Адвокат Илья Костин: В адвокатуре иерархические структуры повсюду. Система нуждается в перезагрузке

Адвокат, партнер юридической компании "Правовой Альянс" Илья Костин

12.02.2019 – Система адвокатуры в Украине нуждается в перезагрузке, считает адвокат, партнер юридической компании «Правовой Альянс» Илья Костин.

Читайте также: Как работает кэшбэк (возврат денег) при покупке товаров и услуг

Проработав длительное время в комитете защиты адвокатов, квалификационно-дисциплинарной комиссии Совета адвокатов Киевской области, он имел опыт оценить, как сейчас происходят процессы, связанные со сдачей экзаменов и получением адвокатского свидетельства, имеют ли адвокаты реальную возможность отстоять свои права, в том числе и в ситуациях с правоохранительными органами.

Поэтому обсуждая новации законопроекта об адвокатуре №9055, вокруг которого в последнее время ведется ожесточенная дискуссия, зацепили и сегодняшние проблемы, с которыми приходится сталкиваться юристам.

Читайте также: День восьмой для адвокатуры: и пришел час расплаты…

Адвокат Алексей Баганец: Юрий Луценко действует как политик: работает ради пиара

Адвокат Андрей Федур: Янукович никогда не будет привлечен к ответственности и не понесет наказания

Шикарная жизнь, плагиат и мат. Из-за чего не пускают на работу в Антикоррупционный суд

Руководитель САП Назар Холодницкий: Квартира депутата в центре столицы – это победа, а авто министра – измена?

В интервью «Цензор.НЕТ» Илья Костин рассказал о коррупционных рисках, с которыми пришлось столкнуться в квалификационной палате, которая принимает экзамены у кандидатов в адвокаты, о том, зачем свидетельства получают действующие прокуроры и судьи, что должен изменить законопроект для защитников клиентов в уголовных процессах.

Читайте также интервью с судьями Анной Вронской, Валентиной Данишевской, Натальей Антонюк, Владимиром Кравчуком, Аллой Лесько, Николаем Мазуром, Дмитрием Гудимой, Еленой Кибенко, Иваном Мищенко, Дмитрием Луспеником, Евгением Синельниковым, Татьяной Анцуповой, Михаилом Смоковичем, Ларисой Рогач, Станиславом Кравченко, Богданом Львовым, Константином Пильковым, Светланой Яковлевой, Андреем Жуком, Богданом Львовым, Станиславом Шевчуком и Олегом Ткачуком.

«В КВАЛИФИКАЦИОННОЙ ПАЛАТЕ МЫ СТОЛКНУЛИСЬ С ОГРОМНЫМИ КОРРУПЦИОННЫМИ РИСКАМИ» 

— Действующий закон об адвокатуре в свое время разрабатывали с помощью европейских экспертов, и он был подтвержден выводами Венецианской комиссии. Так необходим ли новый? Ведь, несмотря на то, что Совет Европы представил положительный отзыв на законопроект об адвокатуре № 9055, в Национальной ассоциации адвокатов Украины считают, что этот документ ущемляет профессиональные права адвокатов и лишает права граждан на полноценную защиту.

— Благодаря закону, принятому в 2012 году, мы имеем сейчас действительно развитое юридическое сообщество. Я мог сравнить то, что было у нас с Россией, когда до 2014 года туда ездил по делам. Там сложилась ситуация, что всем заправляли иностранные юридические фирмы. Потому что русское законодательство не давало такой независимости адвокатуре, как у нас.

Этот закон впервые установил гарантии адвокатской деятельности, изменил, как я тогда считал, в лучшую сторону систему органов самоуправления. К сожалению, как показало время, я ошибся. Мы должны изменить то, что есть сейчас, поэтому закон нужен.

А у нас сейчас исключительная ситуация, когда построена реально система «министерства адвокатуры» в понимании жесткой подчиненности. Причем с карательными функциями. Речь идет о Национальной ассоциации адвокатов и подчиненных ей советах адвокатов в регионах.

То, что происходит, это уже не управление, это перешло границы. Если ты высказываешь свое мнение, если ты противостоишь, тебя могут лишить адвокатского свидетельства, как было с Рафальской, с адвокатами, которые ее поддержали. А что такое адвокатское свидетельство? Это доступ к процессии. На самом деле это означает, что у человека забирают возможность работать.

Адвокат – независимый человек, свободный. Мы же сейчас имеем жесткую вертикаль, где все подчинено определенным людям. Знаете, как говорили римляне? Что рыба не гниет, а воняет с головы. Ситуация в адвокатуре в целом именно такая, как они когда-то говорили: пахнет.

— Вы долгое время были членом Совета адвокатов Киевской области и до января этого года работали в Квалификационно-дисциплинарной комиссии. Почему ушли из комиссии?

— Да, я стал членом Совета адвокатов Киевской области в 2012 году. Тогда мы создали комитет защиты прав адвокатов, который сейчас является образцом для всей Украины. Более того, я его возглавил, не имея опыта управления адвокатами, а это очень сложное сообщество.

Если происходят обыски у адвоката дома или на работе, если его задерживают правоохранители, при этом обязательно должен быть представитель совета адвокатов. Как член этого комитета. Так у нас было заведено. Его основная цель – сохранение адвокатской тайны.

В законе сказано, что об обыске сообщать нужно заранее. Сначала никто ничего не сообщал. Поэтому по всей области дежурные адвокаты ездили буквально в пожарном режиме. Честно скажу, тяжело было.

В целом все тогда нарабатывали с нуля, никто не имел такого опыта. Но, скажем, нормативные акты, которые были подготовлены нами, со временем были распространены по всей стране, и кто хотел из адвокатского самоуправления, брал их за основу. Мы прописали, что такое тревожная папка, как правильно действовать, чтобы защищать коллег. Огромная работа.

Так я проработал 5 лет, а когда каденция закончилась, решил, что должен уйти. И предложил провести голосование, чтобы избрать нового руководителя.

Сначала Петр Бойко (председатель Совета адвокатов Киевской области) сказал, что хочет поставить туда определенного человека. Я говорю: это принципиально, комитета не будет, он развалится, если не провести голосование. Новый закон, с которого мы с вами начали разговор, должен изменить эту еще советскую систему адвокатуры, в которой люди стремятся возглавлять, а не управлять.

В итоге на некоторое время все же избрали человека, о котором говорил председатель совета. Но сейчас там новый человек, который очень достойно, как, по-моему, выполняет свои обязанности. Потому что комитет – это демократическая структура, там ничего нельзя искусственно навязать.

— Вы после комитета перешли в КДКА Киевской области? 

— Да, были выборы на конференции, я вошел в состав КДКА и был также в квалификационной палате, мы принимали экзамен у всех, кто хочет получить свидетельство адвоката. Я видел весь процесс изнутри, это классный опыт, более года отработали. И могу сравнить, насколько важен новый закон, с тем, что есть сейчас.

В квалификационной палате мы столкнулись с огромными коррупционными рисками.

— Конкретизировать можете? 

— Люди предлагают деньги за то, чтобы получить свидетельство. За то, чтобы не сдавать экзамен в реальном понимании этого слова. Чтобы закрыли глаза на проблему со стажем. Кроме того, мы столкнулись с большой проблемой, связанной с морально-этическим вопросом кандидатов.

— Например?

— Прокуроры Майдана. Судьи Майдана. Люди, которые применяли физическую силу в отношении адвокатов. Люди, которые находились на момент подачи заявления с желанием сдавать квалификационный экзамен под досудебным следствием. Были случаи, когда ты понимаешь, что человек неадекватный, но справку психиатра он предоставил.

— Вам предлагали деньги?

— Мне лично денег никогда не предлагали. Потому что это глупость – мне предлагать.

— А можете назвать тех, кто деньги брал?

— Про коллег ничего сказать не могу. Но мы ловили несколько раз посредников, кандидаты сообщали о том, что давали деньги.

— Много давали?

— Одну-две тысячи долларов, такие сведения были.

— А посредники, они на кого-то указывали? 

— Посредники, которых удалось поймать, никому деньги не передавали. Один раз, например, была ситуация, когда звонит мне коллега и говорит: ты представляешь, мой клиент сказал, что пришли к нему юристы предприятия и говорят – дайте нам три тысячи долларов, потому что мы отдали свои деньги, чтобы получить свидетельство. Он звонит коллеге, а тот – мне: что делается? И началось. Выяснилось, что они отдали посреднику не три тысячи, а тысячу, потом хотели заработать на работодателе. И таких ситуаций множество.

В прошлом году было открыто уголовное производства по заявлению одного из кандидатов о том, что с него требуют деньги. Там была проблематика, насколько я помню, связана с трудовым стажем. Были негласные следственные действия в отношении членов всей квалификационной палаты, когда этот случай разоблачили. Была даже попытка задержания одного из членов палаты. Это было очень неприятно, мы все сразу приехали, через час его отпустили. Как мы поняли потом, правоохранители думали, что когда передавались документы, то внутри были деньги. А там не было никаких денег.

— Так у человека требовали деньги или нет?

— Впоследствии выяснилось, что работник КДКА (не адвокат) построила еще с одним человеком схему. Они брали у кандидатов деньги, обещали, что договорятся о положительном результате, но этого не делали. Те из их клиентов, кто имел реальные знания, и так сдавали экзамен.

— Подождите, запутали. Вы сказали, что одну из коллег задержали. Почему именно ее? 

— Потому что она очень добрый человек, ее попросили одного из кандидатов взять на стажировку, она пошла навстречу. К сожалению, после всего, что было, ей пришлось уйти с работы.

— А чего ушли вы?

— Хоть никаких доказательств не было, которые бы указывали, что члены палаты брали деньги, но тень упала. Ну, очень было неприятно, когда работники полиции и прокуратуры улыбались после этого. Кроме того, прослушивали нас всех с июня 2018 года.

Тогда я предложил: о’кей, в отношении некоторых членов палаты есть сомнения, это может бросить тень на остальных, давайте уйдем все, вся квалификационная палата. За это ухватились. И на заседании совета они решили поддержать мое предложение, чтобы все члены палаты ушли и полностью переизбрать палату. Ну и прекрасно. Обновление – это показатель того, что мы не в этой системе, мы не сидим во власти. Мы не возглавляем.

Но дальше произошло то, что происходит сейчас по всей стране, это клановость, когда надо поставить своих людей. У нас была договоренность, что мы все идем, вся квалификационная палата, а оказалось, что не совсем так, Петр Анатольевич и Полищук Володя (председатель КДК) взяли и перетасовали все таким образом, что некоторые члены были переизбраны перед конференцией.

В адвокатуре иерархические структуры повсюду. Начиная с НААУ. И даже в одном из лучших советов адвокатов Украины и в квалификационно-дисциплинарной комиссии, тоже существует клановость. Вот таким образом это было сделано 26 января, так это произошло. Новый закон дает больше демократии на местах. Это не произойдет сразу, но это крайне важно.

На самом деле это связанные вещи: управление адвокатурой, права адвокатов, отношения адвокатов с клиентами и в целом с правоохранительными органами. Если правоохранительные органы видят, что руководство адвокатуры или не вмешивается, или не активно вмешивается, они ведут себя соответственно. Я не руководитель комитета защиты адвокатов, но я до сих пор там работаю и говорю то, что вижу собственными глазами.

Законопроект № 9055 позволяет децентрализовать работу органов адвокатского самоуправления. Сейчас ничего не может произойти без согласования с НААУ. Никакая конференция в регионе не может быть проведена, если НААУ не дает согласия.

Я не буду вдаваться, сколько именно адвокатов может выдвигаться от определенного количества адвокатов. Но и здесь нет самостоятельности. НААУ диктует местной конференции, сколько можно направить людей на съезд. А если она этого не говорит и не утверждает повестку, то никакой конференции не состоится. Это явное такое прямое управление относительно этого. Не согласны – не будет ничего.

«ПО ЗАЩИТЕ ПРАВ АДВОКАТОВ, В НОВОМ ЗАКОНЕ ЕСТЬ ОЧЕНЬ МНОГО ПЛЮСОВ»

— Значит, если законодательство изменится, органы адвокатского самоуправления на местах смогут самостоятельно решить любой вопрос? 

— Да. Вы знаете, кстати, что даже реестром адвокатов руководит НААУ?

— Может одних вносить, а других нет? А я думала, туда автоматически все сведения попадают, как только человек становится адвокатом. 

— Нет, руководят. А если ты не в реестре адвокатов, то не можешь представлять интересы клиента ни в уголовных, ни в гражданских – ни в каких-то других делах. Было несколько громких скандалов по этому поводу.

— Национальная ассоциация адвокатов останется, если закон будет принят?

— Она останется, но не будет управлять реестром, не будет давать согласие на проведение конференций на местах. Она будет выполнять более консолидирующую функцию.

Кроме того, вопрос денег выходит на второй план.

— Вопрос денег?

— Здесь такая ситуация. 70% суммы взносов остается на местах, а 30% идет в бюджет НАУ. Это все юридические лица. Каждый орган адвокатского самоуправления – юридическое лицо. КДК – юридическое лицо. Законопроектом прописано, что это будет единственное юридическое лицо. Все остальные будут структурными подразделениями. И дальше будет управление всем бюджетом на основании смет, которые будут составлять на местах. И на основании сметы, которую они составили, будут предоставляться деньги сверху.

Иногда считают, что адвокатурой надо управлять как единым целым. Это неправда. Комитет защиты прав адвокатов Киевщины доказал, что с коллегами, очень разными, просто невероятно разными, можно сотрудничать, когда они видят, что ты работаешь так же, как и они.

В отношении защиты прав адвокатов в новом законе есть очень много плюсов. Адвокатура основывается на некоторых китах. Это конфликт интересов, отсутствие его и адвокатская тайна. Уберешь одно – адвокатуры нет, независимости нет. Другое — то же самое. Вопрос конфликта интересов – это вопрос, который должен контролироваться дисциплинарными палатами.

— Что вы имеете в виду, можно примеры?

— Адвокат заходит в зал судебного заседания, а человек видит его и говорит: так, минуточку, это адвокат другой стороны? – Да. – Так он же меня консультировал. Это явный конфликт интересов, и его лишили адвокатского свидетельства. Реальный случай.

И второй важный, как я сказал, момент – адвокатская тайна. И вот именно защита прав адвокатами адвокатской тайны, когда проводится обыск, в новом законопроекте поставлена на первое место. Сейчас довольно часто следователи говорят, что у вас свой закон, а у нас УПК. Теперь все, что получено с нарушением правил адвокатской тайны, должно стать нормой в УПК, которая утверждает, что это все незаконно.

Еще статья, на которую хотел бы обратить ваше внимание. Доступ адвоката непосредственно к клиенту. Довольно часто приезжает адвокат в полицию или прокуратуру, а его просто не допускают. Теперь прямо предусмотрено изменениями в УПК, должны допускать. Это все законопроект № 9055.

Теперь будут пускать в любое помещение, в любое время, работает орган или там выходной, а допрос все равно проводится. Адвокат будет иметь право зайти, если там клиент.

— В ГПУ или СИЗО – не имеет значения? 

— Пропускные режимы никто не отрицает, но пустить должны. Немедленно.

— Часто ли нарушаются права адвокатов во время обыска? 

— Закон четко не указывает — но это есть в законопроекте — о порядке сообщений совета адвокатов о проведении обыска.

Ранее вообще не сообщали. Мы бегали просто, как бешеные. И очень много было всякого. Пик пришелся на 2013 год, во время команды Януковича.

Затем ситуация начала напрягаться где-то в 2015-2016 годах. Даже начали задерживать адвокатов. В НАБУ есть отдельная возможность по 208 статье УПК задерживать, если может иметь место бегство. Да, в обращении в суд прямо было указано, что адвокат оказывает правовую помощь, и это основание для задержания. Это давление. Потом выяснилось, что Сытник – адвокат, у него приостановлено свидетельство. А правила адвокатской этики распространяются и на людей, которые приостановили действие свидетельства.

— И что это значит?

— Это означает, что его могли лишить свидетельства, открыть дисциплинарное производство. После намека мы сели за стол переговоров.

— Давайте вернемся к получению свидетельства и сдачи экзамена. Из чего это состоит?

— Из устной части и практической письменной работы.

— А собеседования не предусмотрены?

— Совет адвокатов Украины (орган самоуправления, который входит в НААУ) вынес решение, и собеседования отменили. Но некоторое время, в рамках комитета, мы их проводили. После Майдана пошла первая волна люстрации, приходит прокурор. Выяснилось, что он поддерживал обвинения по майдановцам.

Рассказывает, что за час до судебного заседания получал документы. Я спрашиваю: вы успели прочитать? Он: нет, я не успел прочитать. – И вы шли поддерживать обвинение? – Да, шел. А что мне было делать? Я говорю: а вы читали вообще УПК, закон о прокуратуре? О неизменности прокурора, о том, что прокурор поддержал обвинение, что он готовит эти документы. Вы должны быть уверенным в правовой позиции, в том, что вы говорите. Представляете, какие люди приходили? Этого на экзамене не узнаешь.

— Законопроектом предлагается сдавать экзамен в таком же формате, как сейчас проходит ВНО. Поддерживаете ли такую идею?

— Классная идея. Расскажу подробнее, как этот процесс происходит сейчас. Представьте себе ситуацию: сидит примерно 90 людей и проходит письменный, а через несколько дней устный экзамен. Письменный экзамен сначала, они пишут 4 часа. Если кандидат ссылается на нормативные акты, ты ставишь 20 – и он уже проходит. Члены квалификационных палат загнаны в такие рамки, что или ставишь ноль, или 20 баллов.

— И нет никакой градации?

— Ты не имеешь права поставить ничего другого. Если кандидат пожалуется, результат экзамена отменят. А почему это делается? Больше адвокатов – больше взносов.

— А зачем взятки, если так все легко?

— Потому что даже этого некоторые не хотят проходить!

Кстати, к экзаменам допускаются действующие прокуроры, судьи, представители правоохранительных органов.

— Приходят?

— Да, когда я работал, был прокурор города Киева, заместитель генпрокурора, действующие судьи – они все приходили на экзамен.

— Зачем им удостоверение адвоката, если они все работают? И как они могут пройти обязательную стажировку, без которой не могут стать адвокатом? 

— Свидетельство о сдаче квалификационного экзамена действует три года. Они в течение 3 лет могут уволиться, пройти стажировку и стать адвокатами. Мы не брали на стажировку действующих прокуроров, судей, полицейских. Стажировка длится минимум 500 часов за полгода, а они работают. Более того, вопрос адвокатской тайны, не совмещен с профессией.

Знаете, что делает в этой ситуации Совет адвокатов Украины? Он выносит решение, которым позволяет таким категориям проходить стажировку.

— Прокурор Киева что получил: ноль или 20?

— Я принимал у него экзамен. Рядом сидел его заместитель. Заместителю я сделал несколько замечаний, потому что он списывал. А он… Я говорю: слушайте, у вас даже кодексов под рукой нет. Отвечает: «Все будет нормально». Он точно не списывал. Реально человек с головой.

В целом множество прокуроров и судей имеют параллельно адвокатское свидетельство. Они приняли присягу судьи или прокурора и приняли присягу адвоката.

— Это для подстраховки просто на будущее? 

— Не только. Гарантии. Если будут у них проводить обыск или надумают вручить им подозрение в уголовном производстве. Обыск может производиться по постановлению суда, как у всех, но ходатайство должен подать только прокурор города Киева, области или заместитель генпрокурора. Это очень усложняет ситуацию. Подозрение должно предъявляться тоже только этими лицами. Ну, и когда ты адвокат, приезжает комитет защиты прав адвокатов, и это реальная помощь.

— Когда придут с подозрением или обыском, вряд ли кто-то успеет возобновить приостановленное свидетельство?

— Не имеет значения, даже если оно приостановлено, адвокаты адвокатов будут защищать.

— Читала в соцсети одну из дискуссий относительно законопроекта № 9055, пишут, что там изменен порядок вручения уведомления о подозрении и теперь будет много сфабрикованных уголовных дел в отношении адвокатов…

— Не видел я такого в этом документе. На самом деле созданы в интернете фейковые страницы, где пишется о том, чего в законопроекте нет.

— А статья о злоупотреблении процессуальными правами – это проблема? Она точно не фейк.

— Я лично сократил бы ее наполовину. Но это должно быть, потому что права, которые предоставляются, достаточно широкие. Это единственное, за что можно критиковать этот законопроект. Адвокаты волнуются, что отдельная статья, которая устанавливает, что такое злоупотребление процессуальными правами, будет использовано судом и следствием против них. Откровенно говоря, я их полностью понимаю.

— Давайте поговорим подробно. По пунктам. Например, адвокаты заявляют о том, что к злоупотреблениям могут отнести и адвокатские запросы.

— Наоборот, относительно запросов там скорее плюс, чем минус. Сейчас за не предоставление ответа на запрос адвокату предусмотрена административная ответственность. Но в отношении работников правоохранительных органов за не предоставление ответа, неточное или несвоевременное предоставление фактически статья не применяется. Потому что им достаточно написать, что информация с ограниченным доступом, и все.

Законопроект это меняет. Они не смогут не ответить или не дать полной информации. Более того, становится лучшей норма Кодекса об административных правонарушениях, которая предусматривает ответственность лица, что не предоставило ответ. Поэтому с запросами никаких осложнений не будет.

Есть другая проблема. Это подача жалобы на судебное решение, которое не подлежит обжалованию, или является недействительным или действие которого закончилось, подача ходатайства, заявления для решения вопроса, который уже решен судом. Значит, четко указано в кодексе, что обжаловать нельзя. Четко указано то, что судом это уже решено. Подают жалобу, подают другое ходатайство. Это усложняет процесс, потому что надо отписать, написать, направить жалобу. Вот мнения законодателя. Но, честно говоря, по этому пункту я не совсем согласен.

Есть много постановлений о получении временного доступа, проведении обыска, о том, чтобы арестовать имущество людей, компании, которые не являются участниками уголовного производства. Значит, еще нет подозрения в отношении конкретных людей, но они привыкли писать в постановлении, что следствием уже установлены факты, что это преступная группа.

Это касается непосредственно меня? Касается. Я согласен с этой мотивировочной частью постановления? Я не согласен. А когда у нас клиенты иностранные компании, когда мы им переводим все это, они в шоке, спрашивают, как они это решили, если суда еще не было. Это надо оспаривать? Да.

Читаем дальше. Еще один пункт — повторная подача жалобы или ходатайства до решения судом, ходатайство того же содержания. Это очень часто происходит, коллеги злоупотребляют, реально подавая по много раз, дела накапливаются. Каждый раз судья должен удалиться в совещательную комнату, это отписывать – и пошло-поехало.

Давайте дальше. Заявлены заведомо безосновательные отводы или отводы по причинам, уже рассмотренным судом, при отсутствии новых обстоятельств или доказательств. А заявления заведомо безосновательного отвода я бы убрал. Кто это будет решать? Только суд.

— Там есть один полезный пункт — неявка защитника в судебное заседание без уважительных причин. Они часто не появляются в резонансных делах, процессы длятся годами.

— А без защитника невозможно, это нарушение права на защиту.

— Сейчас некоторые говорят, что будет переаттестация всех адвокатов. Это реально?

— Это тоже фейк, его намеренно вбросили. С точки зрения законотворческой техники неправильно писать такую прямую норму в переходных положениях. Но чтобы лишить всех вопросов, прямо написали, что все свидетельства, которые уже выданы, действительны. Прямая норма.

— Значит, переаттестовывать никого не будут?

— Нет, хотя надо было бы.

— К сожалению, адвокаты бывают разные. Даже судьи рассказывают, что уровень качества защитников низкий. С людей просто берут деньги за то, что приходят отсидеть заседание. Хочется, чтобы за такое несли ответственность. 

— Ответственность есть, но насколько она действенна – это отдельный вопрос. В принципе, каждый человек может написать жалобу, и по его жалобе должны открыть дисциплинарное производство. Но что делает НААУ в виде Совета адвокатов Украины? Она выносит решение о том, что теперь, с прошлого года, жалобу надо еще и деньгами подкреплять. Это 1 863 грн. Делают, что хотят, в законе этого нет.

— Правда, что за стажировку надо платить, а не тебе платят? 

— Да, 12 минимальных зарплат. За полгода. На момент, когда это ввели, размер минимальной зарплаты составлял 1450 грн. Давайте умножим. Получается 17400 грн. Люди просто были шокированы. Не каждый может пройти стажировку. Внесли изменения на уровне закона, не более трех минимумов. Причем часть платится органу адвокатского самоуправления, а часть – адвокату, который учит.

В предложенном законопроекте плата за стажировку отменена.

Подытоживая наш разговор по законопроекту «Об адвокатуре», хочу подчеркнуть: системе адвокатуры нужна перезагрузка, и этого не стоит бояться.

Автор: Татьяна Бодня

Источник: «Цензор.НЕТ»

Перевод: BusinessForecast.by

При использовании любых материалов активная индексируемая гиперссылка на сайт BusinessForecast.by обязательна.

Читайте по теме:

Оставить комментарий