Китайский опыт в гидроэнергетике: как новые технологии помогут Украине улучшить состояние ГАЭС

15.10.2018 – О перспективах развития гидроаккумулирующих станций, опыте и инновационных технологиях Китая, а также о программе развития гидроэнергетики Украины до 2026 года 5 канал поговорил с генеральным директором «Укргидроэнерго» Игорем Сиротой.

Читайте также: В Узбекистане «Росатом» построит первую АЭС мощностью 2400 МВт

Руководитель Укргидроэнерго Игорь Сирота: Мы дотируем энергетический рынок на 13,5 миллиардов

Дилемма на Днестре. Экологи против гидроэнергетиков

Вперед в прошлое. Зачем Украине новые большие плотины

Мини – солнечная электростанция в городе. Опыт первопроходцев

– Недавно руководство АО «Укргидроэнерго» осуществило рабочий визит в Китайскую Народную Республику. Расскажите, пожалуйста, об опыте Китая в строительстве гидроаккумулирующих электростанций.

— По приглашению китайской стороны мы посетили Пекин, а также другие города (Чэнду, Шанхай), чтобы провести переговоры по привлечению инвестиций и обмену опытом в реализации инвестиционных проектов, которые есть в Украине. Они с этими проектами осведомлены и проявили заинтересованность к ним. Поэтому и пригласили нас для ознакомления с ходом строительства и развития гидроэнергетики в КНР.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Мы имели немалую делегацию – это заместители по капитальному строительству, заместитель по финансам, и люди, которые в нашей компании занимаются Каневской и Днестровской гидроаккумулирующими станциями, – для того чтобы обменяться опытом, посмотреть, какие проекты реализуются в них и, конечно, рассказать о перспективных проектах, которые должны реализоваться до 2025 года в нашей стране.

– Какова общая мощность ГАЭС на сегодня по стране, каково техническое оснащение станций Китая и насколько развита культура производства в сфере гидроэнергетики? 

— Если сравнивать цифры — разница впечатляющая. Рабочая мощность гидроэнергетики в Китае – 340 000 МВт, а в Украине – лишь 5 750 МВт. И на что хотел бы обратить внимание – бешеный темп развития гидроэнергетики в них начался только в 1990 году, то есть за 28 лет в Китае построили более 300 тысяч МВт гидроэнергетики в целом. У нас – 1200 МВт.

— Мы должны вот куда развиваться?

– Конечно. И мы обнаружили заинтересованность, ибо Китай в начале развития своей гидроэнергетики пригласил к себе все известные компании как: General Electric и Siemens, и Alstom, и Andritz Hydro – это лидеры машиностроения в мире и в Европе. Их привлекли для того, чтобы вначале реализовать проекты в КНР.

Если посмотреть на примере станций в трех ущельях, рабочая мощность которых – 22,5 тыс. МВт, 12 из 32-х гидроагрегатов – это проекты компаний, которые я перечислил. Все 20 агрегатов были построены уже в Китае, на заводе в Харбине и в Чэнду, по техническим и проектным решениям перечисленных выше компаний-лидеров машиностроения. Я был на этих заводах и видел, какой потенциал есть сегодня на этих предприятиях.

– Заинтересован ли Китай в рынке гидроэнергетики Украины?

– Конечно, они заинтересованы в наших проектах, иначе бы нас не приглашали. После нашей встречи к нам в Украину приехали уже три делегации. Сегодня одна из делегаций в составе 11 человек посетила Днестровскую гидроаккумулирующую станцию. Приезжает также и China Power с очень расширенной делегацией. Это показывает, что интерес к нашим проектам у них большой, – чтобы присутствовать и на украинском рынке. Поэтому говорить о том, что в них нет проектов где-то у себя в Азии, и они ищут рынки, только чтобы обеспечить себя работой – было бы, немного некорректно.

Ведь сейчас, если взять, скажем, такие цифры: у гидроаккумулирующих станций – 29 тыс. МВт, сегодня реализуется 37 тыс. МВт и к 2025 году общий баланс гидроаккумулирующих станций в них должен составлять 90 тыс. МВт. То есть к 2025 году они должны построить более чем 40 гидроаккумулирующих станций. В Энергетической стратегии стоит лишь три – это Днестровская, Ташлыкская и Каневская гидроаккумулирующие электростанции.

Эти цифры совершенно несопоставимы, потому что нам надо достроить 1000 МВт в Каневе и почти 1000 на Днестре – это 2000, и в Ташлыке – там почти 900. Это совершенно не тот объем, который на сегодня есть в Китае. Но Украина для них – интересный рынок. Я всегда им говорил, что у них есть шанс быть причастными к строительству гидроаккумулирующей станции в центре Европы, где и является Украина.

– Сколько ГАЭС насчитывается в Украине? Расскажите о самых больших из них.

– На сегодня есть три станции в нашей стране: Киевская ГАЭС, Днестровская ГАЭС и Ташлыкская ГАЭС. Первая станция – Киевская гидроаккумулирующая (240 МВт, там шесть агрегатов). Она была введена в эксплуатацию в 1970 году. На просторах бывшего Советского Союза Украина была первой страной, которая начала реализацию гидроаккумулирующих станций.

Если взять проекты по строительству Днестровской ГАЭС, к сожалению, цифры не очень радуют, потому что начиналась реализация этого проекта в 1982-1986 годах и первый агрегат только в конце 2010 года сдали в промышленную эксплуатацию. Более тридцати лет – это не реализация. За эти годы в Китае построят 340-350 тыс. МВт, а мы построили один агрегат в 324 МВт.

Конечно, это не тот темп. Мы понимаем, что были исторические факторы, которые влияли на темпы строительства. Сейчас два агрегата мы построили в течение 2010-2016 годов, то есть каждые три года мы сдаем агрегат. Сегодня мы также реализуем четвертый агрегат. Все строительство идет за собственные средства компании. Мы планируем ввести его в эксплуатацию в первом полугодии 2020 года.

Также мы обсуждаем с инвесторами и строителями из КНР реализацию трех агрегатов за счет инвестиций из Китая. Если идти последовательно и строить агрегат за агрегатом – нужно три года на один агрегат, нам потребуется еще девять лет на их реализацию. Но, если строить все три одновременно, то их реализация займет четыре-пять лет. Тем более что есть верхний и нижний водоемы для семи агрегатов. Нам нужно только продолжать машинный зал и достроить те три агрегата.

Я считаю, мы должны ускоряться, поскольку на сегодня дефицит маневренных и гидроаккумулирующих станций аварийного резерва составляет уже 1500 МВт. Также сейчас очень динамично развиваются альтернативные источники – у нас будет 2-2,5 тыс. МВт – еще один дефицит. Поэтому мы выйдем на дефицит уже в более 4 тыс. МВт.

Учитывая, что мы взяли на себя обязательства присоединиться через пять лет к единой европейской энергосистеме, мы будем несбалансированные, у нас будет нехватка станций аварийного резерва и регулирующих, поэтому нам придется эту услугу покупать в Европе, а она там несколько дороже. Поэтому лучше развивать свои источники маневрирования и регулирования.

– Какую технику привлекают для строительства ГАЭС в Украине?

– Я много раз слышал, что проекты Днестровской и Каневской ГАЭС, разработанные в 80-х годах, застряли. Мы, понимая, что технологические решения движутся вперед, постоянно меняем параметры агрегатов и относительно электрического оборудования, и турбин, и генераторов.

Мы, конечно, корректируем их, получая опыт иностранных компаний. В августе мы передали на реконструкцию компании Andritz Hydro третий гидроагрегат на Днестровской станции. Это также обмен опытом. Мы проводим процедуру закупок с Всемирным европейским банком по замене электрического оборудования (это практически все оборудование компаний ABB и Alstom). Мы стараемся быть в тренде развития технического прогресса, который есть в Европе. Мы совершенно не стоим в тех проектных решениях, которые были в прошлом столетии.

– Какие инновационные технологии и знания можно позаимствовать для развития ГАЭС в Украине?

– В самой гидроэнергетике, конечно, есть прогресс КПД – он повышается. Используются новые материалы в разработке турбин и генераторов. Конечно, наши заводы, производители, зная, что есть какие-то тренды, какие-то инновации, пытаются позаимствовать их, потому они участвуют не только в реализации проектов в Украине, но и в Казахстане, странах Азии, Африки, принимают участие в закупках по стандартам Всемирного европейского банка. Для того чтобы быть конкурентными, нужно внедрять инновации, которые есть в Европе. Нас заставляет к этому конкуренция.

– 3 июля 2016 года распоряжением Кабмина была одобрена программа развития гидроэнергетики Украины до 2026 года. Как происходит сейчас реализация этой программы?

– Мы сегодня идем почти по графику. Почему решили реализовывать проект одновременной постройки трех гидроагрегатов – это даст нам возможность быть в графике по реализации программы. Реконструкция у нас идет по плану. Реализация Каневской ГАЭС и Каховской ГЭС-2 – также. Относительно верхнеднестровского каскада ГЭС – конечно, он не укладывается в график до 2026 года, потому что, к сожалению, есть большая неосведомленность населения, спекуляции вокруг этого проекта.

Мы не хотим его педалировать, поэтому отработаем в технически спокойном режиме и потом обсудим с общинами. Хочу подчеркнуть, что без полной экологической экспертизы, без согласования с общинами близлежащих сел, без согласования с Молдовой – реализации этого проекта не будет. Мы разработаем технический документ, вынесем на обсуждение и только тогда будем его реализовать.

Но люди должны знать, что такой проект есть, и что он может быть реализован или в 20-м или 30-м, или в 40-м годах. Эти люди будут иметь документ, по которому будут принимать решение. В этот период также могут появиться альтернативные предложения. Должен быть документ, а не только слова, потому что сегодня имеются только разговоры. Абсолютного обоснования по реализации или не реализации этого проекта сегодня нет.

– Местные жители боятся ухудшения экологического состояния?

– Конечно, поэтому что мы слышим, сегодня разные заявления. Я, правда, не знаю, что за специалисты и откуда такие данные берут, как, будто мы можем затопить то 30 тыс. гектаров, то 100 тыс. – у каждого фантазия богатая. Мы предлагаем сделать моделирование, первый этап оценки воздействия на окружающую среду. Представим этот документ специалистам НАН Украины, институтам, причастным к этому, общественности, ученым. Привлечем ученых из Молдовы, обсудим, и тогда будем принимать решение.

Мы готовы к дискуссии, но конструктивной.

— Как Китай решает вопрос экологии?

— Во-первых, у них была тепловая генерация. Они, развивая альтернативные источники, развивают гидроэнергетику. Подходы по экологии у них абсолютно одинаковые с европейскими. Я был в Европе и видел станции с проектными решениями: и в отношении экологических подходов, и агрегатов, и гидросооружений, – у них они сегодня абсолютно ничем не отличаются.

Я был на гидроаккумулирующей станции в 100 км от Шанхая – 1800 МВт. В этом году празднуют 20-летие ее эксплуатации. Впечатление такое, что она проработала год. На верхнем водоеме — открытая зона отдыха. Вокруг водоема гуляют дети, женщины с колясками. Это абсолютно европейский подход. Эксплуатационный персонал по количеству примерно такой же, как у нас. И станция мне была интересна еще тем, что агрегаты на ней подобные нашей Днестровской станции – 320 МВт мощности в генераторном режиме.

– Способна ли Украина сама себя обеспечивать электроэнергией?

– В прошлом году мы произвели 138 млрд. КВт и обеспечили нашу страну. Были годы, когда производили 150 млрд. КВт. На экспорт в прошлом году мы отправили 5,5 млрд. КВт. Мы достаточно себя обеспечиваем электроэнергией, но третью часть придает тепловая генерация. Сегодня у нас есть проблема с антрацитовым углем. Мы его завозим из разных стран и его стоимость растет.

Это вопрос дискуссионный – а как мы обеспечиваем этот баланс? И мы же не можем постоянно ходить на грани и быть зависимыми от цены на топливо. Да, мы переводим наши агрегаты на газовую группу угля, мы стараемся сбалансироваться в этом сегменте. Но мы не знаем, что будет завтра. Мало того, тепловая генерация уже почти на 90% отработана в своем техническом режиме. Мы понимаем, что это большие потери. На перспективу, мы не сможем заменить ее на 100%, когда она уже абсолютно будет выведена из эксплуатации.

Если строить нашу станцию – то нам нужно примерно 10 лет: ТЭО, проект, срок реализации. Это не строится за один день, мы должны думать на перспективу. Сегодня развиваются альтернативные источники энергии, и они будут развиваться все быстрее. Но себестоимость производимой ими электроэнергии является достаточно высокой и поэтому не привлекательна для населения.

– Значит, может подскочить стоимость электроэнергии для населения?

– Конечно. Мы должны думать, как сделать для наших потребителей поднятие и скачки цен менее болезненными. И поэтому должна быть стратегия развития до 2035 года, мы должны предвидеть развитие экономики. И, конечно, у нас будет дефицит или профицит электроэнергии, который нужен для нашей экономики и для нашего населения.

– Этот план развития до 2026 года оптимистичный?

– Мы сегодня говорим только о развитии гидроэнергетики до 2026 года. Это не программа развития всей энергетики Украины, потому что ее львиную долю составляет атомная генерация – это от 50-60% в общем балансе. И большой объем занимает тепловая генерация, которую со временем нужно будет перекрывать.

Гидроэнергетика сможет перекрывать только при пиковом регулировании, но в базе мы ее не перекроем. В базе надо будет перекрывать атомной энергетикой. Будут развиваться альтернативные источники энергетики – и солнце, и ветер, – которые надо будет регулировать. Они имеют просто безумно неравномерные графики, которые нуждаются в быстрой регулировке и балансировке.

– Каковы планы предприятия на ближайшее время? 

– Мы ведем диалог о финансировании своих проектов с Всемирным банком, европейскими банками. Сейчас ведем переговоры с коммерческими банками США. Мы совершенно не зацикливаемся на каком-то одном партнере, потому что хотим иметь разносторонние предложения, чтобы выйти на здоровую конкуренцию.

Ведь что такое энергоэффективность? Это не только утепление зданий. Если же мы построим наши объекты с наименьшей нагрузкой на тариф и по самой низкой стоимости – это и будет наибольшей энергоэффективностью, потому что отдача и нагрузки будут меньше. Если мы сегодня говорим, что хотим привлечь льготный кредит в 2%, если это коммерческий – до 4%, а в Украине кредитование составляет 8%, то, что такое 4% разницы? 4% на 1,5 млрд. – это 60 млн. в год! Если взять кредит на 10 лет – 60 млн. добавляется в стоимость проекта. Нам, конечно, такое не подходит.

Мы знаем, что наши проекты привлекательны, и мы можем найти льготное кредитование. Такие вещи мы делаем в реконструкции и модернизации наших проектов – это у нас по 2% – 1,5-1,8%. И точно такое же финансирование мы хотим найти на реализацию наших проектов и для построения новых станций.

Источник: 5 канал

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий