности и нет примеров получения пассивных доходов от ценных бумаг. В первом случае потому, что мы начали примеры управления корпоративными правами только в 2018 году, до этого такого не делали.

Кроме того, даже в тех случаях, когда нам передают в управление корпоративные права – это всегда чрезвычайно проблемные активы. Они в огромных долгах (часто искусственно созданных владельцами) – что и является основанием для передачи нам. А получение дивидендов от хозяйственной деятельности – это результат определенного длительного процесса. Нужно, чтобы эта деятельность стала доходной.

Что касается второго вопроса, то он чрезвычайно интересный. Чтобы получать пассивные доходы от управления ценными бумагами, надо иметь возможность участия – субъективность в депозитарной системе Украины. Сейчас мы заканчиваем разработку подзаконных актов, которая позволит признать АРМА как участника депозитарной системы.

Думаю, что в этом году появится возможность настоящего управления ценными бумагами, имею ввиду акциями. Вот тогда можно будет говорить о пассивных доходах. Сейчас этой возможности нет – продать акции мы можем, а управлять ими – нет.

По вашему мнению, готов ли вообще украинский бизнес принимать арестованные активы в управление, доверяет ли АРМА?

Я перед собой вижу стратегическую цель – построение отношений с бизнесом на принципах доверия. Как и ко всему новому и непонятному, бизнес относится к нам с определенной осторожностью. Более того, если воспринимать за правду весь массив искусственно созданного негатива вокруг АРМА – это также может отпугивать.

Но управление арестованным имуществом со стороны АРМА – это пример уникальной зависимости публичной функции государства от интересов бизнеса. Ведь АРМА не имеет права самостоятельно управлять имуществом. Да, мы можем временно на период от момента судебного решения до избрания управляющего принять определенные меры с имуществом, как «скорая помощь». Но активное управление, ведение хозяйственной деятельности нами, в отношении арестованного имущества, невозможно.

Поэтому чем больше интерес бизнеса к сотрудничеству с нами, тем шире наши конкурсы. Тем более конкурентными являются условия, тем больше требований мы можем ставить потенциальному управляющему. И наоборот, если интереса нет, относительно невысокое количество конкурсантов, которые могут пытаться нам какие-то условия сотрудничества диктовать.

Есть ли какие-то принципиальные критерии к конкурсантам – претендентам в управляющие арестованным имуществом?

В общем, к конкурсу применяются требования законодательства о публичных закупках, но в усеченном виде. Чем отличаются условно конкурс на избрание управляющего арестованного имущества от публичных закупок товаров, работ или услуг? Если осуществляется закупки за публичные средства, то формируются определенные критерии, требования к товару, работам или услугам.

А в конкурсах на избрание управляющего есть две условные составляющие. Первая техническая – компания должна засвидетельствовать, что она действительно умеет и хочет работать с определенным активом. Второй условный этап – это соревнования потенциальных управляющих в так называемых программах управления активами. Не что иное, как бизнес-план.

Это для нас чрезвычайно важная сторона вопроса. Если на конкурс будет подано две заявки: первая от общеизвестного игрока на рынке с безупречной репутацией, но с бизнес-планом «все можем, умеем, будет миллиард гривен», а вторая заявка – от менее известной компании, но с детально расписанным планом, каким образом она достигнет заявленных финансовых результатов, — то конечно, тендерный комитет обратит внимание на больше обоснованный бизнес-план.

Значит, победителей определяет тендерный комитет?

Да. Поскольку наш закон говорит о том, что наши конкурсы на избрание управляющего должны происходить согласно законодательству о публичных закупках, мы применяем это законодательство ровно в той мере, в которой можем. Применяем принципы – конкурентность, прозрачность, необходимость проведения конкурса и тому подобное. Чтобы как можно больше обеспечить конкурентность, отбор управляющего осуществляет тендерный комитет. Это была наша принципиальная позиция.

Относительно дальнейшего развития конкурсов, повышения уровня прозрачности – я сознаю, что все это надо делать, это в наших интересах. Я уже говорил, Чем больше интерес бизнеса к сотрудничеству с нами, тем качественнее управляющие, тем большее количество обязательств мы можем возложить на них.

Какие главные особенности управления арестованным активом?

Единственным источником, из которого может осуществляться оплата услуг управляющего – это его доходы от управления. Ни одна копейка государственных средств не будет израсходована. Если оно эффективное, есть доходы — есть оплата услуг. Если отрицательное, есть расходы, убытки – никакой оплаты услуг. В любом случае АРМА не вправе платить государственные средства в качестве вознаграждения за услуги управляющего.

Соответствующий процент как плата за услуги рассчитываются от доходов под управлением. И эти доходы от управления государственными средствами. Это определенная коллизия, вокруг которой часто создается манипуляция недобросовестными юристами и другими активными участниками общества относительно каких-либо возможных манипуляций со стороны АРМА на конкурсах.

Также в управлении есть определенная специфика. Его цель – сохранить экономическую стоимость актива. Идея управления не в том, чтобы сохранить вещь такой, какой она есть, а в том, чтобы сохранить ее стоимость.

Кроме того, еще одна особенность — срочность и неопределенность. Управление арестованным имуществом автоматически прекращается с прекращением действия ареста. А вот когда и прекратится арест – не знает никто. Имеем по несколько десятков попыток определенных держателей отменить арест. Каждая из них могла закончиться успехом для истца, соответственно, прекратилось бы наше управление.

Эта неопределенность определенным образом пугает бизнес. Но мы осознаем, что это подпадает под категорию рисков хозяйственной деятельности. Даже, если посмотреть определение предпринимательства – это самостоятельная деятельность на собственный риск с целью получения прибыли.

А кто проводит оценку стоимости актива, есть какая-то экспертная группа?

Нет, вывод оценки предоставляет обычный оценщик с сертификатом.

Как-то вы сказали: «Качественный управляющий не будет вредить активам – он заинтересован в историях успеха и дорожит своей репутацией». А как вы обнаруживаете некачественных управляющих? 

Мы осуществляем мониторинг выполнения договора. Если видим, что договор не выполняется, не соблюдается принцип управления по закону, и на это есть субъективная причина – или ставим требование об устранении недостатков, либо инициируем вопрос о замене управляющего.

Читала, что планируете открытие территориальных управлений в текущем году. В чем их смысл?

Да, до конца года будет шесть межрегиональных территориальных управлений, они уже зарегистрированы. Каждое из них будет охватывать три-четыре области, будут очень компактными (количество каждого в 2019 году не будет превышать 14 человек). Во-первых, несмотря на то, что мы получаем доступ к государственным базам данных, реальность в Украине следующая – большие массивы информации существуют исключительно на местности и дотянуться до них из центра невозможно.

Вторая причина их создания — прямая коммуникация с представителями правоохранительных органов, как залог эффективности и скорости розыскных мероприятий по управлению арестованным имуществом. Также мы сможем силами территории обеспечивать передачу арестованного имущества в управление управляющим и обратно, проводить мониторинг эффективности, который нуждается в непосредственном попадании к объекту (минимизируем командировки).

При текущих темпах роста нагрузки на функции управления и функции розыска силами только центрального аппарата практически невозможно продолжать в 2019 году такими же темпами.

А еще на 2019 год планируем запустить нашу функцию представительства в иностранных судах – мы ее раньше сознательно не развивали, начав с розыска и управления, ибо не было ресурсов.

Вы уже давно хотите создать реестр арестованного имущества. Читала, что весь прошлый год АРМА пыталось закупить услугу разработчиков реестра. В чем проблема? Мало денег предлагали?

В прошлом году мы для себя поняли архитектуру этого реестра. Как он должен функционировать технически, составили технические требования для разработки технического задания и программного обеспечения, объявили торги. Появилось двое участников, один из которых не соответствовал критериям. Поэтому торги вообще не могли считаться состоявшимися. Я не уверен, что могу назвать сумму, но считаю ее более чем достаточной. Потом мы запустили процесс во второй раз, и опять же, два участника, один не отвечает требованиям. Торги не состоялись.

Сейчас будем повторять попытку.

Создание реестра во многом откроет бизнесу реальную картинку об управлении арестованным имуществом. Потому что лично я убежден: передача арестованного имущества в управление с согласия собственника – это хороший инструмент защиты имущества. Я вообще не вижу, каким образом это может ему вредить. Или деньги в сейфе где-то у следователя в подвале, условно, или – на счете в «Ощадбанке» и на них начисляются проценты.

Многим известна прошлогодняя история с обращением некоторых народных депутатов в Конституционный суд с требованием пересмотреть конституционность положений закона об АРМА. Эта история подробно освещалась в СМИ… АРМА часто становится мишенью политических кампаний?

В абсолютном большинстве случаев владелец категорически против передачи имущества в управление АРМА. Возможно, это принципиальный протест. Возможно, результат определенной деструктивной работы со стороны юридических или финансовых консультантов, которые вводят собственника в заблуждение. Ибо, как я уже отмечал, само по себе управление – достаточно контролируемый процесс. Владелец может знать, как проходит конкурс, кто является управляющим, содержание договора управления.

Менее с тем, повторюсь, владельцы в абсолютном большинстве против передачи имущества в управление. Для нас время это является косвенным сигналом – с имуществом что-то не так. Ведь если владелец на сто процентов убежден в своей правоте, то уголовное производство должно закрыться из-за отсутствия состава преступления. Зачем совершать какие-то препятствия управлению имуществом, тратить на это деньги?

Расскажу вам, как выглядит обычный сценарий развития событий. Сначала поступают различные сигналы от владельцев о том, чтобы мы не управляли имуществом. Конечно, мы не реагируем, потому что обязаны выполнять судебные решения. У нас нет опции, отказаться, каким бы сложным имущество не было. Затем поступают угрозы о негативных последствиях для нас в случае, если мы все-таки будем управлять.

Третий условный этап – владелец настроен на активное противодействие. И когда уже начинается управление, то начинается обжалование наших решений, действий, бездействия, сделок во всех видах судебных инстанций. Плюс, активная коммуникационная кампания с совершенно искаженными акцентами и распространением негативной информации.

Впрочем, не буду называть примеры, но в прошлом году были прецеденты, когда после передачи нам в управление актива на диалог выходили организации, которые его контролировали (условно говоря, владельцы). Сообщали, что не будут мешать управляющему, но и в дальнейшем будут соревноваться с правоохранительными органами в рамках уголовного производства.

Я думаю, что это определенный исторический этап, который надо пережить. Он займет год, два, три, это точно. Пока мы не станем частью того, что осознают юристы, экономисты, консультанты. Сформируется определенное понимание, какие есть сценарии поведения с АРМА, кроме непризнания, оспаривания, попыток дискредитации.

Бизнес должен осознать, что нет никакого смысла в напряженной борьбе с нами. Потому что АРМА – это не центр принятия решений. Актив к нам попадает по судебным решениям, на принятие которых мы никоим образом не влияем. Мы не имеем права отказаться, не можем инициировать отмену этого решения или возврата правоохранительным органам.

Система общественных отношений в Украине довольно плотная. Чтобы в эти матрицы воткнуть новый, абсолютно неизвестный ранее вид отношений – остальные отношения надо видоизменить, немножко изменить место своего расположения. Это болезненный процесс, но это эволюция.

Какая бы другая модель управления арестованным имуществом не была введена – она бы все равно вызвала вопросы, и в Украине она не самая худшая. Мы провели сравнительный анализ подобных моделей в других странах. Преимущественно, надлежащим способом управления, арестованным имуществом по умолчанию в других странах является как раз продажа имущества с полным или частичным депонированием суммы полученных средств.

Относительно процентов, начисленных на арестованные денежные средства, то, к примеру, во Франции – все они перечисляются в государственный бюджет, владельцу не возвращается хотя бы часть процентов, даже в случае отмены ареста. В Украине же возвращаются все начисленные проценты. Следовательно, сравнение предыдущих фактических моделей управления арестованным имуществом в Украине и альтернативных моделей в других странах мира свидетельствует, что сейчас в Украине действует достаточно лояльная к собственнику модель управления арестованным имуществом.

Автор: Ирина Шевченко

Источник: УНИАН

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий